Моя милая катастрофа

Глава 4. Навязчивые отношения

Евгения Волкова

— Все в порядке?

Пока я ковыряла вилкой в тарелке, пытаясь сообразить, точнее, сопоставить то, что Тарас работает швейцаром в моем любимом ресторане и я его ранее не никогда не видела, и то, что он умело водит достаточно дорогой байк. У меня никак не могла сойтись мысль - кто он такой. Это было слишком подозрительно, что Тарас оказался сегодня здесь, вчера там, в позавчера вообще на гонках.

— Жень?

Вздымаю глаза на Макса, который замер в изумлении.

— А?

— Ты какая-то растерянная, — Макс продолжал гипнотизировать мои глаза, держа вилку левой рукой над тарелкой, а правую вытянул вперед. — Даже слишком. Что случилось?

— Ничего, — выдаю кое-какую скудную улыбку, лишь бы он отстал от меня со своими вопросами. Насаживаю на зубчики вилки горошек и следом отправляю его в рот. Еда становится пресной, безвкусной. Я ощущаю, как волнение наполняет мои легкие, закрадывается в самые темные глубины разума.

— А мне кажется, ты что-то не договариваешь, — продолжает давить на меня он, не отрывая взгляда. Мне не нравится, когда Сакс так делает: выдавливает все, что ему нужно, а потом кидает в тебя воодушевляющие речи, которые он запомнил на бескрайних курсах.

— Просто скоро сдача курсовой, — придумывать на ходу моя лучшая черта, я считаю. — А у меня ничего не выходит.

— Ты же сдавала ее на прошлой недели! — выгнув бровь, спрашивает Макс. Ну или не совсем моя лучшая скота, придумывать на ходу…

— Это черновой вариант, — делаю вид, что я и правда расстроена этой воображаемой курсовой работой. — Препод сказал сдать до середины следующей недели. А у меня мозги кипят.

— Давай я просто оплачу курсовую и ты не будешь ходить такой угрюмой? — предлагает в сотый раз он. У него все просто - если можно купить, то покупает. Если нет, то вначале ищет всевозможные способы покупки, и если таких не существует, то выискивает иные пути обхода.

— Я и сама могу купить, — обреченно выдохнув, беру стакан воды и делаю два больших глотка.

— Ты бледная, совершенно перестала со мной разговаривать, вечно в своих мыслях…

Макс демонстративно режет ножом кусок говядины, и мерзко держит зубчиками вилки по тарелке.

— Мне кажется, тут дело в другом.

В поле зрения появляется Тарас. Он окидывает взглядом ресторан, будто бы ищет меня глазами, а после удаляется в подсобку, распрямив плечи. Все это время, Макс читает мне лекцию, но о чем именно, я даже не слушаю. Через какую-то секунду, Макс щелкает пальцами перед моими глазами.

— Женя, да что с тобой?

Чувствую страх, будто бы школьницу застукали за каким-то запрещенным делом. Мы встречаем взглядами. В глаза Макса видна тревога и небольшой отблеск злости: на меня или себя, сходу не понять. Проглатываю тягучую слюну, которая чуть ли не становится поперек горла.

— Я с тобой разговариваю, а?

Выдерживаю паузу, стараясь на проявлять никакой эмоции. Просто безразличие. Это лучшая «маска», которая бесит Макса.

— Я устала, — как можно равнодушнее говорю ему и кладу столовые приборы.

Макс отводит взгляд в тарелку, продолжая наслаждаться гребанным стейком. Вначале отрезает один кусок, потом второй . Пока мы пытаемся криво выяснить свои отношения, из подсобки выходит Тарас: одетый так же, как днем в университете. Он стремительным и размашистый шагом идет к выходу, даже не оглядываясь по сторонам. Я, как самый истинный партизан, демонстративно провожаю его взглядом. Макс это замечает быстро, и, в ту же секунду поворачивает голову, но… Тарас уже скрылся за дверьми.

— Кого ты там высматриваешь все?

— Твое благоразумие, — язвлю парню, сложив руки на груди.

— Я никогда не пойму женщин, — запивая стейк стаканом воды, Макс продолжил буравить меня своим пристальным взглядом.

— И не надо, — отвечаю ему. — Просто принимай нас такими.

Макс заострил взгляд на мне чуть дольше, чем всегда, словно пытался раскусить меня, но не дождавшись хоть каких-то эмоций, продолжил доедать свой ужин.

Минут через двадцать, Макс попросил счет и оставив чаевые, мы наконец-то вышли на улицу. Прохладный Питерский воздух опалил раскаленную кожу шек. Я оглянулась по сторонам, в надежде, что увижу Тараса. Но эта надежда была отблеском внутреннего любопытства. Подходя медленно к машине, Макс разблокировал двери и услужливо открыл одну переломной. Я молча села в салон. Мне не хотелось ехать домой, не хотелось, чтобы он оставался сегодня ночью. И как назло, в голову не лезла ни одна идея, как избавиться от него.