Моя необычная обычная жизнь

Глава 35

Чуть позже я сбегал домой переодеться, и вернулся с большим сборным букетом для Дашиной мамы и пятью белыми розами для самой Даши.

А также подарил ей гитару, производства чешской «Cremona».

Отечественные 6-струнки в то время, по сути, были просто переделанными 7-струнками; с узким 50-мм грифом на винте, рассчитанные на металлические струны. «Кремона» же выпускала гитары западного образца; с широким грифом, вклеенном на шипе, и хорошо игравшие на «нейлоновых» (синтетических) струнах. Правда, в силу дефицитности, часто вместо первых трёх использовали обычную леску, диаметрами 0,6 - 0,9 - 1,5 мм, но я раздобыл два комплекта настоящих. Впрочем, «Кремона» выдерживала и металл, но я собирался учить Дашу именно классической гитаре. О чём и поведал Анастасии Марковне, с известным сомнением смотревшей на мой подарок.

День рождения катился по обычному сценарию подростковых посиделок, но с поправкой на Дашиных гостей; это были ребята из театральной студии, где Даша занималась. Соответственно, они придумали театрализованное поздравление со стихами, песнями, и костюмами. И это было здорово и весело. Никого из прежней Дашиной школы не было, и я был этому рад; я не хотел, чтобы Даша тащила в «новую жизнь», как я теперь определял её, багаж неприятностей из старой. После недолгого застолья подростки, разумеется, затеяли танцы, а Анастасия Марковна отправилась к подруге «по неотложному делу». На моё счастье, среди гостей было двое ребят, а иначе против одних девчонок я бы не выстоял.

Даша была в новом, слегка расклешённом платье серо-голубого цвета чуть ниже колен. Вместе с Кирой, надевшей к белой блузке купленную в Таллине короткую джинсовую юбку, обе они выглядели великолепно, что было оценено и неоднократно озвучено всеми присутствующими. Так что сёстры даже слегка порозовели от смущения и удовольствия. А мне доставило удовольствие поймать благодарный взгляд их мамы.

Среди гостей была одна девочка постарше. Когда я танцевал с ней, она вдруг спросила:

— Ты ведь с Дашей знаком совсем недавно?

— Мы одноклассники, — дипломатично ответил я.

— Но ведь познакомились вы только в её новой школе?

— Мы провели вместе всё лето, — увеличил я время нашего знакомства.

— Ну это же всего три месяца, — слегка пренебрежительно ответила та. — А у вас уже такие близкие отношения; подарки вот смотрю, дорогие делаешь. Скажи честно, ты настолько сильно влюбился в Дашу?

Я почувствовал, как её бедро на пару секунд прижалось к моему немного плотнее, чем требовалось в танце. Мне уже хотелось ответить, что это не её вообще-то дело, но тут, услышав вопрос, в наш разговор вмешалась Кира, звонко выкрикнув:

— Да он влюблён в Дашу по уши!

После чего все засмеялись, Даша покраснела, а я сказал, что у некоторых за месяц событий в жизни происходит больше, чем у иных за год, а то и за всю жизнь. А духовный рост не измеряется в днях и годах.

— Но вам ведь всего-то по 15 лет! Какой ещё «духовный рост» у вас может быть? Тебе самому уже исполнилось 15?

И вновь помогла Кира, сообщив присутствующим, что у меня и у Даши день рождения в один день.

Все тут же радостно и удивлённо зашумели, посыпались вопросы, и танцы увяли сами по себе. Моя партнёрша задержала мою руку в своей на секунду дольше, чем требовалось, а после я почувствовал, как её рука скользнула по моей спине. Практически незаметные для окружающих, но легко считываемые мною сигналы.

И это была подлость.

Тут все захотели попеть песни под гитару, а та девушка, с которой я танцевал, предложила «опробовать заодно» мой подарок, но я вежливо предложил взять гитару, которую они принесли с собой. Даша слегка недоумённо нахмурилась, но по сложившейся уже у нас традиции вопросов прилюдно задавать не стала. В какой-то момент, когда я оказался рядом с Дашей и на нас вроде никто не смотрел, я показал глазами на мою бывшую партнёршу по танцу, и, делая вид, что любезничаю, шепнул Даше на ухо:

— Змея. Осторожно.

Даша кивнула, не меняя улыбки на лице. «Всё-таки, какая она умница!»- в очередной раз восхитился я про себя

Пели ребята хорошо, и я с удовольствием слушал их. Но на предложение спеть самому отказался; пою я плохо, только играю. И то лишь классику, которую никому не интересно слушать на празднике.

Даша, которая знала про меня больше, как обычно благоразумно промолчала. Когда все остальные гости уже разошлись, а я немного задержался, чтобы помочь убраться, она всё же не выдержала:

— Но ты же пишешь песни. Почему не захотел что-нибудь спеть?

— Одну песню, Даша. Я написал всего одну. И ту уже продал, — развёл я руками.

— Но сочинял ведь наверняка ещё? Да и не обязательно же именно свою петь. Ты же знаешь много и других.

— Пропало вдохновение …

— Что-то было не так? — тут же включилась Даша.

— Я сказал.

— И поэтому не дал свою гитару?

— Она теперь твоя. Поэтому и не дал.

— Но сейчас, когда все ушли, ты мне прочитаешь что-нибудь своё?

Я взял Дашу за руки, и прижал их к своей груди;

Я не хочу года считать,

И слов пустых не говорю.