Моя сверхурочная проблема

Глава 8

Я допивал вторую кружку кофе за утро. После выходных, проведенных в офисе за работой, и раннего подъема на тренировку чувствовал себя разбитым.

Что за график у этой гребанной стервы?! Она уже с семи утра в спортзале! Во сколько она встает? Как минимум в шесть. В девять она на работе и уходит из офиса в лучшем случае в девять. Нередко ночует в своем кабинете. Выходные, правда, Звягинцева всегда проводит дома.

Это все данные, которые мы с Володькой успели нарыть.

Брат сначала не желал помогать копать под начальницу, но мне удалось его убедить. Доводы нашлись без труда: Вовка слишком давно ее проверял, чуть ли не в самом начале ее работы в компании. А мне позволить заниматься этим он не мог.

В голове прозвучало его обреченное ворчание: «Лучше я сделаю это сам, чем ты дебильными путями» — намекал на мой обыск ее кабинета посреди ночи.

Брат утверждал, что связей в офисе, не имеющих отношения к работе, у Звягинцевой не наблюдалось, а мужчин, которые заходили к ней в кабинет, можно по пальцам пересчитать. Но я по-прежнему не верил, что у нее никого нет. Где-то же она встречается с хахалем, раз пачка презервативов у нее всегда под рукой. Вовка обещал повнимательнее просмотреть записи с камер наблюдения, а я взял на себя спортзал и обеденное время.

Глотая кофе в кабинете брата, я вспоминал чертову тренировку. Стоило только прикрыть глаза, как я видел Звягинцеву в спортивном топе и леггинсах, лежащую или сидящую на очередном тренажере или с гантелями. Светлая кожа влажная от пота, а под ней виден каждый перекат мышц. И как не думать о черном кружеве?! Особенно когда Звягинцева тянет снаряд с упором колена и руки на скамью или старается тянуть мышцы на ногах.

Заметив меня, она на мгновение от злости сжала пухлые губы, посмотрела в глаза с вызовом и отвернулась, продолжив выполнять упражнения. Но взгляд… Он все сказал за нее: «На, любуйся, раз приперся»! Начальница всем своим видом показывала, что ничуть не стесняется моего молчаливого присутствия. А я в очередной раз почувствовал себя идиотом и с ожесточением принялся за штангу. В зале было почти пусто… Еще бы! Кому в голову придет прийти заниматься в такую рань?!

— Утро… — поздоровался Вовка, ввалившись в собственный кабинет. — Ну и видок — тебя будто выжали.

— Все утро любовался, как Звягинцева тягает гантели.

— М-м-м, и как фигурка? Понравилась? — усмехнулся брат.

Я поморщился. Делиться своими фантазиями даже с братом не стоило. Володька и так смотрел на меня, как на умалишенного.

— Могу уступить тебе эту «обязанность». Будешь к семи утра ездить в зал, — огрызнулся я.

— Легко! — бодро ответил брат. — Я с шести в другом зале заниматься начинаю.

После его слов я почувствовал себя так, будто попал в какой-то другой мир. Мир гребанных зожников! А еще мне очень не хотелось, чтобы брат таращился на мою начальницу, когда она в столь... вызывающем виде. Я вообще отчего-то не хотел, чтобы кто-то смотрел на нее, кроме меня самого.

— Впрочем, тренировки пойдут тебе только на пользу, — сказал Вовка.

— Еще что-нибудь выяснил про нее? — поинтересовался я, переводя тему.

Володя улыбнулся.

— Мне нужно больше времени. Проверка информации по детдомам, где жила Звягинцева, да и с бывшей работы, где она работала десять лет назад… Дело небыстрое. Думаю, на следующей неделе получим ответ.

Мне не понравилась эта новость.

— К тому же, думаю, стоит и ее ближайшее окружение охватить. Я попробую заняться ее помощницей, — хмыкнул Вовка и ладонью провел по волосам, растягивая губы в кривой улыбке.

Я бросил подозрительный взгляд на брата, вспоминая Дёмину — еще одну стерву в этом экономическом гнезде.

— Ла-а-адно, — протянул я, не совсем понимая странное рвение брата. — Может, хоть это даст какие-то результаты…

От беседы меня отвлек звонок. Пошарив в кармане, я извлек телефон и посмотрел на экран. Скривился.

— Легка на помине, — нахмурившись, проворчал, видя на экране фамилию обсуждаемой персоны. «Дёмина». — Алло, — недовольно ответил.

— Владислав Леонидович? — елейно протянула она в трубку. — Рабочий день уже полным ходом идет, а вас где-то черти носят.

— Скоро приду, — буркнул я, кривясь от ее противной манеры речи.

— Уж поторопитесь, — добавила она не менее притворно и приторно, так, что аж зубы свело. — Вас вызывает к себе Юлия Сергеевна. Не заставляйте ее ждать.

«Оп-па! А это уже интересно. И в честь чего дорогая начальница желает меня видеть? Дело в документах, которые я положил ей на стол? — подумал я. — Или причина в чем-то другом?»

Звягинцева, когда я вошел в ее кабинет, сидела в своем кресле. На ней была тонкая блузка, застегнутая под самое горло, без пиджака. Из-за этого смутно угадывались в полупрозрачных переливах ткани очертания фигуры. Если честно, в мотоциклетном комбинезоне, спортивной форме и… черном кружеве она нравилась мне больше, чем в рабочей одежде. Тогда она не казалась безэмоциональной куклой. Она была настоящей, живой…

Несмотря на ее колкие взгляды, недовольство из-за моего присутствия, не было той пропасти, что разделяла нас сейчас, под названием «начальница и подчиненный». Мы были просто людьми.