Моя на полставки

Глава 2/2

— Лена, проходи в кабинет, Владислав Юрьевич готов провести собеседование, — объявила добродушная руководитель отдела кадров и ободряюще мне улыбнулась.

Моя ответная улыбка получилась несколько нервной.

— Спасибо за чай и беседу, Надежда Викторовна. Было очень приятно с вами познакомиться. Не ожидала такого теплого приема.

Затем, расправив плечи, шагнула к двери генерального директора компании «Гарант плюс». Потянула ручку, вошла… Стук моих каблуков вызвал в голове тревожное эхо. Что-то мне подсказывало, от генерального директора компании я вряд ли получу такой же теплый прием.

Сидевший за столом мужчин,, чуть прищурив глаза, принялся внимательнейшим образом меня рассматривать.

— З-здравствуйте, — заикаясь, произнесла я, растянув губы в натянутой, неискренней улыбке.

Любая бы занервничала под таким рентгеновским взглядом.

— Добрый день, — безлико поздоровался Владислав Юрьевич.

Он меня изучал, медленно, неторопливо, пристально и откровенно, каждый сантиметр моего тел, с головы до пят потом обратно, словно какую-то неведомую зверушку или непонятное насекомое, осмелившееся заползти к нему в кабинет.

Мелькнула паническая мысль, а вдруг он знает?! Нет, что ты, Елена Александровна, твоя легенда продумана до мелочей, комар носа не подточит. Хватит смущаться и теряться.

Тоже проявила любопытство и посмотрела на Владислава Юрьевича. Конечно, я уже видела фото Никитина в интернете, но надо сказать в жизни он выглядел лучшее. Нет, не правильное слово подобрала: внушительнее, интереснее. Статичные изображения не могли передать окружавшей этого мужчину ауры уверенности и строгости, которая сейчас так подавляла, что панически хотелось сжаться, прикрыться, а еще лучше вообще убежать из кабинета. Но, конечно, я не могла себе позволить подобной слабости, да и общение с Орловым меня хорошо натренировало не тушеваться.

Квадратный, чуточку небритый подбородок, широкие губы, прямой нос, темные волосы, умные цепкие глаза, которые продолжали пристально меня разглядывать. Никитин, пожалуй, довольно симпатичный мужчина, даже красивый.

В комнате, после произнесенных приветственных слов, повисло молчание. Мне так и не предложили сесть. Поэтому я стояла, ощущая себя нерадивой ученицей, которую строгий учитель вызвал к доске. Только ни на одном уроке, мне не было так неловко, я совершенно не знала, что сказать, и, чувствовала себе ужасно неуклюжей. А оглобли руки, куда их деть?! Они так и норовили что-нибудь пригладить, вдруг у меня случился какой-то конфуз в наряде, и именно поэтому генеральный директор компании «Гарант плюс» так пристально смотрит. Быть может я испачкала блузку шоколадом?

Уфф… Что за мужик такой. В холод от него бросает. Вообще в кабинете очень холодно, даже захотелось, чтобы согреться и одновременно защититься от этого пронизывающего взгляда, обхватить себя за плечи руками.

Хоть бы слово сказал, предложил сесть, или, раз уж я пришла устраиваться к нему в секретари, задал какой-нибудь вопрос. Наверное, я не подхожу, слишком молода, или он почувствовал мою неуверенность. Видимо сейчас постою еще немного, а потом, без объяснения причин, отправлюсь восвояси. Владимир Львович будет ужасно недоволен, и тогда вряд ли выполнит свои обещания.

Не выдержала, зябко повела плечами. Конечно, как мне не чувствовать холода, если окно открыто, а на улице далеко не месяц май. Впрочем, Никитин в водолазке под горло и пиджаке, ему, наверное, комфортно, а на мене только тонкая шелковая блузка. Кожа от холода пошла мурашками. Желание обнять себя за плечи, согреться, закрыться только усилилось.

— Елена, вы по образованию преподаватель иностранных языков, —наконец-то раздался голос Никитина.

Невольно вздрогнула.

— Почему не пошли учить детишек?!

— Я…— в горле не смотря на выпитый с Надеждой Викторовной чай, сухость. Откашлялась. — Я устроилась в школу у себя в Железногорске, но, потом, со временем, почувствовала, что профессия учитель не совсем мое.

Мужская бровь чуть вопросительно поползла вверх, на губах появилась усмешка.

— А за пять лет учебы вы этого не могли понять? — иронизировал Владислав Юрьевич.

Черт Лена не теряйся девочкой школьницей.

— Получается, не могла. Учиться мне нравилось, языки я обожаю, а вот дети. Не то чтобы я не люблю детей… Понимаете, весь этот шум, гам, тетрадки, постоянные усилия, чтобы привлечь и удержать внимание всего класса. Это довольно сложно.

Мужские губы продолжали кривиться в презрительной ухмылке.

— В общем, вы не смогли справиться с тридцатью лоботрясами.

Не пробовала, но думаю это действительно сложно.

— Можно и так сказать. Точнее, мне не понравилось справляться, принуждать учиться тех, кто на самом деле этого не хочет. Кроме того, на меня как на новенькую повесили очень много дополнительной работы: и классное руководство, и организацию внешкольных мероприятий.

— С вашим дипломом можно было попробовать устроиться переводчиком? — продолжал Никитин допрос, во всяком случае, именно так ощущался этот разговор.

— Я пробовала, но везде требовался опыт работы. Да и на прибыльные должности обычно берут своих. Тем более, что в Железногорске, откуда я родом, не так много предприятий где требуются переводчики.

Да сколько можно пялиться… Очень сложно отвечать на вопросы, казаться серьезной под таким откровенным рентгеновским взглядом. Как же холодно? Меня начинает колотить ознобом. Он специально так выхолодил кабинет?

— Опыта работы секретарем, как понимаю, у вас тоже нет, — задал Никитин очередной вопрос.

— В тексте вакансии сказано, что опыт работы приветствуется, и, можно сделать вывод, что это не обязательное условие. Именно поэтому я решила попробовать устроиться в вашу компанию.

— Можно, — снова чуточку улыбнулся Никитин. — Но все же, не смотря на отсутствие опыта, вы уверены, что справитесь с должностью личного помощника генерального директора такой довольно большой организации и такого, ну скажем откровенно, требовательного человека как я.