Моя сверхурочная проблема

Глава 2

Яркий белый свет раздражал глаза и заставлял щуриться. Моя голова и без того трещала после вчерашнего. А кабинет начальницы отдела финансов, вдобавок ко всему, как будто светился, словно все в нем соткано из света: белые стены, отполированный до зеркального блеска светлый пол, панорамное окно, залитое послеобеденным солнцем.

Кабинет роскошный, вот только меня трудно удивить таким. В конце концов, все это здание, вся эта фирма и этот белый офис принадлежит моему отцу, а значит и мне.

«Когда у меня появится свой кабинет, он точно не будет белым», — подумал я, борясь с головной болью и опуская солнечные очки с макушки на глаза.

— Присаживайтесь, — позволила мне Звягинцева.

Я вскинул брови в показном удивлении и тут же пожалел об этом — даже такое невинное движение отдалось болью в висках. Я впредь зарекаюсь пить в компании Алика. Перепить этого медведя — нереальный квест. И что еще больше раздражало: Алик утром был свеж и бодр, а я вылез из кровати только в полдень.

Да, именно так я и сделал, хотя еще вчера собирался явиться на работу вовремя. Но ведь друг, приехавший в командировку, — явление нечастое. Как тут не отметить?! Мы не виделись с ним целых два года! Вот я и пропустил половину рабочего дня. И то, спасибо брату, что позвонил и настоял на том, что сегодня мне необходимо появиться на работе. Пятница — мой первый рабочий день, а я даже толком не познакомился со своей начальницей.

Я без восторга вспомнил нашу короткую первую встречу и то, как она показала мне более чем скромный стол в общем кабинете для сотрудников, и как те удивленно и с любопытством пялились на меня. Еще бы — «наследничек большого босса» среди простого люда. Всегда болезненно относился к такому вниманию. Я вообще не люблю людей. Особенно — незнакомых. Которые ждали от меня, что я идеален во всем, что я ловок и обходителен, что я умен. Да много чего.

И я злился. Какого черта отец отправил меня в этот гребанный отдел финансов на должность «младшего помощника младшего помощника»?! Еще и без перегородок и личного пространства! Батя просто не стал пояснять свое решение! Еще и угрожал, что вычеркнет меня из списка наследников, если я не возьмусь за ум!

Нормально у меня все с умом. Да, в пятнадцать я чуть не бросил школу, но ведь не бросил. И за это точно не родителей стоит благодарить, а Вовку — моего брата. Он на три года меня старше, и он не позволил мне забить на учебу. Володя поддерживал меня больше, чем отец, был на моей стороне, учил не обращать внимания на косые и наглые взгляды, а заодно драться, чтобы у некоторых раз и навсегда отбивать желание так смотреть. Ведь когда ты подросток, весь мир прямо или косвенно почему-то стремится доказать, что ты ничего не стоишь.

«Без денег отца», — всегда добавлял я про себя.

А у бати странное представление о том, что значит желать лучшего. Вот даже эта должность абсолютно точно заранее им введенная в штатное расписание. Какого черта мне терпеть такое унижение?! Почему?

Звягинцева внимательно рассматривала меня. А я оценивал ее.

В целом, ничего такая… симпатичная штучка: с большими губами, овальным личиком и огромными голубыми глазами под густыми длинными ресницами. Взгляд, правда, портил всю картину: наглый и оценивающий. Недовольный.

Она что, ждет от меня каких-то объяснений? Серьезно?! Зря…

Перестав, наконец, сверлить во мне дыру, начальница криво усмехнулась, кажется, понимая, что я не чувствую вины за опоздание. Ну случилось и случилось… С кем не бывает? Этот поучительный разговор будет бестолковым.

Тем не менее Звягинцева, повернувшись чуть боком и постучав аккуратными ногтями по столу, лениво начала:

— И по какой причине вы не появлялись на рабочем месте утром?

Пф-ф! Я даже не успел сесть за свое «рабочее место», как меня тут же вызвали на ковер.

Ничего не ответив, я медленно и внимательно пробежался глазами по сидящей передо мной многоуважаемой Юлии Сергеевне. Черный пиджак, под ним шелковая бежевая блузка. Все это вместе создавало ей образ фарфоровой куколки. Теперь стало понятно, почему Володя растянул такую широкую ухмылку, услышав, что отец отправляет меня в отдел к этой Звягинцевой. Она слишком молодая и слишком красивая для руководящей должности. Была бы она на десяток лет постарше, я бы, может, и поверил… А так — мстительно гадал, с кем же могла переспать Юлия Сергеевна, чтобы получить свою должность.

— Владислав Леонидович? — произнесла начальница раздраженно от того, что я задумчиво и лениво рассматривал ее, а мой взгляд медленно полз от лица по шее к наполовину прикрытым пиджаком ключицам, а затем ниже, в вырезу рубашки.

Моргнув, одернутый голосом девушки, я вернулся к лицу Звягинцевой. Она вдруг развернулась так, что теперь солнечные лучи нимбом подсвечивали голову этой гребанной богини.

— Юлия Сергевна... — Я снял очки и обжег начальницу колючим взглядом. — Думаю, даже вам... — сделал паузу, — понятно, что моя работа в вашем отделе — лишь формальность. Для галочки в бумагах. Эта фирма принадлежит моему отцу, и я могу себе позволить не появляться здесь вовсе.

Я совершенно не собирался оправдываться перед этой пигалицей.

Звягинцева замерла, перестав крутить между пальцами шариковую ручку. Иронично вскинула брови, явно мысленно обзывая меня последними словами.