Моя Венера

Глава 1.

Моя жизнь с самого рождения напоминала Ад. Иногда жить было настолько невыносимо, что каждый следующий вздох я считала наказанием, каждый новый день был проклятой пыткой, в котором меня преследовало одиночество, боль, унижение и разочарование.

Мои родители были алкоголиками и наркоманами, которые даже вероятно не заметили моего появления, а когда же детский плач заставил обратить на меня их внимание, они ничего лучше не придумали, как просто меня игнорировать.

Так я росла ровно до того момента, когда эти два человекоподобных существа и их такие же монстры друзья могли доставать себе все необходимое для злачного существования на самом дне. Но, когда сил у них стало не хватать даже для того, чтобы подняться с кровати и дойти до туалета, они вспомнили, что рядом с ними есть еще одно живое существо, а именно я.

Тогда в семь лет они отправили меня не в школу, а побираться на улицу. С самого утра и до позднего вечера я стояла у магазина и выпрашивала у прохожих деньги, потому что, если я приходила домой ни с чем меня всегда сильно избивали, насколько, что на следующий день я просто не могла встать на ноги, а иногда даже и писала кровью. Поэтому я старалась выполнять все задания очень усердно. Каждый вечер домой я приносила батон хлеба и полные карманы мелочи, которые родители тут же забирали.

Но, вообще в моих воспоминаниях эти странные слова «дом» и «родители», я бы с радостью заменила бы на слова «бетонная коробка» и «живые мертвецы», но тогда я была всего лишь маленькой девочкой, которая не знала других слов и жизни.

Со временем моего попрошайничества стало мало, может быть цены на наркотики выросли, а может быть просто дилеры стали более жадные. Но, спустя время родители требовали от меня, чтобы я начала воровать, учили меня, как вытаскивать кошельки, как стащить телефон или что-то ценное из любого магазина.

Подробно рассказывали где и как обычно стоят камеры наблюдения и на что смотрят охранники, а еще, как и куда нужно бежать в случае если тебя заподозрили. Это была не школа жизни, а школа унижения, но я послушно выполняла все, что мне говорили, потому что мое тело и дух были слишком хрупкими и надломленными, чтобы бороться.

Все изменилось в один день, когда мне было тринадцать. Как обычно я поздно вернулась домой все с тем же батоном хлеба, мелочью и еще вещами, которые успела своровать у случайных прохожих. В спальне родителей было тихо и стоял, как всегда спертая мерзкая приторная вонь вперемешку с сигаретным дымом.

Я прошла мимо в свою комнату и там обнаружила невменяемого отца, сидящего на моем матрасе в одних трусах. Подумала, что он обдолабаный просто заблудился и перепутал комнаты, поэтому решила пойти на кухню и отсидеться там. Повернувшись спиной, я не успела сделать и шага, как он набросился на меня и повалил на пол.

Я буквально впала в ступор и не понимала, что происходит, он трогал меня своими ручищами, сжимал тощее тело, а я была словно каменная не до конца осознавая происходящее. Мой мозг судорожно искал ответ на вопрос, что происходит и не находил. Ответ пришел в тот момент, когда он одной рукой начал сдергивать с меня джинсы, пытаясь при этом пробраться к трусам.

Шок. Ледяной волной меня окатило осознание того, что сейчас он изнасилует меня и я, дернувшись начала биться со всей силы, кричать, царапаться и вырываться, но этот здоровый боров был не способен не на что, кроме, как причинить боль собственному ребенку. Здесь в силе ему не было равных. Я начала задыхаться под ним, ловила ртом воздух, но не могла сделать и вздоха, казалось я вот-вот умру. И я была бы согласна на такой исход, но перед этим мне предстояло пережить изнасилование, это мой мозг категорически не был готов принять.

Я раскинула руку в разные стороны и начала судорожно искать хоть что-то, что могло бы дать мне шанс вырваться из-под этого чудовища. Майка на мне уже была разодрана, и он мерзкими ручищами добрался до обнажённой плоской детской груди, в тот момент моя правая руку нащупала небольшую фитнес-гирю, которую когда-то в наш дом притащил очередной наркоман и собутыльник. Я собрала все силы и понимая, что на кону стоит моя жизни, удрала отца гирей в висок.

Алая, теплая кровь с привкусом металла тут же хлынула на мое лицо и крупные капли стали покрывать тело. Отец захрипел и схватился рукой за разбитую голову чуть приподнявшись в этот момент, я подтянута к себе ноги и упираясь ногами в грудь с сильной оттолкнула его от себя в сторону.

Выбежав в коридор, я схватила с гвоздя куртку, взяла в руки кроссовки и выбежала на улицу под проливной, холодный весенний дождь. Больше в это место я никогда не собиралась возвращаться.

Мне пришлось бродяжничать, на улице, я познакомилась с ребятами разного возраста, такими же бездомными, как и я. Все они были с поломанными жизнями, кто-то употреблял наркотики, кто-то торговал ими, а кто даже собой, мне было тошно, противно и страшно, но ничего, кроме, как примирится с этой реальностью мне не оставалось.

Мы пряталась в подвалах и заброшенных зданиях, на нас постоянно были полицейские рейды, нас отлавливали, как диких зверят и забирали в участки рассаживая по клеткам-камерам, а откуда пытались либо вернуть в семью, либо пристроить по детским домам, приютам и прочим учреждениям, которым мы были то и не особо нужны, потому что таких, как мы оказалось слишком много.

Каждый раз я умудрялась и сбегала из этих учреждений для неблагополучных подростков. Но, если честно, я не знала куда бегу, просто бежала куда глядят глаза и совершенно не знала, как выжить дальше в Мире, в котором для меня совершенно точно не было места.