Моя возлюбленная шпионка

Глава 2

— Мастер. — войдя в его дом, поклонилась я учителю.

— Лей Синь, — принялся он меня отчитывать, — ты продолжаешь пренебрегать своим здоровьем.

— Я забыла ненамеренно… — пряча взгляд от главного целителя, я поспешила пройти к столу с травами и ручной мельницей.

Именно так бы поступила Лей Синь.

Сейчас мне не было стыдно, как могло бы ошибочно показаться. И я, в отличие от неё, умела хорошо обманывать и влиять нужным мне образом на людей. В конце концов, я была шпионом.

Хотя порой, мне всё же бывало не по себе оттого, что приходилось лгать прямо в глаза взявшему меня под опеку мастеру. А для шпиона чувства – непростительный изъян.

С другими мастер часто позволял себе язвительные колкости, и остроумие лишь укрепляло его статус. Со мной же он был насколько строг, настолько же и добр – намного больше моего нынешнего отца, всякий день желающего позабыть о болезненной младшей дочери, и уж тем более – его второй супруги.

Первой у главы клана Яо не было. Мать Лей Синь скончалась, когда та была совсем ребёнком. И самое ужасное в том, что казнил её сам супруг, будучи в то время ещё наследником. Потому что она, обезумев, пожелала погубить собственную дочь.

Но расскажу я об этом в другой раз.

Сейчас же всё, что вам нужно знать – это то, что настоящая Лей Синь была глубоко несчастной девушкой. Мне поистине её жаль, ведь когда-то мы были подругами.

И для того, чтобы объяснить, как мы здесь оказались и почему происходит то, что вы видите, мне ещё раз придётся отправить вас в прошлое. В вечер, как мне кажется, ставший для всех нас наиболее значимым.

Двенадцатью годами ранее.

В тот Праздник середины осени[1] мне было шесть, а Лей Синь недавно исполнилось пять.

Даже тогда с виду она была очень хрупкой, пусть её болезнь и не проявлялась явно. В то время Лей Синь ещё могла довольно быстро бегать, хотя и старалась соблюдать положенные дочери главы клана приличия.

— Ли Хуа! — звала она тоненьким голоском, пробираясь сквозь огромные, даже для взрослого человека, листы веерной пальмы: — Ли Хуа! Уже ночь. Мы слишком далеко ушли. Нам нельзя здесь быть. Пожалуйста, давай вернёмся… — казалось, маленькая Лей Синь была очень напугана. — Ли Хуа, пожалуйста…

— Ну чего ты такая трусиха? — смеялась я, сидя высоко на дереве. — Я победила! — естественно, ведь тут пятилетний ребёнок точно не смог бы меня найти.

— Так нечестно, — задрав голову вверх, растерянно посмотрела она на меня.

— Мы же на поле битвы. Почему я должна тебе поддаваться?

— Мы не сражаемся! — возмутилась Лей Синь ровно настолько, насколько могла бы возмутиться изнеженная девочка: — И я маленькая!

— Что с того? — совершенно недоумевающе спросила я. — В нашем клане и девочкам, и мальчикам дают первый меч уже в три года!

— Настоящий? — изумлённо спросила Лей Синь.

— Настоящий! — полностью осознанно соврала я, только ради того, чтобы получить как можно больше восхищения.

И конечно же Лей Синь поверила. Может, я уже в детстве была превосходной лгуньей? Или Лей Синь – такой доверчивой. Я всё же спрыгнула вниз.

Уверена, ни один ребёнок из клана целителей не смог бы сделать то же самое, уж точно не с такой высоты. Их обучали совсем иному.

Безусловно, в своих умениях они были для всех нас незаменимы. За это мы их и уважали, и защищали. Однако же вместе с тем, в сравнении с нами, все мы считали целителей слишком слабыми.

— Ты тоже умеешь драться на мечах? — всё продолжала выспрашивать Лей Синь.

— Конечно! — воскликнула я, будто она спросила что-то несуразное.

— Пожалуйста, покажи, — загорелись её глазки.

— Не могу, у меня нет меча.

— А ты можешь его взять?

— Сегодня никому нельзя было брать оружие.

— Почему? — наивно спросила Лей Синь.

— Чтобы не началась война, — ответила я неразумному ребёнку.

— А что такое «война»?

— Ты что? — рассмеялась я, — Как же можно не знать, что это.

— Ты её видела?

— Не видела. — улыбка сошла с моего детского лица.

Я благодарю Судьбу и всех богов, что мне не довелось её видеть ни тогда, ни теперь. Но я знала о ней по рассказам наших старост, участвовавших в последней войне, случившейся пятьдесят лет назад.

Тогда Сын Неба призвал всех, даже мечников нашей горы. Защитить Поднебесную позволили и драконам, и некоторым демонам. Правда, никто из нас так и не получил желаемую свободу. Хотя нашими народами было пролито много крови, отпустить узников Да Шан император так же не мог. А вместе с ними оказались заперты и мы – их стражи.

И почему я говорю о грустном?.. И совсем не о Лей Синь…

— А война – это хорошо или плохо? — снова поинтересовалась наивная девочка.

— Наверное… — задумалась я. С одной стороны – на войне погибло немало людей моего клана. С другой – если бы вовсе никто не сражался за Поднебесную – её бы давно не стало. Потому я ещё не знала правильного ответа. Но поскольку вопрос был важным не только для меня, но и для всего клана, я ничего не ответила. Я знала только одно – я воин.