Моя необычная обычная жизнь

Глава 33

Совсем рядом мы услышали редкие хлопки и голос:

— Браво, браво! Отличный танец. Особенно его окончание, если учесть, что пол школы сейчас стоит в окнах.

Мы не стали оглядываться на школу, чем заслужили одобрительную усмешку говорившей; перед нами стояла директор школы.

— Будьте столь любезны, назовите свой класс и свои славные фамилии, а также объясните мне, почему вы вместо урока устроили это показательное выступление перед всей школой?

— Ракитин, — наклонил я голову.

— Щербакова, — сделала небольшой книксен Даша.

Сложно бывает сразу выйти из образа.

— А, так вот вы какие, герои нашего комсомольского лета! — с удовлетворением сказала директор. Я услышала ваши фамилии раньше, чем вас увидела. И знаете от кого?

Мы дружно помотали головами.

— От вашей «матери родной» — Августы Демьяновны, которая поделилась со мной вашим трогательным рассказом о том, как она, — «добрейший души человек», разрешала вам облизывать фантики от конфет, которые поедала сама.

Даша слегка порозовела, а я возразил:

— Мы на самом деле очень уважаем Августу Демьяновну. Это серьёзно, без дураков. Она очень помогла нам и влиться в коллектив, и вообще; без неё мы бы просто никуда не поехали. А то, что Вы говорите, так это же была просто шутка, — я развёл руками, — да, нас «заносит» иногда, ну так мы же ещё дети.

— Подростки, — поправила Даша, — Переходный возраст, что поделаешь, - на всякий случай пояснила она директору.

— Без царя в голове, — удачно ввернул я афоризм.

— С нами нелегко, мы понимаем, — выразила сочувствие педагогическому коллективу Даша.

— И лишь уникальный педагогический опыт и мастерство коллектива школы может сделать из нас достойных членов общества, — продемонстрировал я готовность стать "достойным членом".

— Труд, — назидательно добавила Даша, — труд важнее всего.

— Нет, — не согласился я с ней, — труд — это про обезьяну, а из людей труд делает лошадь. Или лошадку, -смягчил я.

— Это неправильный труд делает лошадку, а если правильный, то он облагораживает,- попыталась наставить меня на путь истинный, Даша.

— Особенно он руки после тяпки облагораживает, — выдал я сарказм.

— Мы готовы извиниться, если Августа Демьяновна обиделась, — вернулась к теме Даша.

— Перед всеми, — добавил я.

— Перед всеми -то за что? — удивилась Даша.

— Ну, не перед всеми, а при всех. Что ты цепляешься к буквам!

— К словам.

— Опять цепляешься.

— Всё, закончили этот цирк, — подняла руку директор, которая внимательно, и как мне показалась, с удовольствием слушала нас. -Примерно так и говорила мне Августа Демьяновна, называя вас «эта парочка». Подойдёте и извинитесь; шутка была ей обидной.

Мы дружно кивнули.

— Так, с танцами закончили, а теперь серьёзно; почему вы не на уроке?

— Нас выгнали, — ответила Даша.

— Выгнали меня, а Даша ушла сама, - поправил я — из-за меня.

— Вот как? — сказала директор. — Ах, ну да; мне же говорили, что вы «неразлучники».

— Кто говорил? — тут же спросил я.

— Это не важно. Сейчас важно почему тебя выгнали.

— Кто-то занял моё место и не захотел уступать.

— И ты ничего не сделал? — удивилась директор.

— Я же под следствием, — напомнил я ей, — а у Даши округлились глаза.

— КАКОЕ СЛЕДСТВИЕ?! Ты же СПАС Алину! Тебе вообще медаль должны дать.

— А могут дать срок.

— Это несправедливо! — Дашины глаза налились слезами гнева.

— Тихо, тихо, — обнял я её за плечи. - Всё решится, думаю, скоро, и решится хорошо.

Судя по тому, что директор молчала, она была в курсе.

— Так ты поэтому просто стоял?

— Разумеется. А драка — она никуда не убежит, но мне кажется, что в ней не будет необходимости.

— Почему ты так думаешь, — спросила директор.

— Во-первых, Даша. Она мастер улаживать такие дела. Например, в данном случае она перевела своим уходом конфликт на уровень директора, и предотвратила драку в классе.

— А во-вторых?

— А, во-вторых, у Даши уже есть друзья в этой школе.

— Ладно, понадеюсь, что обойдётся без драк. Это было бы не очень хорошее начало.

— Тоже так думаю, -кивнул я.

— А кто учитель? Какой урок был?

— История. Как зовут учителя мы ещё не знаем, но она сказала, что не собирается разбираться в ситуации и предложила мне или сесть куда-нибудь или уйти. Я предпочёл уйти.

— Я тоже, — добавила Даша.

— Мы не можем допустить, чтобы кто-то или что-то вставало между нами. На уровне инстинкта не можем. — сказал я. А Даша добавила:

— Извините, — и крепко взяла меня за руку.

Как только за Кириллом и Дарьей закрылась дверь класса, учитель истории Маргарита Павловна разразилась гневной тирадой по поводу «юных нахалов», не ценящих труд учителей и их время, не имеющих никакого уважения к ним, не понимающих важности усердной учёбы.

Но класс слушал её плохо. Все осуждающе смотрели на Олега, а Надя Быстрова так вообще сказала ему: «Ты идиот» и «Тебе конец теперь» .

Маргарита Павловна попыталась провести контроль базовых знаний новых учеников, как было предусмотрено утверждённым планом урока, но школьники не хотели говорить на темы урока, а хотели говорить про Кирилла и Дарью, и с неодобрением смотрели на Маргариту Павловну, которая из-за этого нервничала, сбивалась, и наконец полностью утратила контроль над классом. А потому, как только прозвенел звонок, она схватила журнал и быстро вышла из класса. Первый урок в новом классе был откровенно ею провален. Ею, учительницей с таким стажем! Она поднялась в учительскую, и там, не сдержавшись, расплакалась.

А в классе, откуда вышла, а вернее, почти выбежала Маргарита Павловна, началось своё стихийное собрание.

— Ты что полез к ним, идиот? — почти закричала на Олега Надежда. - Все знают, что они «пара» ещё с лагеря.

— Какого ещё лагеря? -не поняли многие.