Моя сводная пигалица

10 глава

Глава 10

Мама устраивает настоящий марафон заботы обо мне «несчастной». Как бы я не упиралась, меня везут в местную дорогущую клинику. Виктор строго следит за врачами, которые колдуют надо мной. В итоге после двух часов тщательного обследования я получаю на руки диагноз – растяжение. Нам выдают список лекарств, и под причитания мамы мы благополучно возвращаемся в особняк Разумовских.

– Мам, может, хватит уже, – ворчу я, устав слушать ее преувеличенные ахи и охи по поводу моего состояния.

Ну ничего же страшного не произошло. Раньше бы и внимания не обратила, а сейчас перед Виктором старается, изображает гиперзаботливую мамашу. Смотреть противно. Внутри всё кипит от негодования.

– Эвелина, не переживай, всё будет хорошо с её ногой. Попрошу Артура помогать. Он не откажет…

– Вот уж спасибо! Не стоит беспокоить его по пустякам! – взвизгиваю я с заднего сидения. – Не нужно никого напрягать. Я не инвалид. У Артура своих дел, скорее всего, полно! – накидываю аргументы в надежде избавиться от няньки в лице сводного.

– Ничего, выделит окошко в своём плотном графике, – произносит Виктор тоном, не терпящим возражений.

Мама благодарно улыбается, а я смотрю на неё исподлобья. Нет, моё слово уже вообще ничего не значит. Я не хочу, чтобы Артур лишний раз тёрся рядом. Но кто бы послушал, меня словно и нет. Всё решает теперь этот черноглазый кошелёк?

– Мам, мне действительно не нужна ничья помощь, – не унимаюсь я.

– Это для твоего же блага, – она отмахивается от меня как от назойливой мухи.

Всё уже решено. Класс! Смотрю на её довольное лицо и сердито пыхчу.

– Эвелина, – тяну я, чтобы воззвать её к благоразумию.

Это всегда работало. Она терпеть не может, когда я зову её по имени, и я делаю это очень редко, в самых крайних случаях. Главное, чтобы до неё дошло, насколько я против! Её последующая реакция убивает наповал. Махнув изящной ручкой, эта женщина даже не оборачивается на меня! Нет, ну вы посмотрите!

– И всё-таки я вполне могу обойтись без посторонней помощи, – не сдаюсь.

Последнее слово за мной, но оно снова сказано в пустоту. Эти двое начинают болтать о своём, теряя к моей персоне всяческий интерес. Исподтишка наблюдаю за мамой. Она изменилась за эти несколько месяцев. Прямо похорошела. Нет, она и была красавицей. Всегда ухоженная и одета с иголочки, умудрялась следить за собой и с небольшим бюджетом. Но сейчас словно расцвела. Что-то в ней изменилось. Но что именно? Прищурившись, ищу, что не так, но понять не получается. Виктор смотрит на неё с улыбкой, даже фирменный колючий взгляд меняется, теплеет. Удивительно! Эти двое прямо раздражают своей идиллией.

Может, я просто ревную? И да, если честно признаться, я хотела бы видеть рядом с ней отца.

Пусть он не так красив и богат, точнее, совсем не богат, но все же, за что-то его выбрала.

С этими мыслями не замечаю, как подъезжаем к дому.

Как только выхожу из машины, вижу ЕГО. Устроившись на ступеньках крыльца, Артур выжидающе смотрит в нашу сторону. Нет, он что, нас ждал? Дел нет своих?

– Наконец-то! Анна отказывается меня кормить без вас! – недовольно выдает он, осматривая меня с ног до головы.

Ах, вот оно что! Понятно. Принца не покормили.

– Где вас носило? Почти три часа!

– Это моё распоряжение! Сейчас подадут ужин, – басит Виктор, открывая передо мной дверь.

Артур поднимается навстречу, его колючий взгляд устремлён на меня. Ответ отца ему явно не по душе, но я тут причём. Хотя. Это из-за меня пришлось задержаться. Но я не просила!

– Мы были в больнице, – как ни в чем не бывало продолжает мужчина, смерив сына не менее строгим взглядом. – Тебе не помешало бы тоже показаться врачу.

Артур кривит губы.

– Очередная драка. Второй день учебного года! Что не поделили с Алексеем в этот раз? Очередную девушку?

Артур недовольно пыхтит. Надо же! А Виктор отлично знает своего отпрыска. Всё бы ничего, но той самой девушкой была я!

– Лучше бы делом занялись. Сколько можно кулаками махать? Тебе двадцать два, а я все ещё вынужден выслушивать нотации о твоем отвратительном поведении.

Артур закатывает глаза.

– У девочки растяжение, нужно будет помогать ей добираться до университета и также возвращаться домой. Это твоя обязанность, пока её нога не придёт в норму! – добивает Разумовский-старший.

Даже я, услышав распоряжение произнесённое не терпящим возражения тоном, немного обалдеваю.

– Что? Я на няньку, по-твоему, похож?! - ощетинивается Артур.

– Ты меня слышал!

– А если откажусь, лишишь меня наследства или выгонишь из дома? Из комнаты меня уже выставили!

– Не начинай! – теперь кривится Виктор.

А я растерянно перевожу взгляд с одного на другого. Нехорошо получается. И отдуваться за всё это мне. Артур бросает на меня полный негодования взгляд. Помнится, он меня в машину не хотел отпускать, сейчас недоволен тем, что придётся со мной возиться. Ничего не понимаю. И словно подслушав мои мысли, Артур выдаёт:

– Я не обязан возиться с вашей пигалицей! Найми ей сиделку! – рявкает в итоге он и, развернувшись, широкими шагами топает в дом.

– Её зовут Тея! Через пять минут ужин! – бросает ему вслед Виктор.

– Аппетита нет!

Хлопнув дверями, взбешённый Артур скрывается из вида. Помявшись у лестницы, идти следом не решаюсь. Обернувшись, смотрю на маму, которая всё время перепалки между Разумовскими скромно простояла в сторонке. Раскрасневшись от переживаний, она растерянно смотрит на Виктора, пока тот усердно сдерживается от желания продолжить разговор с сыном. У отца и сына не всё гладко, и это очень заметно.

Смотрю на маму и вздыхаю. И вот зачем ей эти проблемы? Артур ведь никогда её не примет. Нас не примет! Эта неприязнь останется навсегда. Очень сомневаюсь, что это когда либо измениться. Мы словно между двух огней. Хотела попросить Артура помочь мне рассорить этих двоих. Что ж, вопрос отвалился сам собой. Даже жалко немного мою Эвелину. Надолго ли её хватит?!