– Доброе утро! – пропела я самым противным голосом, на который только была способна, входя в комнату Джеймса.
В комнате царил полумрак и сонная атмосфера. Мужчина сладко спал, лежа на своей кровати, обняв подушку руками. Я злобно усмехнулась и пошла к шторам, которые одним рывком раздвинула в стороны. После чего подошла к кровати мужчины и одним рывком сдернула одеяло.
– Ты совсем поехавшая! – подскочив, воскликнул Броун хриплым со сна голосом.
– Девять тридцать утра, – сообщила я спокойно. – Нам через два часа нужно быть на площадке. Сегодня финальные съемки.
– Тц, – недовольно цокнул мужчина, снова упав на кровать. – Приготовь кофе.
– Слушаюсь, господин!
Даже спустя два месяца я продолжала его называть господином. То, что было произнесено как шутка, в итоге прижилось в нашем общении. Правда, так я его называла только когда мы наедине, иначе окружающие могли неправильно понять.
Удивительно, уже прошло два месяца. Первое время было очень тяжело. Броун пользовался моей зависимостью от него по полной программе. Я не досыпала, постоянно была на нервах и даже немного похудела. Но, по крайней мере, коллеги перестали вставлять мне палки в колеса.
На второй месяц стало чуть проще, Мы немного притерлись друг к другу. Изучили характер друг друга и поняли, за какую черту лучше не переступать.
Сейчас наши отношения вряд ли можно назвать дружескими, но, по крайней мере, мы не хотим друг друга убить, и это ни могло не радовать.
– У тебя сейчас кофе выкипит, – донеслось со стороны входа.
– Ой, блин!
Я на столько глубоко ушла в себя, прибывая в воспоминаниях, что забыла о турке на плите. Кинувшись, я голой рукой схватилась за железную ручку, о чем тут же пожалела. Ручка была раскаленной и как только я за нее взялась, ладонь обожгло дикой болью.
Вскрикнув, я отдернула руку и турка перевернулась, вылив все содержимое на пол. Я же, чуть сдерживая слезы, держалась за горящую огнем руку.
– Боги, какая же ты идиотка, все-таки! – закатив глаза, сообщил мужчина, а у меня даже не было сил, чтобы что-то съязвить в ответ.
Раздался звук льющейся воды, а после на обожженную ладонь легло мокрое, холодное полотенце.
– Сядь пока и не подходи больше к плите. – скомандовал мужчина, выходя из кухни.
– А ты куда?
– За аптечкой.
Я послушно села на один из табуретов и со злостью посмотрела на лежащую на полу турку и растекшемуся кофе. После, отогнув полотенце, посмотрела на ладонь. Вся она была красная и пекло неимоверно. Ожог был обширный и сильный. Простой коркой тут не отделаюсь явно. Скорее всего, будут волдыри.
– Давай руку, – произнес голос над головой.
Надо же я опять не слышала, как он пришел.
Я безропотно протянула пострадавшую конечность мужчине. Взяв мою руку в свою, он повернул ее пострадавшей стороной вверх, и встряхнув баллон, который держал в другой руке, нанес пену на ожог. От соприкосновения пострадавшей поверхности с веществом, руку еще больше обожгло болью, от чего у меня выступили слезы, и я попыталась выдернуть ладонь из хватки мужчины. Рука на запястье сильнее сжалась, а я завыла от боли.
– Терпи, – приказал Броун. – Скоро пройдет.
Я же только зло на него посмотрела. Боль была невыносимая хотелось срочно окунуть в руку в холодную воду, а лучше ведро со льдом, но вырвать ладонь никак не получилась. Пришлось терпеть.
Через минут пять, как Джеймс и обещал, боль стала отступать, и дышать стало легче. Сморгнув выступившие слезы, я вытерла их здоровой рукой.
Видимо поняв, что кризис позади, мужчина выпустил мою руку и отступил на шаг.
– Спасибо, – пробормотала я.
– Лучше убери тот срачь, который тут развела.
Вот козлина! Мог бы и поддержать!
Но я была благодарна за его помощь. Если бы не его спокойствие, я бы, скорее всего, скакала и орала по всей кухне от боли. Но его холоднокровие подействовало и на меня.
Поднявшись с табурета, я подошла к лежавшей на полу турке. Хотелось пнуть ее, но, сдержавшись, я подняла ее здоровой рукой и кинула в раковину. После, взяв тряпку, принялась убирать разлитый кофе.
Процесс не занял много времени, и минут через пятнадцать я сидела за столом напротив Броуна и пила сок. К горячему на ближайшее время у меня точно отбило охоту прикасаться.
– Кроме съемок, что-то есть по графику на сегодня? – прервал тишину Броун.
– Нет, – мотнула я головой. – Так как сегодня завершение, то это затянется на весь день. А после запланирован небольшой банкет по этому поводу. Присутствие обязательно, – тут же добавила я, заметив, как скривился Джеймс.
– От него точно нельзя отказаться?
– Нет. Хотя бы побудь на нем час или полтора, – внесла я предложение. – А потом под каким-нибудь предлогом уйди.
– Ты так говоришь, будто тебя там не будет.
– Ну, мое присутствие там не обязательно, – пожала я плечами.
Отредактировано: 04.07.2022