Моя Сара...

1

Шумный зал ресторана был наполнен элитой, или как все привыкли называть – сливками общества. Никогда не любил пафос и лесть, но теперь, видимо, мой удел терпеть фальшивые улыбочки коллег и знакомых, с которыми мы не первый год вот так вот собираемся на благотворительных мероприятиях.

На самом деле благотворительность никогда не была моей сильной стороной. Я попросту не понимаю этого, но каждый раз посещаю вечера посвященные этому. Нужна помощь – я рад помочь, но не чаще двух раз в год. Все что чаще – пустая трата средств, которые не падают ко мне с неба. За каждую копейку я готов ответить, потому что привык зарабатывать кровью и потом. Образно, конечно, но сил в бизнес вложено слишком много, чтобы просто так раздавать деньги налево и направо.

— Санька! Ну наконец-то хоть одно знакомое лицо, а то я все пью и пью в одиночку! — красная рожа Туровского возникает передо мной совершенно неожиданно, хотя этот прохиндей не пропускает ни одного мероприятия, где можно нахаляву нажраться.

— Привет, Артем... Тамара тоже здесь?

— Была где-то, хотя может быть уехала. Мы повздорили. Она снова обвиняет меня в том, что я алкаш несчастный... а я счастливый алкаш, потому что могу себе позволить лишний бокальчик! За тебя, дорогой!

— Завязывал бы ты с этой дрянью. — Морщусь я, глядя на то, как Туровский вливает в себя очередной бокал шампанского. И как только можно надраться в щи с шампанского?

— А Ритка? Ты без нее сегодня?

— Она... дома решила остаться. Да и не любит она такие гулянки.

А вообще какое ему дело один я или нет? Если никого нет поблизости, значит так нужно. Значит я так решил, а не кто-то захотел выпендриться и опозорить меня. Зла не хватает, но нужно держать лицо. Хотя бы ещё час и домой. Чем меньше я проведу здесь времени, тем больше останется на сон. Все же утром на работу, которая сама себя не сделает.

— А ты помнишь Эрнеста Пертолича? — вновь говорит Туровский, и я машинально киваю головой, осматриваясь по сторонам. — Так вот, его дочь в Россию вернулась. Актрисулька в театре, причем неплохая такая. Я был в прошлый четверг там... заценил, хотя терпеть не могу театры.

— Я тоже... Слишком далек от искусства! — делаю глубокий вдох, чтобы не высказать Артёму все то, что думаю о нем и вообще вечере в целом, разворачиваясь и едва ли удерживаю остатки шампанского в бокале, столкнувшись с... девушкой.

Она юна... На вид явно меньше тридцати. Статная. Стройная. Перепуганная до чертиков, но ее понять можно – я чуть не сбил ее с ног. Кажется, я не видел никогда таких, как она. Слишком красива и слишком невинна. Она совершенно другая и явно отличается от тех, кто собрался на мероприятии. На ней белое шелковое платье на тонких бретельках и туфли на высоком каблуке. Волосы цвета горького шоколада собраны заколкой и лишь непослушные вьющиеся локоны обрамляют аккуратные черты лица.

— Прошу прощения, я не хотел...

— Нет-нет, все в порядке, я думала, что успею пройти мимо, не задев вас! — у нее ангельский голос и большие серые глаза, которыми она смотрит в самую душу.

— О, как! — и вновь я вспоминаю о том, что Туровский совсем рядом и явно что-то решил сморозить своим пьяным языком. — Это же как раз-таки дочь Пертолича! Верно?!

— Верно.

— А я сразу понял это! Вы с ним похожи. Одно лицо!

— Я не давала вам отмашку сравнивать меня с кем-то. Каждый человек индивидуален, хотя... вас я бы сравнила... не буду говорить с кем, чтобы не портить вам вечер. — Звонко осаживает она Артема, и я едва сдерживаюсь, чтобы не похлопать, как это было красиво.

Туровский громко сопит и наконец-то уходит подальше с моих глаз, а я выдыхаю.

— Я должен вас поблагодарить!

— За что? — она вновь поднимает на меня взгляд, и я держусь, чтобы не пропасть в буйстве ее глаз.

— Артем слишком любит выпить и не следит за своими действиями. А если быть откровенным – он меня достал.

— Что ж, тогда я рада, что доставила вам такое удовольствие. Наслаждайтесь прекрасным вечером!

— И вы... — говорю это уже ей в спину, потому что она, заметив кого-то в толпе спешит туда, ни разу не обернувшись на меня.

Дальше вечер идёт слишком... напряжённо. Я не могу уехать, потому что хочу еще лишь на мгновение увидеть ее глаза. Казалось бы, никогда прежде я не встречал таких, как она, может быть поэтому сейчас и ищу её в толпе, пытаюсь вновь пересечься и поговорить, но она ускользает от меня. Как тень. Как шелк... она вся, как шелк. Такая же нежная и невероятно красивая. Кажется, я сошел с ума.