Моя жена — ведьма

Глава 1.2

Мы так и не нашли общий язык, не смогли услышать друг друга. Но надо отдать ему должное, в присутствии моей невесты он держал себя в руках и ни одним жестом, ни одним словом ни дал понять, как относится к предстоящему браку. Мама же была восторге от моего выбора, она быстро подружилась с Мелиссой, и вскоре уже они вместе выбирали в свадебное платье. Их приготовления нисколько не трогали меня, я все еще был погружен в спор с отцом, прокручивал его в голове.

Каждый день в голову лезли навязчивые мысли, правильно ли я поступаю. Спрашивал себя сотни раз, люблю ли Мелиссу, не сделаю ли я её несчастной также, как несчастен сейчас я?

Мелисса вызывала во мне внутренний трепет, давала глоток свежего воздуха, но жизнь моя по-прежнему оставалась серой и однотонной.

Невеста полностью погрузилась в приготовление к свадьбе, мы стали видеться крайне редко. Я ловил себя на мысли, что мне нравится такой порядок вещей. В моих самых смелых мечтах, я видел свою жену как можно меньше времени, любовался её изредка, иногда навещал в её покоях. В идеальном мире она растила наших детей, спрашивала моего мнения по самым важным вопросам, и тратила деньги, которыми одаривал нас отец.

Он же, кстати, не так давно грозился урезать мне довольствие, если я не перестану пить.

Пить я не перестал, как не просила меня Мелисса, как не умоляла мать, и не угрожал отец финансовыми расправами. Я каждый вечер ходил в салон, напивался, проигрывал круглую сумму денег в карты, а потом шел домой и ложился спать. Просыпался к обеду, когда приходила Мелисса, она тащила меня на прогулку, только благодаря ей я вообще вставал с кровати раньше позднего вечера.

Мы с ней были отличный парой. Мне казалось, что чувств, которые во мне пробуждает девушка вполне достаточно, чтобы построить семью. Жаль, что она не обладала магией, но наша разница в возрасте немного компенсировала этот досадный минус.

День свадьбы приближался с неимоверной быстротой. Я только успевал отсчитывать летящие вперед часы до ожидаемого половиной города события. Мой костюм был готов, я выдержал несколько часов примерка под зорким взглядом моей родительницы. Отец не поскупился на это торжество, родители невесты были в таком восторге, что при виде моего отца каждый раз пытались кланяться, хотя сами были голубых кровей.

В храм была приглашена половина города, даже сам король обещал приехать, чтобы засвидетельствовать свое почтение молодоженам. Мелисса порхала словно бабочка из одного магазина свадебных принадлежностей в другой. Все наши прогулки заканчивались очередным походом в модную лавку, мы покупали недостающие атрибуты свадебной церемонии.

У Мелиссы на шее красовался золотой кулон с драгоценными камнями, в ушах блестели серьги, которые только что были куплены в магазине, сделанные по специальному заказу. Мне было не жаль тратить отцовские деньги на эту девушку, нравилось смотреть, как блестят ее глаз, когда она надевала дорогие атрибуты богатой жизни на себя.

Несколько раз я порывался сделать для нее защитный артефакт, но каждый раз находились дела поважнее.

Мелисса каждый день спрашивала о любви, желала слышать эти слова ежеминутно. И мне приходилось каждый раз согласно кивать в такт ее словам. Страшное слово «люблю» я боялся произносить вслух. Помню, как однажды сказал его, помню, что было после этого, взгляд девушки не могу до сих пор забыть. Пусть это слово так и сидит в глубине меня, пусть это слово умрёт вместе с моими надеждами.

Мелиссе моего внимания и кивков было вполне достаточно для того, чтобы безропотно пойти под венец, чтобы стать госпожой дельТорио. С такими родственниками ее никто не смел бросить посреди зала, её уважали, и очень трепетно вели в танцы мужчины, которые удостоились чести быть записанными в танцевальную карточку.

Я же танцевать был не склонен, мне больше нравился бар. Вот оттуда я любил наблюдать за тем, как юные парнишки смотрят с восхищением на мою невесту. И было приятно сознавать, что она выбрала меня. Но не исключено, что в кулуарах благородных домов наше будущее рассматривают под лупой.

— Ох, и намучается бедняжка с этим запойным магом. Надо же, как у первого министра мог уродиться такой непутёвый сын! — эти голоса будто звучали у меня в голове, чувствовал их кожей.

Но как бы не забавляла меня предсвадебная суета, как бы ни была красива моя невеста, внутри грыз неприятный червячок. Ждал, что судьба обязательно приготовит мне подвох. Не может идти все так гладко.

За несколько дней до свадьбы я проснулся в холодным поту. Мне приснилось, что я закапываю могилу своей однокурсницы, девушки, которая стала моей единственной и первой любовью. Я руками бросал землю на крышку гроба и просил у нее прощения.

Когда посреди ночи я понял что это было всего лишь видение, ночной кошмар, тут же снова упал на кровать и рассмеялся. Она преследовала меня, кричала мне об ошибке, которую мы совершила. Я должен был жениться тогда, пятнадцать лет назад, а не сейчас.

В голову пришла мысль, что я должен найти её. До сих пор я не выяснил, что случилось с ней, Леона пришла ко мне, она хотела мне что-то сказать.

На следующий день меня ждал тяжелый разговор с отцом. Я не мог начать новую жизнь, не закрыв старые долги. Отец как всегда работал в своем кабинете, он чаще бывал здесь, во дворец и контору он ездил лишь по необходимости. Мне кажется, что таким образом он пытался меня контролировать. Первый министр королевства не мог похвастаться достижением своего сына и пытался это скрывать, изображая, что мы оба любим работать в родных стенах.

Когда-то он хотел, чтобы я стал великим артефактором. А я мечтал стать боевым магом. Наши мечты не совпадали, но победил авторитет и деньги отца, мне пришлось пойти на уступки. На артефактора я отучился, неплохо владею этим искусством, но так и не смог полюбить дело, которое должно было стать делом всей жизни. Последовать желанием отца я не соизволил, не хотел быть тем, кого он во мне видит. Именно поэтому, сейчас, я был, нет, скорее просто числился в рядах королевских артефакторов. Я отбывал наказание, делал всё, чтобы меня оттуда с позором выкинули. Ну как же они могли выкинуть сына первого министра? Никак! Поэтому я делал все что хотел, но при этом, все еще носил звание благонадежного, подающего большие надежды мага, который уже давно, к слову, ничего не подавал.