Моя сводная пигалица

13 глава

– Эй, детка! А ты тут одна гуляешь? – ко мне направляется высокий парень.

В его руке бутылка с алкоголем. Походка шаткая, вальяжная. Похабно оскалившись, он оглядывается на своих друзей, которые пялятся на меня с пьяными улыбками на раскрасневшихся лицах. Присмотревшись, отмечаю, что все на порядок старше меня. Может, не станут приставать. Скажу, что мне ещё нет восемнадцати. Должно сработать. Мой рост и одежда соответствуют.

– Я спешу! Мне домой надо, – произношу заготовленную для отступления фразу и делаю шаг назад.

– Домой? Ну как, покажись? Тебе лет-то сколько? Если такая мелкая, чего шатаешься одна по ночам?

– Шестнадцать. Да я чуть-чуть от своих отстала. Родители там впереди. Ждут меня, – вру как можно правдоподобнее.

– А мы тут уже полчаса точно стоим. Никто мимо не проходил, – склонив голову набок, парень с интересом осматривает меня сверху вниз. – Шестнадцать, говоришь?

Ритмично качаю головой.

– А ты ничего так, – он усмехается, снова обернувшись на друзей. – Хочешь, угостим? У нас много чего с собой. Познакомимся, – он обходит меня по кругу и, приложившись к бутылке, залпом допивает остатки, а после бросает пустую тару в траву.

Тяжёлая рука ложится мне на плечи. Тут же выныриваю из-под неё и отскакиваю в сторону.

– Не хочу я ничего! Я тороплюсь. Мне утром рано вставать.

– Да брось, что такая правильная? Или первый раз будешь пробовать спиртное со взрослыми? – он чешет подбородок, неприятный масляный взгляд скользит по футболке в районе груди. – Не бойся. Не обидим. У нас всё только по обоюдному согласию, – тип начинает откровенно ржать, а у меня по спине пробегает холодок.

Попала. Здоровяк внаглую хватает за руку и начинает тянуть к своей компании. Взвизгнув, пытаюсь высвободиться из его захвата. Но куда там! Это невозможно!

– Матвей, да отпусти ты её! Видишь, совсем ребёнок ещё.

– Дай развлечься, не нуди! С неё не убудет.

– Доиграешься, прилепят тебе статью.

Взглянув с надеждой на того, кто выступил в мою защиту, продолжаю отчаянно упираться.

– Отпустите. Меня мама потеряла. Она вернётся за мной!

– Да врешь ты всё! Сейчас пообщаемся, и отпущу. Тебе понравится. Я молоденьких люблю. И разница у нас небольшая.

– Мне шестнадцать, урод! – рычу я и со всей дури бью его коленом здоровой ноги по самому драгоценному месту.

Под гогот товарищей мужик сворачивается пополам, издавая нечленораздельные звуки, а и без того красное лицо становится багровым.

– Ах ты ж сука! – выдаёт он, и я понимаю, что надо бежать.

Хромая, успеваю сделать несколько шагов, но, увы, удача не на моей стороне. Он хватает меня за шорты и, дёрнув со всей дури, валит на траву.

– Отпусти, скотина! Отпусти!

– Сейчас, сейчас, – шипит пострадавший. – Проверю кое-что и отпущу. Вдруг ты мне моего друга повредила. Надо выяснить это, и пойдёшь с миром.

– Мот, ты чё! Угомонись! – голос пьяного друга не помогает обозлившемуся успокоиться.

Прижав меня своим телом к траве, задирает мои руки вверх и фиксирует над головой. Свободной рукой пошарив по моей груди, шустро спускается вниз. Начинаю верещать как сумасшедшая. Такого страха я ещё никогда не испытывала. Брыкаюсь, стараюсь достать его зубами, но мне никак не удаётся. Треск рвущейся одежды вводит в полнейший ужас. Вот и доигралась, Тея. Допрыгалась.

– Эй, мудак! Ну-ка слез с неё!

Голос Артура словно гром среди ясного неба. Сердце радостно брякает в груди.

– Ты чё, глухой?!

Тяжёлая туша слетает с меня, и вмиг становится легче. Подпрыгнув с земли, поправляю одежду и кидаюсь к сумке с учебниками. Схватив её, дрожащими руками прижимаю к себе. На Артура боюсь поднять взгляд. После сегодняшнего мне страшно представить, что будет дальше. Он же меня совсем заест. И ещё накатывает ужас от осознания того, что он один, а этих тут, если я правильно посчитала, человек восемь. Не знаю уж, насколько они дружны и будут ли ввязываться в драку, но то, что Артур находится в невыгодном положении, ясно совершенно точно.

Шмыгнув к сводному, прилипаю к нему, как репей. Если будут бить, то обоих сразу.

– Тея, отойди, – шипит он, отодвигая меня за спину.

– А вот, видимо, и мамочка, – отряхнувшись, произносит тот самый Мот и смачно сплёвывает в сторону.

Кривлюсь от омерзения. Отвратительно. Ненавижу парней, которые ведут себя таким образом. Надеялась, в этом городе таких меньше, чем у нас, но нет. Оказывается, подобный контингент расселен по регионам равномерно!

– Какие-то проблемы? – отвечает Артур совершенно спокойно.

– Ты кто? Утырок. Чё те надо? Иди, куда шёл! У нас с девчонкой свои разборки.

– Все вопросы, касающиеся её, решаю я! – мой защитник гордо вскидывает голову.

Вжимаю голову в плечи. Мы пропали. Сейчас его прибьют, а потом и меня. Опасливо озираюсь на собутыльников этого Мота. Притихнув, они просто наблюдают за происходящим. Пока не вмешиваются. А зачинщик, пошарив рукой в траве, поднимает ту самую пустую бутылку. Жахнув ею со всей дури по камню, направляет то, что осталось, на Артура. Взвизгнув, с ужасом смотрю на острый огрызок, которым он угрожает.

– Ты больной! – ору, старательно оттаскивая сводного, подоспевшего так вовремя. – Артур, пошли отсюда.

– Э, нет, ребятки. Я вас просто так не отпущу.

Он кидается на нас, отлетаю в сторону, как пёрышко. Приземлившись на задницу, с ужасом смотрю на то, как эти двое, сцепившись, катятся по земле кубарем. Схватив телефон, набираю номер мамы. Пока дружки Мота соображают, что делать дальше, я успеваю дозвониться.

– Мама, мы на пляже! Артура хотят убить, – истерично ору я в трубку. – Мама!

– Тея! Тея! Как убить? Какой пляж?

– Возле дома! – наблюдая за тем, как Артур получает кулаками по лицу, взвизгиваю ещё громче. – Помогите!

То, что происходило потом, было похоже на боевик. Бросив телефон, я кинулась к дерущимся. Артур орал на меня в промежутках между ударами. Угрожал, что прибьёт, если я немедленно не успокоюсь и не отойду в сторону. Но увидев на его лице кровь, я словно обезумела. Вцепившись в шевелюру подвыпившего мужика, я выдрала ему пару клочьев волос, расцарапала лицо и чуть не оторвала ухо. Поднялось столько шума, что вокруг нас начали собираться прохожие.