Моя Жизнь — Ужасная Сказка

38 ГЛАВА

Мужчина был уверен в том, что его сын не посмеет опровергнуть то, о чём он объявит людям. Как бы там ни было и как бы парню не хотелось идти на поводу у отца – он берёг идеальную репутацию семьи Мин с таким же усердием, что и господин Мин.

— Отец, не вынуждай меня... — вкрадчиво проговорил сын с угрозой во взгляде, указав на отца указательным пальцем. — Ты знаешь, что я не оставлю это просто так. Я не маленький ребёнок, которому ты можешь угрожать. Как не было новостей о том, что ты когда-то поднял на ноги семью Хоа, так не будет новостей и о том, что наша семья ожидает наследника, — до последнего в его взгляде сверкали искры, до момента, пока господин не сжал со злостью губы и кулаки. — Договорились? — спросил Юнги, вопросительно подняв бровь, слегка склонив голову на бок.

— Нашей семье нужен наследник. — Чок не желал уступать сыну, а потому повторял одно и то же, стуча по столу костяшками на каждое своё слово.

— Послушай! — не выдержал парень, резко рванувшись к отцу. Их разделял только стол, едва удерживая на безопасном расстоянии друг от друга. — Девушку насильно выдали замуж! Лишили возможности учиться, прожить нормально свою жизнь, украли все мечты и планы на жизнь! А теперь ей нужно рожать детей для чужой семьи?!

— А-а, так ты это так переживаешь о том, что Хоа грустит о своей утерянной возможности учиться, и по этой причине решил дать ей возможность попробовать себя в моделинге? Думаешь, как бы Хоа не сошла с ума от безделья? Во-о-о-т оно что... — протянул мужчина, медленно выходя из-за стола. — Бедная девушка: попала в нашу семью, купается в роскоши, одета, сыта, ни о чём не заботится, но только глянь на неё – по сердцу аж болезненный скрежет – настолько она несчастная. Наверное, она не стала бы тратить своё время на бессмысленные занятия и тоску по прошлому, если бы занималась воспитанием твоих детей. Ты так не думаешь?

— Боже, отец, ты слышишь меня?! — Юнги практически взялся за голову, посмотрев на отца с жалостью и отвращением одновременно. — Какое право я имею заставлять её?!

— А у неё никто не спрашивает! Есть слово «должна»! Я обеспечивал их семью почти десять лет, она обязана не только родить тебе наследника, но и ноги целовать. Что за неблагодарность?! — мужчина, покрасневший от злости, нервно откинул ладонью воображаемый предмет в воздухе, а затем поставил руки в бока, тяжело задышав. — Тогда разведись. Этот брак всё равно перестал иметь значение ещё в тот день, когда ты сказал, что не позволишь использовать его для моих предвыборных махинаций. Разведись и женись на той, что станет достойной нашей семьи, которую не нужно будет уговаривать. Та твоя... как её? Лирим?

— Отец, ты слышишь, о чём говоришь? Какой развод? Какая женитьба?

— Из двух зол я выбираю меньшее: наша семья больше пострадает от атак врагов, отсутствие наследника которым играет на руку, чем мимолетного шума вокруг твоего развода. Я думаю, ты и сейчас в отношениях с той девушкой. Верно? — в способе решения возникшей проблемы мужчина не сомневался, он действительно был уверен в своих словах.

— Под «отношениями» ты имеешь ввиду, изменяю ли я Хоа? — лицо Юнги выражало презрение, когда он задал вопрос. — Не в моих интересах, отец, унижать свою жену. Но, думаю, тебе в любом случае не близка моя философия, — заключил парень и выдохнул, посмотрев вниз. Быстро подведя какие-то итоги в мыслях, он снова пострел на отца, однако теперь на его лице не было растерянности – только нерушимое равнодушие. — Разводиться я не собираюсь. Заставлять Хоа – тоже. Делай, как считаешь нужным, но, думаю, нам не стоит портить отношения находясь в такой напряженной обстановке, возникшей вокруг нашей семьи. Надеюсь, завтра я не увижу новостей о том, что семья Мин ожидает наследника.

Юнги вышел из кабинета отца. Тело слегка передёргивало из-за внутренней борьбы с эмоциями. Пока он шёл по коридору, то тёр глаза, сжимал переносицу пальцами, одновременно разминая плечи и шею, в попытках хоть немного снять напряжение. Парень прекрасно понимал, в каком положении находится и оно было безвыходным. Как бы там ни было, но его отец прав – ему нужен наследник. Пока у него нет продолжения, он уязвим в глазах врагов. Однако была огромная проблема: его жена не то, чтобы не хотела его – она даже попыталась от него вчера сбежать.

Вот, что действительно его задело.

— О-о, сынок, я заждалась тебя! — встревоженно воскликнула госпожа, увидев сына в широком арочном проёме, разделяющем гостиную и коридор. — Что-то случилось серьёзное? О чём вы так долго разговаривали с отцом? Расскажи мне, я переживаю.

— Не беспокойся лишний раз. Ничего серьезного, — сказал Юнги, идя на встречу матери, которая шла к нему.

— Как же ничего серьезного? Сынок... — она аккуратно положила руки на плечи сына, остановившись посреди гостиной, и с волнением заглянула в его глаза. В них она видела и решительность, и злость, и печаль. — Я ведь слышала, как вы ругались с отцом. И про развод слышала. Что происходит, сынок? Что случилось у вас с Хоа? — незаметно для парня, погрузившегося в мысли, женщина осторожно вела его к диванам и усадила, разместившись рядом. — Расскажи мне, — она сжала ладонь сына в своей и с жалостью смотрела ему в лицо.

— Всё хорошо, — снова сказал Юнги, задумчиво смотря перед собой пустыми глазами.

— Твоя проблема ­– Хоа? Она так и не полюбила тебя?

Вопросы матери точно ножом прошлись по сердцу Юнги, заставив сжаться внутренности. Он впервые почувствовал душевную горечь, от которой утяжелилось дыхание и закружилась голова. Глаза парня метнулись в сторону матери и он, не скрывая в этот раз своих чувств, огорчённо произнёс:

— Нет. Вчера она хотела сбежать от меня.

Женщина крепче сжала руку сына.