Моя ревнивая любовь

Часть 3.

Утром, следующего дня, я летела на новый зачёт. Как всегда, проспала. В этот раз успеваю, хоть и бегом. Софа, как обычно, сидит на нашем месте и улыбается. Как же я её люблю, только Сонька может удержать мой характер. Доводы у нее всегда убедительные. Ну, у Никиты тоже иногда получается, но он любит меня такую. Мы с ним познакомились в одну из наших вылазок. Я потащила Софу в клуб, тогда был наш первый и последний поход. Я довела администратора до нервного тика и разбила бокал, или два. Ник рассказал, что наблюдал за мной в тот день и решил познакомиться. Он то и отвлёк меня от админа, я спрашивала ее о меню. После тщательной головомойки на тему кондиционеров или проводки. С памятью у меня не очень, я уже говорила.

Ник привлек меня своими глазами, только поэтому не отшила сразу. Месяц ходили на свидания и прогулки, а ровно день в день, предложил построить отношения. Мы полностью подходим друг другу и родителям он понравился. Одобрение папы я получила. На удивление, они быстро нашли общий язык. Мы часто устраиваем посиделки вчетвером. Иногда присоединяются родители Ника, но они много работают, так что это редкость. Им я понравилась сразу, по взглядам видела одобрение. Как увидела, так и выдохнула, переживала жуть как, а оказалось зря. Его родители прекрасные люди, хоть и занятые. А после пары встреч, про свадьбу говорить начали. Даже время выбрали, летом. Ник согласился, с условием, что я сначала закончу универ. Мне приятно, что я есть в его будущем. Без него уже не представляю себя.

Зачёт у нас идёт полтора часа, как пара. Когда оставалось пол часа до конца, в дверь постучали и зашёл какой-то ботаник, ну, на вид. Рубашка заправлена в брюки, сверху пиджак, галстук и очки, круглые, на носу.

– Василису Морозову вызывают в деканат – сказал ботан и вышел. Чёрт, Василиса - это же я. Смотрю на Сонька, она в шоке, я наверное с такими же круглыми глазами сижу. Быстро встаю и иду на выход. Что я успела натворить? Меня конечно и раньше вызывали, но тогда за дело, а сейчас я ничего не делала. Вроде.

Только я вышла, как меня схватили за руку. Раздражает. Понятно теперь, какой деканат меня вызывает. Блондинистый и наглый.

– Слышь, блонди, руки убери. Тебе вчера непонятно было? – когда я злюсь, то просыпается гоп-девочка Вася.

– У меня имя есть, Василиса. – а руку то убрал. Хороший какой, был бы, если б не хватал.

– Что тебе надо? – честно, я не люблю таких настойчивых парней, у которых во взгляде надменность, будто им все должны.

– Я уже говорил, хотя твой номер у меня теперь есть. Предлагаю свидание. – Вот это заявление. Обломись, мальчик.

– Парень, я девушка занятая и очень злая. А таких девушек лучше не трогать. – всё таки, моя коленная чашечка встретилась с его достоинством. Эх, быстро ты сдулся. Пора возвращаться. Интересно, как громко Сонька ржать начнет.

Черт, рука немеет, он снова схватил меня, да ещё так сильно. Синяки останутся. На моей коже они быстро выходят, то ли кожа тонкая, то ли ещё что, не помню, но так у меня всю жизнь.

– Ты чего творишь? – шиплю, иначе орать начну.

– Мы недоговорили, – встречаюсь с его жутким взглядом. А мило выглядит.

– Да нет, мы уже всё обсудили, так что бай – вырываюсь из захвата и захожу в кабинет. Откуда у него мой номер? Вопрос.

В кабинете быстро сдала работу, получила "4" и вместе с Сонькой пошли в столовку. Решила там рассказать, хочется в голос орнуть с её смеха, а не довольствоваться истеричной миной. Все-таки, за смех и выгнать могли.

В столовой рассказала Соньке, что за деканат меня вызывал. Она расхохоталась так, что на нас косились со всех сторон, а я подхватила ее смех.

– Он сказала, что нашел твой номер. Что делать будем? – мне нравится эта черта в подруге, она не оставит меня одну с проблемой, а будет решать её со мной.

– Да ничего, в чс закину, если напишет или позвонит.

– Ну да, это самое верное твоё решение – и снова смеётся.

– Что ещё за камень в мой огород? – ладно, я часто ошибаюсь, но всё же выкручиваюсь из любой ситуации.

– Констатация факта, – серьезно произносит подруга, а глаза то ржут надо мной.

– Ладно, ты права, я ходячее бедствие, – и мы снова смеемся, громко и от души.