Моя первая последняя любовь

Анонс №2

По вашим просьбам, добавляю еще один анонс второй книги!

Ориентировочная дата выхода: лето-осень 2019

Её перевели в их класс в конце учебного года. Маленькая, хрупкая девочка с ангельской внешностью и таким же именем. Девятилетняя Милана сразу получила одобрение и любовь учителей, внимание и дружелюбие со стороны одноклассников. Лишь одному мальчику не нравилась яркая солнечная девочка, с которой он ни разу не заговорил. Ровно до одного момента.

- Приходи ко мне на день рождения в субботу, - она подошла к нему в один из дней после уроков и протянула яркую бумажку.

- Что это? - исподлобья взглянул он.

- Приглашение на мой день рождения. Приходи, будет весело, - она ярко улыбалась ему, несмотря на его холодное выражение лица, так несвойственное десятилетнему мальчику. Она искренне не понимала, почему он за всё время так ни разу с ней не пообщался. Неужели она могла его чем-то обидеть? 

Он всерьёз не собирался приходить на праздник к этой малявке. Да, малявке. Несмотря на то, что они были практически ровесниками, девчонка казалась меньше своего возраста и ходила вечно в детских платьицах с бантами. Лишь когда его лучший и, пожалуй, единственный друг – Дима Морозов сказал, что пойдёт, он решился. Подарок покупала его мама. Это была огромная кукла, чем-то похожая на девчонку. Темные густые волосы, невинные голубые глаза… Девчонка радовалась подарку так, будто ей исполнилось не десять, а три. 

***

И снова эти больные воспоминания. Больные от того, что больше этого не будет. Её больше не будет рядом с ним… Он и сам не помнит когда случилось так, что ему стала важна эта девочка. Когда она стала смыслом его жизни. Центром его мира. Тогда, когда не смогла задуть свечи на торте и попросила его помочь, смотря на него широко раскрытыми глазами? Или тогда, когда протягивала ту судьбоносную открытку с приглашением…

- Твою же мать, Кир, что у тебя творится? - послышался звон стекла, катящегося по полу. 

- Димыч, давай, потише. Башка раскалывается, - голова действительно раскалывалась. Изменив своему слову, снова напился. Иначе просто было никак не забыться, никотин уже не помогал.

- Я не удивлён, - друг сел на диван, спихнув мои ноги на пол. – А если серьёзно: что за хрень творится который день? Трубу не берёшь, на звонки не отвечаешь. Жрёшь только сигареты походу, а бухлом запиваешь? - он кивком указал на пепельницу, забитую окурками и бутылки из-под коньяка и виски. – От такой «диеты» подохнуть можно, - дожил до дня, когда сам Морозов читает мне лекции о вреде курения и алкоголя. 

- Я уже подох, Димыч. Уже, - сев, жёстко провёл руками по лицу...