Моя последняя любовь

Глава 22

Водитель довозит меня до клиники и сопровождает до входа. Помогает мне с халатом и отпускает в лифт, получив с меня обещание, что я найду его немного позже на парковке.

Палату нахожу быстро. Стоило мне назвать свою фамилию и имя, как медицинский персонал засуетился. Едва только я вышла из лифта, как на этаже меня встретила медсестра и сопроводила до ВИП-палаты сестры.

Начинаю чувствовать себя звездой какой-то. Все бегают, кофе предлагают, тапочки приносят, чтобы я не портила свой внешний вид бахилами.

— Мам, — вхожу на её половину, увидев родительницу, которая сидит около стекла, за которым видно Олю, и читает сестре сказку.

— Люба! — кидается она ко мне, а сестра за окном машет радостно.

Обняв изо всех сил и чувств маму, машу сестре в ответ и отмечаю лёгкий румянец на её щеках. Хороший знак. Обычно она бледненькая, с синяками под глазами. А сейчас даже губки розовенькие.

— Это что на тебе? — спрашивает она, отпустив меня и разглядев мой внешний вид. — Курточка новая?

— Ага. Он купил, — поджимаю губы. — И целый чемодан другой одежды.

— Это что за отношения такие? — возмущённо интересуется. — Содержанка?

— Нет, мам, — тут же начинаю отрицать, хоть и понимаю, что со стороны всё выглядит именно так. — Он безумно странный. Купил мне это, когда мы только друзьями были. Сейчас, когда мы уже в отношениях, оказывает мне знаки внимания и заботы, но при этом ведёт себя скромно и прилично.

— Это как?

— Чай приглашает пить, — перечисляю, не зная, на чём именно акцентировать её внимание. — Водителя и телохранителя выделяет. Подарками задаривает.

— Чай пить?

— Правда чай пить. С лимоном, — улыбаюсь. — Без приставаний.

— Ты чаёк, а он коньячок с лимоном? — ищет она подвох.

— Что ты, мам?! — даже прыскаю от смеха. — Он не пьёт. Сказал мне, что его развлечение — это лимонад газированный. И он даже на своём дне рождения пил лимонад, и алкоголем там нигде не пахло! Представляешь?

— И правда странный. Все же пьют, — задумчиво тянет она.

— А он — нет.

— Рассказывай!

— Его зовут Ярослав, — сажусь, и сестра, подвинув штатив с капельницей, садится поближе к окну, чтобы всё слышать. — У него свой бизнес, который достался от отчима. Отчим умер, а мама жива. Сестра есть, которую он любит. Живёт один. Что дальше? Даже не знаю.

— Это неважно! — кидает мама. — Главное, что и как между вами?

— Мы познакомились, — опускаю некоторые детали, — и он предложил составить ему компанию на отдыхе. Я отказать не смогла. А потом всё завертелось. И в итоге мы пришли к тому, что хотим попробовать быть вместе не как друзья, а как пара, — немного меняю посыл истории, чтобы не выставлять ни себя, ни Ярослава в дурном свете.

— Хм-м, — касается пальцами губ, как делает каждый раз, когда думает. — Интересно. И подозрительно.

— Мам, это он оплатил Оле уколы, — решаю выдать секрет Серова, чтобы мама не думала. — И он вам палату эту выбил.

— Чего?!

— Ага. Всё потому, что ему не нравилось, что я грущу, — рассказываю, чувствуя себя при этом сказочной принцессой, но… по-прежнему ища во всём подвох. Это у нас с мамой семейное, наверное.

— Да ты что!

— Ага, — активно киваю головой. — И всё из-за красной шапочки моей и глаз.

— Знаешь, Машунь, а романтично, — сдаётся родительница, недолго думая. — Говоришь, старше он тебя?

— Ага.

— Ну, видно, мужчина сразу нацелен на серьёзные отношения и с тобой себя ведёт достойно, как твой папа со мной. Мне нравится. Но ты всё равно, если что, из-за этих уколов под него не гнись.

— Ты когда его увидишь, то точно влюбишься, мамуль! — восклицаю и подмигиваю сестре, которая задумчиво улыбается.

— Ой, этого мне не надо! Пусть вы друг в друга влюбитесь! Да так, чтобы и свадьба, и детишки.

— Может быть, мам, — вздыхаю.

— Но ты его должна отблагодарить, Любовь моя, — включает она в себе хозяйку. — Он такое доброе дело для нас сделал. Может, ты ему пирог наш фирменный с лимоном сделаешь?

— Хм-м, а это идея! — загораюсь, представляя, как он ему понравится. Особенно с чаем. Это будет высшее наслаждение. Папа готов был всё в доме починить ради этого пирога.

Обговорив с мамой рецепт и получив наказ, где и что лучше купить, немного болтаю с сестрой. А затем иду на выход, ведь даже для пациентов ВИП-палат действует правило часов посещения.

Уже собираюсь уйти, когда взгляд цепляется за кабинет, где я вносила оплату. И я решаю сделать то, за что Ярослав точно меня будет ругать.

Запрашиваю у женщины выписку оплаты лечения Оли полностью. С бумагами она возится примерно полчаса, но в итоге отдаёт мне все выписки, в которых не только сумма, но и имена благотворителей написаны. И среди имён — своего и Ярослава — и названий фондов я нахожу знакомую фамилию, которой точно здесь быть не должно.