Моя сестра из другого мира

Глава 11

Низа

Это действительно было проблемой. И не только потому, что спать со стариком само по себе гадость. Я, конечно, надеялась, что герцог на это уже не способен, но в последнее время, глядя, каким жеребчиком он скачет, начала сомневаться. Особенно когда он смотрел на меня, масляно блестя жабьими глазками, а с его штанами происходили всякие загадочные изменения. То есть не со штанами, конечно, но покрой придворного костюма эти превращения не скрывал, а только подчеркивал.

Когда Айна ехидно намекнула, что у меня может родиться ребенок от герцога, я как раз подумала об этом. О том, что шутки шутками, а если он и правда еще что-то может? Попробуй отвертеться. Вышла замуж – значит, исполняй супружеские обязанности.

И объясняй тогда, где случайно обронила девственность. Когда-то за такие дела и казнить могли. Не за саму потерю невинности, конечно, а за обман мужа. Ну а сейчас подобное означало расторжение брака и громкий публичный позор. И если первое меня ни капли не огорчило бы, то вот второе…

- Эй! – Айна подергала меня за рукав. – Не переживай. Все-таки дедушка уже старенький, вряд ли на что-то годен. А даже если… Ну что делать, не ты первая, не ты последняя. Противно, но не смертельно. Можно, например, глаза закрыть и представлять, что это красавчик какой-нибудь. А там, глядишь, он от такого усердия и… того. Нет, я никому ничего подобного не желаю, но если старик своих сил не рассчитал, сам и виноват.

- Ты не понимаешь! – я чуть не расплакалась.

- Ну так объясни.

Я объяснила.

- Ну ёшкин кот! – всплеснула руками Айна.

- Что? – не поняла я.

- Не обращай внимания. Прости за такой вопрос, а когда ты со своим парнем этим занималась, не думала, что так будет? Или была уверена, что у деда твоего все давным-давно засохло и отвалилось?

- Так это еще до того, как он ко мне посватался. Герцог. Мы-то с Груффальдом были уверены, что поженимся. Мы с детства знакомы. И родители не возражали. Пока не появилась эта старая жаба.

- Вот оно что. Послушай, ну если так, может, вам с ним убежать? За границу?

- Айна… - вздохнула я. – Не знаю, как там у вас, но у нас вот так убежать – это вычеркнуть себя из жизни. Если, конечно, еще удастся добраться до границы, а это вряд ли. И Груффальд за попытку увезти чужую невесту надолго сядет в тюрьму. Вот уж чего я меньше всего хочу для него.

- У нас тоже когда-то было так, - согласилась она. – Сейчас по-другому. Для меня, конечно, это дико, но какое я имею право судить о чужой жизни? Если не можешь изменить ситуацию и свое отношение к ней, надо подумать, как можно уменьшить ущерб. Если брака не избежать и деда в постели тоже, он не должен узнать, что ты не девственница.

- Айна, а ты хоть какое-то представление об этом имеешь? – уточнила я раздраженно. – Или просто так языком молотишь?

- Деточка, - хмыкнула она снисходительно, - мне, к твоему сведению, было тридцать лет. Я успела побывать замужем и развестись. И мужчин у меня было… не один, в общем, и не два. Про все это дело я тебе много чего могла бы рассказать, но не хочу пагубно воздействовать на неокрепший детский ум. Да-да, я про тебя.

- Ну и как тогда он может не понять? – я притворилась, что про детский ум ничего не услышала.

- Очень просто. Приходит твой дедуля к тебе в спальню в первую брачную ночь и говорит: «Дорогая Низа, я пришел исполнить супружеский долг». А ты такая: «Дорогой… как там его? Ну неважно. Дорогой супруг, я счастлива открыть вам свою сокровищницу. Скорее вонзите свой волшебный нефритовый жезл в мою пещеру страсти».

- Чего? – расхохоталась я. – Это у вас так говорят?

- Нет, это у нас так иногда пишут в глупых любовных романах. Ты говоришь ему: «Дорогой супруг, давайте сначала выпьем вина за нашу долгую и счастливую семейную жизнь». Он выпивает бокальчик и засыпает мертвецким сном. А ты тем временем берешь ножичек, режешь палец, пачкаешь кровью простыню, рубашку и его стручок. А когда он просыпается и говорит, будто ничего не помнит, уверяешь, что нет же, все было, во как все уделано. Что он просто ого-го какой молодец. А не помнит… ну что поделаешь, со старенькими это случается.

- Великолепно! – одобрила я. – Одна проблема – как добыть такое вино, от которого он заснет мертвецким сном.

- А для этого, сестричка, у нас есть тетя-ведьма. Вот не зря я подумала, что с ней надо дружить. Когда, ты говоришь, свадьба?

- Осенью.

- Ну, значит, время еще есть. Я сумею к ней подлизаться. Она вполне разумная, в отличие от твоей матушки. И нас любит.

Айна говорила с такой уверенностью, что мне показалось, будто солнце выглянуло из-за тучи. Или хотя бы лучик пробился. Может, и правда у нее получится договориться с тетушкой?

За всем этим разговором я и не заметила, как мы добрались до дома. Шедший по саду Гинтер, завидев нас издали, резко развернулся и едва ли не побежал прочь. Кольнуло каким-то недобрым предчувствием.

- Не нравится мне это, - сказала я Айне. - Говорят, что нет ничего хуже отвергнутой женщины, но, боюсь, отвергнутый мужчина все-таки опаснее. А тут еще и страх, что ты его выдашь.

- Гинтер? – она сдвинула брови, но уверять, что все это ерунда, не стала. – Надеюсь, когда мы переедем, он успокоится. Если честно, мне немного его жаль. Все-таки он меня спас. То есть не меня, конечно, но ты поняла. Рискнул, бедняга, и проиграл. А ведь симпатичный парень. Будь все иначе, я, может, даже притворилась бы, что поверила. Но если я Айна, значит, и вести себя должна как Айна. Ничего не поделаешь.