Моя любимая злыдня

Глава 20.2

Коту не пришлось включать время обратно. Оно не спрашивало разрешения и двинулось дальше. Грег немного напрягся, повиснув на дверной ручке, снаружи поднялся ветер — на пороге стоял Кощей. Не тот хлыщ и франт, который одним своим видом доказывал, насколько привлекательна тьма, а настоящий.

Лицо заострилось, нос вытянулся вперед, под лихорадочными глазами темные круги. Зато одет по-прежнему с иголочки. Но, возможно, рубашки ему гладит магия. Он переводил взгляд с меня на Грега.

— И когда вы это провернули, ребята? Рад за вас, молодожены, поздравляю. Клятье! Не думал, что скажу такое, но даже это сейчас не так важно. Грег, тебе срочно нужно взять под контроль источник тьмы. Не тот белогорский, ты им владеешь и так, а тот, что оставила тебе… Чистую тьму то есть. Ты один можешь ее контролировать.

Ясно, он тоже побаивался лишний раз упоминать имя Амалии. Ее давно нет, но и уходить она не уходила.

— Плохие новости, приятель? Я заметил, что Магда вернулась без лица, но мы, да, переключились на другое. На личное. У нее большое сердце, она сказала «да».

— Понятно, — протянул Кощей, чьи мысли, нетрудно заметить, витали там, где счастьем и не пахло. — Ну как тебе сказать, договор, заключенный между магами после ухода трех стихий, разрушен. Белоснежные втоптали его в грязь. Не потому что они идиоты, а по двум уважительным причинам — ведьмы берут себе силу, ты же в курсе, что Ядвига беременна двойней? Ведьма с пополняемым даром, и с таким количеством детей, что не поддается воздействию…

— А вторая причина? — перебил его Грег. — Да мы виделись с Ягой. Не один раз за последнее время. Нельзя не отметить, что у нее все наладилось. Ну если сравнивать с тем, что было раньше.

Кощей с удовольствием сменил тему. При упоминании о мытарствах своей будущей тещи он позеленел еще больше.

— Вторая стоит рядом с тобой. И я преисполнен уважения, — он церемонно поклонился. — Возвращение зеркальницы, не той что надела амулет и не той, чья семья жила на руинах святилища и питалась магией осколков, а настоящей, с такой ж чистой стихией, как у тебя, это окончательный крест на их надеждах когда-нибудь воцарить Свет над горами.

Грег не выглядел удивленным. Все-таки мы провели бок-о-бок почти неделю. Спали вместе, иногда совершая вылазки в открытый космос. В конце концов увидев себя его зрением, я до конца осознала, кто я на самом деле.

— Магду я в обиду не дам. Ты считаешь, что для этой войны моей силы недостаточно? — хм, он, похоже, забыл, что от его ресурса, в том числе благодаря моим стараниям и Яге, остались медные грошики.

— Договор между собой заключили люди, и битву поведут они же. Если победят ваши сторонники, то им потребуется первородная стихия, под знамена которой они встанут. Если белоснежные возьмут вверх, то нас уничтожат, а вас ждет изгнание. В этом случае опять же без чистой стихии ни ей, ни тебе не выжить.

Я внезапно обрела голос, воочию представив весь огромный вампирский клан с бессмертными троюродными тетушками и младшими братьями, коим несть числа.

— Вас это кого? Вампиров? — потом не выдержала и продолжила еще горячее, — Темных, ведьм? Зачем вам ввязываться в разборки, истоки которых идут из легенд? Не проще ли спокойно разобраться, вокруг чего начался раскол.

— Имеющие память помнят. Зеркальная госпожа сгубила белоснежную, была приговорена стихийным судом к смерти и бежала из этого мира. Тьма сумела пустить корни и родить сына. Поэтому даже тот факт, что светлые получили бесконтрольный доступ к источникам магии, не помешал темным процветать. Но сейчас белобородые старцы видят, что земля под ногами зашаталась и хотят запереть тьму, уничтожить вампиров и ведьм, которые несут в себе отголоски зеркальной магии. Разумеется, ведьмы не признают, что служат кому-то кроме природы, но если бы ни останки Великого зеркала, то не было бы ни их, ни их умения проходить между светом и тьмой.

Грег, как и я, заметил скрытую неприязнь Кощея к магии отражений. Он разозлился, но постарался удержать себя в руках. Все-таки давний приятель, еще один темнейший.

— Перестань. Помню я вашу трагическую историю, но Ядвига все сделала правильно, когда отказалась от темной магии и приняла нейтральный статус ради Хранилища. Их собрание артефактов — мощный аргумент в конфликтах наподобие этого. Ведьмой ей тоже пришлось стать. И, открою тебе тайну, она от рождения была ей не в меньшей степени, чем темной. Я тоже знал ее девчонкой.

Упорно обсуждать при новоявленной жене постороннюю тетку — это верх наглости. Я едва удержалась, чтобы не топнуть ногой, как маленькая девочка. Ничего, разберемся со всем этим, и я забуду дорогу к хранителю и его ведьме.

Филиппу тоже надоело изображать придверный коврик и он подал голос, чего при чужих старался не делать:

— Вы оба не учитываете один важный момент. Война не объявлена, и белоснежные пока хреновасто, но пытаются придерживаться установленных законов.

Я всегда подозревала, что в этом коте больше рассудка, чем во всех остальных, кто меня окружает.

— Кот, давай ты говори. Мне это кажется убедительнее, чем апокалипсис, которым пугает Кощей, — не выдержала и отплатила магу тем же плохо скрываемым неодобрением.

— Формально белоснежные правы. Магия отражений в Белогорье под запретом, и тут появляется ее носительница с чистой стихией. Причем укрывается она не у кого-нибудь, а у Григориуса. Отсюда нападки на темных и необходимость вас осадить. Параллельно в дело вмешивается ведьма, она же Гаевская, она же хозяйка одного из двух оставшихся зеркальных амулетов, а вампиры вместо жены предводителя, владельца второго амулета, готовы присягнуть зеркальнице и этого не скрывают. Что остается седобородым?

— Пойти в печальное пешее эротическое путешествие? — улыбнулся Грег.

— Напасть на владелицу амулета, которая надела его, чтобы спрятать зеркальную госпожу? — все дело в том, что Кощей знал ответ, а моего милого на консумации не было.