Моя невинная глупость

Ты не сделаешь больно

Ангелину трясло так, что руки ходили ходуном и губы дрожали. Перепуганные глаза были огромными. Их серый цвет теперь напоминал дым. Только дунь, и исчезнет, растворится без следа.

Её страх был таким осязаемым! Он раздирал её тело, лишая воли. А меня просто грыз в самое сердце. Кто причинил ей боль? Кто посмел? Мне хотелось уничтожить его немедленно.

Но сначала согреть моего ангела.

- А в брюках я тебя не пугаю?

- Н-н-н-нет. – Стуча зубами, ответила девушка.

- Не бойся, я не такой уж и страшный.

Это я сказал, только чтобы успокоить Ангелину. Разбавить разговор и увести его от того, за что мне хотелось оторвать напугавшему её утырку голову, по самые яйца.

Прямо в итальянских брюках, я шагнул в душевую кабину. Выставил режим, скорость, напор и температуру воды. Она лилась сверху и превращала одежду в мокрую тряпку.

Итальянский костюм, сшитый на заказ, было жалко. Но я готов был и пиджак натянуть обратно, лишь бы успокоить Ангелину. Лишь бы не видеть страха в её огромных, как блюдца глазах.

- И чего ты испугалась? Говорят, что я даже симпатичный.

Она моргнула. Шагнула к душевой кабинке. Тронула меня за плечо своими ледяными пальчиками. И по коже прокатились волнующие мурашки. Как же она меня возбуждала!

- Вы не обижайтесь, пожалуйста. Я не хотела обидеть. Вы очень, – она опустила глаза, а потом пронзив меня восхищением, – вы очень красивый! Как статуя!

Мне стало смешно. Никогда мне не говорили, про внешность. Чаще хвалили за ум и профессионализм. Иногда говорили, что мерзавец. Но это женщины, с которыми всё закончилось.

- Иди скорее в душ. Грейся!

Ангелина отвела взгляд. Стянула мокрое худи и аккуратно развесила на краю тумбы для раковины. Стоя ко мне спиной, стянула брюки и разложила их рядом с толстовкой.

У меня перемкнуло в голове. Я стоял под горячими струями воды и смотрел. Ангелина была нереальная! Тонюсенькая! Хрупкая, изящная и манящая! Она суетилась в белой майке на тонких бретельках, а я застыл, как каменный.

Причём, везде!

Она ничего не делала, чтобы соблазнить. У неё даже бельё было обычным хлопковым. Белое, как у школьницы. Но мои внутренности скрутило от желания такой силы, какого не вызывали и профессионалки!

Чтобы прикрыть грудь, Ангелина обхватила себя руками и подошла к душевой кабине. Ничего не соображая, я протянул ей руку для опоры. А когда она замешкалась, нетерпеливо качнул ладонью.

- Хватайся уже! Чтобы не упала. А то, как в фонтане поскользнёшься, и что тогда делать?

- Ой.

- Вот тебе и «ой»! Давай руку. Смелее!

Она на секунду задумалась. Левой рукой продолжая прикрывать грудь, правую протянула мне. Коснулась долодными пальцами, и меня тряхнуло, как от удара током.

- Заледенела вся! Быстро под душ!

Она сделала несмелый шаг вперёд. Смотрела так доверчиво, что все мои мысли развернуть и загнуть прямо тут, снесло в водосток. Но притяжение было таким мощным, что не было сил ему противиться.

Притянул рывком к себе. Прижал левой рукой за талию тонкое, дрожащее тело. Закрыл дверцу душевой кабины и отрегулировал направление воды. Теперь она была со всех сторон.

- Она сбоку тоже льётся! – Удивлённо завертела головой Ангелина. – Наверное, трубу прорвало.

- Так должно быть. Это специальный режим. Грейся!

Она отстранилась, заглянула мне в глаза и прижалась обратно, не увидя признаков обмана. Да что же такое! У меня секретарь не замечает вранья, не то что такое наивное создание. Её и обманывать было стыдно.

Ангелина мотнула головой, и резинка соскользнула с волос. Они соскользнули тяжёлой волной по плечам, словно прикрывая от меня оголённые шею и ключицы.

Это было так трогательно, что я провёл по ним свободной рукой. Опустив голову, вдохнул, ставший ярким запах кожи. Намокнув, волосы стали напоминать струящуюся платину.

Ничего не соображая, я запустил пятерню в трепещущие вместе с водой пряди. Поцеловал в макушку. Скользнул ладонями по спине, прижимая хрупкую девушку ближе.

Дрожь девичьего тела мой организм воспринимал, как изощрённую ласку: ритмичный массаж всех частей тела. Особенно всего, что находилось ниже пояса и соприкасалось с Ангелиной.

Она жалась ко мне, постепенно согреваясь. Колола сквозь мокрую ткань майки ставшими острыми звёздочками вершинами. Обвила за талию, провела прохладными руками, и у меня внутри забурлил кипяток.

Её тонкие пальцы, словно пересчитывая позвонки, поднялись от поясницы в шее. Это даже не было лаской, но меня раскалило до предела. Огонь вырвался из-под пальцев Ангелины, прокатился по позвоночнику и шарахнул между ног.

В паху стало садняще жарко. Повинуясь внезапному порыву, я резко скользнул ладонями ниже талии и качнул Ангелину на себя. Наши тела столкнулись, выбив искры болезненного удовольствия.

Она вскрикнула, я со стоном выдохнул. Ангелина резко упёрлась ладонями в мою грудь. А меня полоснуло желанием прижать обратно, не прислушиваясь к её желаниям.

Присвоить, подмять, вылюбить до звёзд перед глазами!

- Не делайте так! – вскрикнула испуганно Ангелина.

И от её испуга на душе стало гадко. Чем я лучше того, кто её напугал? Её беречь и защищать надо.

- Испугалась?

- Да! – пискнула она.

- Не бойся. – Я снова скользнул ладонями на поясницу. А потом нежно поцеловал. – Со мной страшно не будет. Только хорошо. Ты мне веришь?

Ангелина отстранилась. Посмотрела на меня открыто. По её лицу стекали струи воды, и это зрелище отзывалось во мне концентрированным желанием. Но внешне я старался не спугнуть малышку. Не вызвать сомнений.

Она привстала на цыпочки и сама чмокнула меня в губы. Ответила, как окатила ледяной водой.

- Я только тебе из мужчин и верю. Ты не сделаешь мне больно.