Моя невыносимая ведьма

Глава 9. Новое похищение

- Так, слушай меня внимательно... - тяжело выдохнул вспотевший Дорн, бросив на меня взгляд, в котором опаска странно соседствовала с решимостью. - Собирай свои вещи. Здесь оставаться небезопасно.

Здрасте, приехали. А жить мне, значит, где? У него, может, и есть запасные квартиры, а у меня, помимо этого неудачно заколдованного уголка, ничего нет. К родителям я, между прочим, возвращаться не собираюсь - даже под угрозой смерти. Чтобы снова контролировали каждый шаг и пытались выдать замуж? Спасибо, уже проходила. Больше не надо.

Всё это пронеслось в голове за пару секунд. А вслух я выдала отредактированную, максимально приличную версию:

- У меня нет другого жилья. И средств на аренду тоже нет, - сказала с достоинством, в духе «да, я нищая, но гордая».

- Хм, - протянул Дорн, окинув меня внимательным взглядом. - Я тебя всё равно одну тут не оставлю. Комнату опечатаю. Где ты собираешься умываться? На кухне?

Я вздохнула. Ну а что, не в первый раз. В тазике тоже можно. Главное, не по шею и чтобы вода была тёплой. На крайний случай - зелье для личной гигиены, три капли на ладонь, и ты почти человек.

- Вот что, Тьеллвен, - более твёрдо произнёс детектив, по-своему расценив моё молчание. - Собирай свои вещички, пока я тебя сам в траут не затащил. Поживёшь пока у меня. А с отдельным жильём разберёмся позже.

Ага. Гениально. Инфернал у меня в ванной, теперь ещё и начальник - в соседней комнате. Что может пойти не так?

Увидев серьёзный взгляд Генриха Дорна, я моментально поняла - он не шутит. Никаких «поживёшь у меня» ради красного словца. Этот человек, если понадобится, действительно закинет меня на плечо, словно мешок картошки, и донесёт до своего магомобиля. Ногами вперёд, с моими вещами под мышкой и ехидным комментарием в придачу.

Так что я решила не испытывать судьбу и не проверять, насколько у него крепкая спина и терпение. Лучше уж по-хорошему своими ножками, аккуратно и в полном сознании, да ещё с гордо поднятой головой - соберу всё самое необходимое и сама потопаю вниз.

Сборы вышли, мягко говоря, стремительные - настолько, что я умудрилась с размаху опрокинуть настольную лампу, когда полезла под кровать за чемоданом. Она грохнулась на пол с таким звуком, что я сама вздрогнула. Через пару секунд на пороге спальни возник Дорн, будто ждал сигнала к атаке.

Он оглядел комнату, в которой царил полный стратегический хаос: вещи разлетелись по углам, на кровати в артистическом беспорядке раскинулись несколько бюстгальтеров - и я зависла над ними, не в силах определиться, какие из них брать. Словно это был не побег из опасного жилища, а подготовка к отпуску у моря с потенциальным романом.

- Я… эээ… выбираю, - пробормотала виновато, стараясь выглядеть хотя бы отдалённо собранной.
Дорн буркнул что-то неразборчивое, отвернулся и, к моему облегчению, тут же исчез в коридоре.

С остальным я справилась куда быстрее: впихнула в сумку несколько комплектов одежды, добавила запасную обувь, захватила косметичку и какую-то полезную мелочёвку, которую обычно вспоминаешь уже по приезде. Чемодан тяжело грохнулся в коридоре, за мной - дорожная сумка и толстовка, зажатая под мышкой.

Когда я вышла, то заметила Дорна у ванной - он как раз заканчивал чертить сложные линии на дверном косяке, будто обводил её магическим карандашом.

- Берите, что вам нужно, и я наложу печать, - проговорил он, даже не оборачиваясь, но явно заметив, как я топчусь рядом, держа в руках зубную щётку и мокрую расчёску.

Как только я застегнула сумку, Генрих бесцеремонно подхватил чемодан и пошёл к выходу, даже не предложив мне помощь - просто взял и потащил, как будто всю жизнь этим занимался. Я едва успела накинуть куртку и прихватить сумку, прежде чем мы вышли в общий коридор.

Я остановилась у двери, чтобы закрыть замок… вернее, то, что от него осталось после начальниковского взлома. Щеколда болталась неровно, а сам механизм протестующе скрипел, будто обижался на судьбу. В этот самый момент сверху, с лестницы, послышались лёгкие шаги и звонкий смех - по скрипящей лестнице спускались две ведьмочки.

Я не помнила их имён, но лица были определённо знакомыми - кажется, мы сталкивались на общей кухне, когда я варила овсянку, а они пытались вызвать духа моды из шестисотых. Сейчас девушки оживлённо о чём-то болтали, наперебой рассказывая друг другу какие-то смешные подробности, но, заметив нас с Дорном - меня с перекошенной сумкой через плечо и его с суровым «я-забираю-подопечную» выражением лица и чемоданом в руках - синхронно умолкли.

На лице одной мелькнуло удивление, другая сделала вид, что случайно поправляет волосы, но при этом обе сговорчиво переглянулись и хихикнули в унисон, будто только что поделились мыслями на чисто женском телепатическом канале.

- Доброй ночи… - растянуто проговорила одна из них, а вторая уже тащила её вниз, на четвёртый этаж, всё так же весело щебеча, будто наблюдала нечто весьма пикантное.

Ну конечно. Теперь новость о том, что я посреди ночи уехала с мужчиной, особенно если учесть, кто именно этот мужчина, станет информацией номер один в нашем доме-общежитии. Даже духа моды этим уже не переплюнешь.

Траут, в который мы погрузились, оказался именно тем, что принято называть "неприлично дорогой". Обтекаемый кузов глубокого тёмного цвета с едва уловимыми золотыми вставками, глянцевая поверхность без единой пылинки, мерцающие руны защиты вдоль дверей… Да, определённо, не казённое авто. Скорее всего, такой был у моего братца - любителя шика и техномагических новинок, который меняет транспорт не реже раза в полгода, потому что «а этот уже вышел из трендов, ты что, сестра, не следишь за обзорами?»

Внутри всё было как в лучших каталогах: мягкие кресла, отделанные дорогой кожей, встроенная система подогрева, подсветка цвета меда и даже аромат - не навязчивый, но благородный, с лёгкими нотками можжевельника и кофе. Я осторожно прикрыла за собой дверь, пока Генрих забрасывал мой чемодан в багажное отделение, и мы тронулись.