Моя очаровательная предательница

Глава 20

Вечером я обходила дворец, ища Кириана среди бесчисленных коридоров. Спрашивая у слуг, не видели ли они принца, я узнала, что он собирался подняться на одну из башен с архитектором, чтобы договориться о чём-то. Я помчалась наверх по винтовой лестнице, но выйдя на открытую площадку, никого не обнаружила.

Я спустилась на последний этаж, намереваясь потревожить своим вопросом гвардейца, дежурившего у окна, как вдруг принц пронёсся по коридору со своей свитой, и я подбежала к нему. Он, недоумевая, остановился и бесстрастно спросил:

— Что с тобой?

— К… Ваше Высочество, мне нужно с вами поговорить.

— Поговорить, о чём?

Я умоляюще посмотрела на него.

— Ладно, следуй за мной.

Мужчина дал знак охранникам ждать снаружи, а мы зашли в одну из комнат дворца.

— Я слушаю тебя.

— Завтра собираются казнить двух магов. Пожалуйста, помилуй их.

Принц нахмурился и развёл руками.

— Помиловать, с какой стати?

— Они этого не заслужили.

— Правда? Думаю, магам пришло время понять, что будет с теми, кто противится моей власти.

Он недоверчиво посмотрел на меня, словно говоря:

“в том числе и тебе”.

— Последняя наша встреча с друидом научила меня, что нельзя слепо верить чародеям, обладающим любым даром. К тому же приговор выношу не я, а суд. И я не сомневаюсь в его решениях.

— Но меня ты помиловал!.. — нечаянно слетело с губ.

Он вздёрнул бровь и грозно произнёс:

— Это было необходимо.

Даже несмотря на его доводы, я не могла понять, почему он был так суров и непреклонен. Иногда он шёл на уступки, и мне казалось, что я смогу его отговорить.

— Знаешь, Кириан, я думала: осталось ли в тебе что-то от того знакомого парня, живого, который умел поддержать и сопереживал другим? Который единственный из людей был мне близок и дорог?

Мужчина удивился, но попытался это скрыть и нарочито холодно поинтересовался:

— И что ты решила?

— Скажи ты мне: они умрут?

— Да.

Я разочарованно сжала губы.

— Тогда ты сам знаешь ответ.

Я пошла к двери, но он схватил меня за руку и сердито произнёс:

— Что ты о себе возомнила? Что позволяешь? Я твой будущий король. Ни друг и ни брат. Думала, что изменишь меня, повлияешь на дела Ринголии своими чарами?!

Он отпустил меня.

— Этого не будет. Я такой же, как отец и мои предки.

— Не король ты ни мне, ни другим магам – король защищает свои народы, а не угнетает их!

С досадой я выбежала из комнаты.

"И на что я надеялась? Магов казнили и раньше, и ему до этого не было никакого дела".

Добравшись до сада, я присела на лавку и попыталась собраться с мыслями. Патрули гвардейцев ходили вокруг площади. У меня родился план. Я подкупила одного стражника – отдала единственную драгоценность – золотое кольцо, подаренное отцом, чтобы он отпустил магов. Мужчина согласился освободить их ночью, переодев в гвардейцев.

До рассвета, около четырёх часов утра, я поднялась и пошла к темнице. Гектор стоял возле башни.

— Получилось, ты их вывел?

Я ожидала ответ, оглядываясь по сторонам.

— Да. Всё сделано.

Я выдохнула. Из-за угла башни кто-то вышел из тени. Им оказался судья.

— Всё сделано, ведьма. Однако по закону, а не по твоему грязному плану.

Меня охватила злость.

“Лживый лицемерный ушлёпок! И с чего я вдруг решила, что можно доверять этому гвардейцу?! Но ничего другого мне не оставалось”.

Судья продолжил:

— Думала подкупить нашего и спасти магов? Как самонадеянно! И глупо. Конечно, по закону и ты должна разделить их участь. Но, к сожалению, не все так считают. Так что пока возвращайся во дворец, а через несколько часов начнётся представление, можешь его лицезреть.

Он улыбнулся одними губами.

— Разумеется, о твоей выходке доложат принцу.

Расстроенная и обозлённая, я отправилась в свои покои.

На столе лежало какое-то письмо. Я открыла его и провела глазами.

— Папин почерк… — чуть не потеряв землю под ногами, прошептала я.

“Кэссиди, они изложили мне суть. Ты можешь принять любое решение. Но выбери то, что считаешь самым верным для магов и следуй ему несмотря ни на что, даже на волю властителей”.

Рядом, под конвертом, пряталась ещё одна записка, скрученная и обмотанная нитью. Я раскрыла её.

“Мы выполнили своё обещание, теперь пришло время тебе дать ответ нам. У тебя есть неделя, чтобы принять решение. Мои люди освободят твоих родителей. Если примешь моё предложение, напиши лишь два слова: Я согласна. После приди к старому фонтану, что расположен за памятником королю Роланду. Убедись, что рядом никого нет. Отодвинь тёмный камень у земли и положи записку в углубление.

Если откажешься, надеюсь, ты помнишь, чем тебе грозит раскрытие нашей тайны. Как только мы получим положительный ответ, ты должна будешь немедля следовать моему плану, получив указания. Как прочтёшь, сожги это письмо”.

Я ещё раз рассмотрела записку и поднесла её к свече. Бумага загорелась и за несколько мгновений исчезла у меня на глазах, но мои сомнения по-прежнему остались со мной, как бы я ни была подавлена и зла на Кириана и его лордов.

Через пять часов я пошла на площадь. Эшафот уже был приготовлен, люди столпились вокруг. Двоих тащили к платформе, я почувствовала то же самое, что и тогда, когда вели меня: бессилие, злость, отвращение, несправедливость. Это было так похоже, что ноги сами понесли меня к ним. Когда я продвинулась вперёд и собиралась преградить им путь, гвардейцы схватили меня за руки и увели в сторону. Пытаясь вырваться, на балконе я увидела Кириана и замерла. На головы магов, покрытые мешками, уже накинули верёвки, палач ожидал от принца знака. И он опустил руку, разрешая казнь. Тела повисли, задёргавшись в агонии. Через минуту они остановились без признаков жизни.

Меня проводили в комнату и охраняли весь день, ожидая, пока я успокоюсь. После нескольких беспокойных часов в порыве гнева я взяла лист и написала: