Моя невыносимая ведьма

Глава 7. Ночная вылазка

Генрих Дорн

А я уж было едва не похвалил Тьеллвен. Сообразительная, быстрая, умеет вытянуть информацию - даже из той, кто, казалось бы, только что заламывала руки и рыдала над судьбой матери. Почти забыл, с кем имею дело. Почти.

Ведьмы. Всегда одни и те же - слишком увлечённые своими открытиями, чтобы заметить, где заканчивается наука и начинается бездна. А эта, глядите-ка, ещё и восхищается тем, как госпожа Роан «умело договаривалась» с потусторонними. Прекрасно! Браво! Осталось только в честь этого договорчика устроить праздничный ужин с демоном за столом. С меню из собственной души, разумеется.

Глупая девчонка. Неужели не понимает? Эти сущности - не добрые лесовики и не капризные домовые, к которым можно прийти с пирогом и увещеваниями. Они не шепчутся с тобой, они шепчут тебя. Терпеливо, искусно, пока ты сам не отдашь им то, что у тебя осталось.

Так было с моей...

Р-р-р.

- Она договаривалась с ними, чёрт бы её побрал! - вспылил, резко откинувшись в кресле.

А потом осёкся. В кабинете кроме меня - только она. Новенькая. И ей совершенно не обязательно видеть то, что прорывается наружу, стоит мне забыться. Не её это дело - мои демоны. В прямом и переносном смысле.

Я медленно выдохнул. Один… два… три. Вдохнул глубже и снова выдохнул, выравнивая дыхание, будто из легких можно вытряхнуть раздражение так же, как пепел из камина. Помогло лишь отчасти.

- Вы хоть понимаете, с кем она могла вступить в контакт? Это не просто нарушение протокола - это преступление, Алиса. И, возможно, причина её исчезновения.

Когда снова взглянул на Тьеллвен, лицо у неё было спокойное. Слишком спокойное. То ли не поняла, насколько серьёзным был мой всплеск, то ли просто научилась хорошо маскировать эмоции. В любом случае, молодец. Хотя бы не упала в обморок.

- Ты неплохо поработала сегодня, - проговорил я уже куда более ровным голосом, чуть хриплым от усталости. - Но завтра нам предстоит кое-что ещё, так что тебе стоит отдохнуть. Нужно быть в форме. Новые свершения и всё такое.

Я поднялся с места, собрал в одну стопку папки с отчётами, которые всё это время лежали на краю стола, и, поразмыслив, признал: пожалуй, мой рабочий день можно считать завершённым. Ненадолго, но всё же.

Подойдя к шкафу, открыл створку и достал оттуда переговорник - массивный артефакт тёмного цвета, выполненный в форме кристалла с прорезями под палец и гравировкой герба Управления. Лёгкий, но прочный. Рабочий. Я повернулся к ведьмочке и протянул ей камень.

- Он должен быть всегда при тебе, - сказал спокойно. - Я могу вызвать тебя в любое время. У отдела магических расследований, к твоему сведению, ненормированный рабочий день. Но, правда, за это и плата соответствующая.

У девушки брови поплыли вверх - одновременно удивлённые и почти восхищённые, будто она только что услышала какую-то невероятную информацию.

- Плата? Мне будут платить? - переспросила она с таким видом, будто я сейчас сообщил ей, что в её шкафу живёт дракон, выдающий премии за хорошее поведение.

Казалось, всё остальное из моего инструктажа - рабочий день, выезды по тревоге, спонтанные допросы и мёртвые маги - она благополучно проигнорировала.

Я со вздохом кивнул.

- Разумеется. Как младшему сотруднику отдела, - подчеркнул я. - Не за красивые глаза же тебя к нам приставили. Хотя, судя по всему, Бургомистр и на это рассчитывал.

Уголки губ дёрнулись - едва заметно. Всё-таки… устал, но доволен. Хоть чем-то этот день завершился не хуже, чем начался.

Я неспешно обошёл ведьмочку по кругу, как будто проверял, всё ли с ней в порядке, хотя на деле просто не хотел видеть в её взгляде новую порцию вопросов. В таких делах лучше уходить первым - особенно когда голова гудит от улик, версий и подозрений.

- До завтра, Тьеллвен, - бросил через плечо, выходя из кабинета.

В основном зале по привычке попрощался с командой. Кивнул Филиппу, хлопнул по плечу Байна - старина, как всегда, зевал на дежурстве, - мельком отметил, что двое младших снова спорят о чём-то у кофемашины, будто у нас не отдел, а клуб по интересам. Потом вышел через чёрный ход.

Задний двор освещался мягким рассеянным светом магических фонарей, и мой личный траут, цвета полночного индиго, дожидался у стены, будто верный пёс. Я провёл рукой по капоту, активируя защиту, сел за руль и мягко вывел магомобиль с места.

Обернув здание, почти на автомате повернул налево… и заметил её. Тьеллвен стояла у остановки маговоза, скрестив руки на груди и переминаясь с ноги на ногу. Очевидно, вечер уже прохладнее, чем она ожидала.

Я сбавил скорость. На мгновение мне даже показалось, что будет вполне по-человечески предложить подвезти её домой. Новый сотрудник, первый день, много впечатлений, а завтра нас ждёт новая вылазка. Мог бы. Наверное, должен был.

Но тут же перед глазами возникла картина: девица, сияющая от радости, рассказывает кому-нибудь, как начальник лично подкинул её до дома. Слишком много неверных интерпретаций для одного доброго жеста.

Я выдохнул, вернул ногу на педаль и плавно ускорился. Мой траут мягко проскользил мимо, будто и не замедлялся вовсе, и я снова остался наедине со своими мыслями.

Городская квартира ждала меня - тихая, тёмная, с хорошо начерченными защитными рунами и одной кружкой, которую я так и не вымыл с утра. И почему-то всё это показалось мне сейчас гораздо надёжнее, чем попытка поиграть в заботливого наставника.

Дома оказалось привычно пусто. Ни звуков, ни запахов, ни следов постороннего присутствия - всё ровно, спокойно, точно так же, как я и оставил. Иногда я радовался этой тишине… но сегодня она казалась особенно глухой.

Скинув плащ и пиджак на вешалку, я направился к рабочему столу и аккуратно положил на него собранные за день отчёты. Они заняли своё место среди прочих папок, как солдаты в строю, ожидающие своей очереди быть допрошенными. Разувшись, потянул за ворот рубашки, одним движением стянул её через голову, затем избавился от остальной одежды, небрежно отбросив её в корзину для стирки, и, потянувшись, с лёгкой неохотой побрёл в ванную.