Моя жена — ведьма

Глава 3.1

Утро наступило внезапно, я долго ворочалась перед сном, уснула с рассветом. И проснувшись в собственном доме никак не ожидала, что новый день начнётся с ушата ледяной воды.

Надо мной стоял мужчина, из его ладони маленьким фонтаном била вода. Ох, а он не просто огненный маг, в его жилах смешанная магия. А этот одаренный тип даже не удосужился воспользоваться своим уникальным даром. Ну вот почему некоторым достается все? И деньги, и связи и такая уникальная сила, а мне только дар, который подвергается гонению?

— Это все на что ты способен? — прокряхтела я, поднимаясь с кровати.

Знала, что эти слова разозлят его сильнее, чем мои крики.

— Ты не просыпалась, я решил, что теперь вдовец! — обиженно проговорил он, — Мог и с головы до ног искупать.

— Сомневаюсь! — нахально проговорила я, беспечно натягивая на себя домашний халат.

Странно, но в его присутствии я не чувствовала опасность, стеснение.

— Хочешь доказательств? — словно петух, взъерошился он.

— Ты мне вчера уже все доказал, — припомнила я вчерашний попытку разжечь печь.

Только я успела это проговорить, как перед глазами на секунду встала картина, где я с головой окунаюсь в бочку ледяной воды, услужливо подготовленную моим супругом. Пора заканчивать его дразнить.

— Ты решила с утра испортить мне настроение? — прорычал он, кажется, на его руках начинала клубиться голубая дымка.

— Успокойся, — осторожно проговорила я, миролюбиво поднимая руки вверх.

Мужчина остался собой крайне доволен. Жертва сдалась на милость победителя. Он гордо выплыл из моей спальни. Я вздохнула, как мамочка вздыхает над шалостями своего дитятка.

— У меня есть план, — огорошил он, когда я складывала печку, чтобы вскипятить чайник, — Мы сегодня же пойдем в храм и расскажем, как сильно любили друг друга, но за эти годы чувства остыли, и мы оба хотим освободиться от этого брака, который тяжелым грузом висит на нашей шее, лишая свободы.

— Есть только одна проблема, – напомнила я мужчине, – Ты вчера собирался выйти замуж за другую, а сегодня приводишь в храм первую. Как ты объяснишь, что решил стать двоеженцем?

– А вот это я как раз продумал! — он сделал театральную паузу, чтобы подчеркнуть всю гениальность своего плана.

– Никто же не знает, почему я пил много лет. Кроме моего отца, его придется посвятить в план. Так вот, мы притворимся, что ты моя пропавшая жена, молодая супруга. Мы сделаем вид, что ты исчезла сразу после первой брачной ночи, и вот сейчас, наконец, нашлась. За пятнадцать лет я уже потерял всякую надежду на счастливое возвращение своей супруги, на продолжение нашего брака. Я думал о том, что через пятнадцать лет никто и не вспомнит о нём, да и я в пьяном угаре предпочел об этом забыть. Я настолько убедил себя, что холост, что тебя никогда не было, что я никогда не испытывал этих мучительных чувств, даже на самом деле об этом забыл. И вот, спустя много лет, ты наконец-то появилась. Наша семья воссоединилась, чтобы больше не расставаться. Но за несколько дней, проведённых вместе мы поняли, что утекло слишком много воды.

— Только есть в этом плане маленький изъян, – хитро проговорил я.

— И какой же? — опомнился он от пространственных рассуждений о нашей несовместимости.

— Где же я по-твоему была все пятнадцать лет? Будем доказывать, что все это время мы не знали о существование друг другу, у нас что была коллективная амнезия? — нашла я несостыковки в его гениальном плана.

— А почему бы и нет? Ты ночью встала, упала с лестницы и ударилась головой, не поняла где находишься, потому что потеряла память, вышла на улицу и пошла в неизвестном направлении. И вот, я расстроенный, после сорвавшийся церемонии, пришел к гадалке, чтобы найти свою жену, тут между нами и промелькнула искра, которая вернула нашу память.

— Что это за бред? Ты думаешь кто-нибудь поверит в эту чушь? — воскликнула я, удивляюсь его нелепой истории.

— А вот здесь ты сильно ошибаешься, если донести это до нужных лиц, то наша история обрастет такими подробностями, что ты сама не отличишь где правда, а где вымысел! — со знанием дела сказал он.

Мужчина уже очень долгое время вращался в высших кругах светского общества, поэтому ему можно было верить. Но для меня, его история казалась чистейшим вымыслом, коим она и являлась.