Моя необычная обычная жизнь

Глава 71

Наше решение не отмечать ДР в обычном формате было воспринято родителями с пониманием.

— Но чай-то в семейном кругу попить согласны? -улыбаясь спросила моя мама.

«Попить чай» мы были согласны, но «семейный круг» у нас уже разросся до 9 человек; так что, по сути, получалось тоже самое, но действительно, лишь с семьёй. Так что «к чаю» были поданы «лёгкие закуски», фруктовые салаты, вино для взрослых, лимонад для детей, и мороженое для всех, ну и собственно чай, к которому полагался большой торт, (разумеется, из «Севера») плюс пирожные оттуда же, ну и конфеты, шоколадки, варенье и т.п.

— Нас обдурили, как всегда, — грустно сказал я Даше, отправляя в рот карбонат.

— Угу, — ответила Даша с набитым ртом, — флошлые фсекта так поштупают. Ништыта ни шофести!

Тяжело вздохнув, мы чокнулись стаканами с лимонадом, закрепляя сию печальную истину.

Подарков мы не заказывали, однако после торжественного вноса торта, Евгений достал из кармана конверт и вручил его нам с Дашей «от всех». В конверте были путёвки на Валаам; три дня на т/х "Алексей Сурков". Увидев цену (65 рублей каждая), я хотел было возмутиться таким расточительством, но Евгений меня успокоил, что путёвки «от профкома» по 12 рублей, из-за нераспроданности, т.к. туристический сезон уже заканчивается. Я был уверен, что он соврал, но крыть было нечем.

— Ты же мечтаешь о путешествиях, — сказал Евгений, — так почему бы не начать уже сейчас. Вы теперь вполне взрослые; завтра уже можно за паспортом идти.

После этого о нашем «совершеннолетии» в умилительном тоне заговорили все, но я их «отрезвил», сказав, что пока, кроме похода на фильмы «детям до 16» и просто факта наличия паспорта, как такового, реальных прав у нас нет; надо ждать ещё два года.

— Впрочем, — не удержался я поиграть на родительских нервах, — в случае вступления в брак, полная дееспособность наступает как раз с 16 лет .

За столом сразу воцарилось молчание, и все даже вздрогнули, когда Алина уронила ложку на тарелку.

— Даша, ты когда-нибудь видела такие весёлые и радостные лица на своём дне рождения? — не выдержав рассмеялся я. — Вот что значит, собраться «узким семейным кругом»!

После чего мне пришлось удирать от отца в ванную, а нашим с Дарьей мамам срочно понадобилось более сильное и привычное им лекарство для лечения душевных ран, нанесенных «этими придурошными детьми».

Теплоход отправлялся в пятницу вечером, а возвращался в воскресенье. Так что нам вновь пришлось нести записочки от родителей завучу школы, а на сам теплоход нас сопровождал Евгений, который показывал какие-то бумаги корабельному начальству и руководителю тургруппы. На всякий случай у нас были с собой «Свидетельства о рождении», но заселились мы без всяких проблем в отельную двухместную одноярусную каюту на шлюпочной палубе. С двумя раздельными спальными местами, конечно же.

Мы клятвенно пообещали Евгению «не подводить его под монастырь», ведь в «свадебное путешествие» отправил нас именно он. Посмеялись над его обескураженным лицом, поцеловали мам и отбыли. Всё-таки, история совместных поездок, включая ночёвки, у нас с Дашей набралась уже большая; так что, можно сказать, родители нам начали доверять.

На Валаам мы прибыли где-то к полудню следующего дня. Нет смысла описывать сам остров, а если точнее Валаамский архипелаг, который состоит из более 50 островов. Это был бы слишком длинный рассказ, и всё равно он не сможет заменить личных впечатлений. Там надо просто побывать.

После первой части экскурсии я решил «свалить». Я хотел увидеть валаамские шхеры с воды. Погода была на удивление к этому времени года тихая; так что надо было просто найти «плавсредство». И мы его нашли.

Быстро договорившись о «пожертвовании на храм», мы сели в небольшую моторку, и монах-моряк провёл нам «индивидуальный тур» по самым живописным местам; так что мне приходилось лишь радоваться, что я запасливо взял с собой несколько плёнок сразу в двух кассетах (а то в случае обрыва при обратной перемотке, перезарядить плёнку на свету было бы невозможно).

Грешен; в процессе что первой части экскурсии, что второй, я мониторил «волновую тень» местности. Отличия от того, что видел обычно были, но в принципе весьма несущественные. Очевидно, святость места проявлялась в чём-то ином. В принципе, не был удивлён, т.к. ещё в Городе пытался проводить такие эксперименты в храмах и даже на кладбищах. С одним и тем же результатом; т.е. никаким. Это грело мой агностицизм, но не объясняло историю цивилизации.

По возращении, когда Даша выбралась на берег, и отошла, разминая затёкшие ноги, чуть далее, наш проводник, не прерывая возни с цепью и заедающим замком, неожиданно спросил меня:

— Давно общаешься с призраками?

— Вечность, - невозмутимо ответил я, подспудно ожидая чего-то такого в этом месте,— Только призраки мёртвые, а те, с кем я общаюсь, живые.

— Не боишься перепутать?

— Нет, уже не боюсь. Было время, чтобы разобраться. Много времени.

— А ангелов с демонами?

— А есть разница? — ухмыльнулся я.

— Даже так? — монах наконец-то справился с замком и забрал у меня вёсла.— Она знает? — кивнул он в сторону Дарьи.

— Нет. Ну или почти нет, — поправился я после паузы.

— Правильно. Смутить людей таким легко; исправить потом сложно.

— Но и лгать всю жизнь не годится. Как быть?

— А ты хочешь быть с ней всю жизнь?

— Это единственное, чего я хочу по-настоящему.

— Тогда верь. И ей, — он вновь кивнул на Дашу,— и Ему — он указал пальцем вверх.

И помолчав добавил:

— Был бы ты священником — не было бы у тебя сомнений. И силу бы имел, и веру и дар. Ну да неисповедимы пути Господни — он перекрестился, — Значит, ты нужен Ему на своём месте. Пойдём, отведу вас поесть; а то все ваши уже давно отобедали. Пошли.

Он отвёл нас в монастырскую трапезную, где что-то сказал поварам, и те, не взяв более денег, накормили нас. Пока же я носил еду с кухни, монах придержал Дашу и что-то ей сказал, глядя на меня. Даша же задумчиво смотрела на меня, но что сказал ей монах — не говорила. А я и не спрашивал. Любая новость должна «созреть». Это я знал точно. Эта созрела, когда мы уже готовились спать.