Моя Жизнь — Ужасная Сказка

39 ГЛАВА

Домой Юнги приехал поздно, время на часах было около двенадцати. Когда он зашёл в гостиную, словил себя на мысли, что в доме присутствует гробовая тишина, во всех комнатах горела только подсветка по периметру потолков. Остановившись у лестницы, ведущей на второй этаж, парень сначала посмотрел на ступеньки, а затем прошелся по ним взглядом, сосредоточившись на одной из картин, что висела на стене второго этажа. Какие-то мысли, что лезли к нему в голову, он быстро отогнал и начал подниматься наверх. Лениво, неохотно, но шёл.

Слишком тихо... Слышен только звук стучащих каблуков обуви о пол.

Сразу же направившись в их с Хоа спальню, он, на удивление, там её не обнаружил. По этой причине сразу же оживился и все его действия стали более решительными. Юнги зашёл в ванную комнату, но и там девушки не оказалось. Он заглянул в гардеробную – та половина гардеробной, что принадлежала Хоа, была на половину опустошена. Задумчиво проходя мимо вешалок, его рука касалась оставшихся вещей, в мыслях начали формироваться какие-то предположения, которые заставили его занервничать. Не может быть такого, чтобы она снова от него сбежала... Исключено. Тогда, где она? Что если она что-то сделала с собой, не справившись с принятием того, что её возлюбленный яко бы мёртв? Тогда почему она забрала свои вещи?

Юнги нервно достал свой телефон и хотел было набрать номер охраны, однако решил сначала проверить в других комнатах. Он начал быстрыми шагами передвигаться по коридору от одной двери к другой. Слишком резко дёргал ручки и несколько раз ощутив неприятное разочарование, не найдя в этих комнатах жены, злился и волновался ещё сильнее. В какой-то момент он добрался до самой крайней комнаты, но дверь не открылась – она была закрыта изнутри.

— Хоа? — громко позвал Юнги, дёрнув ручку.

Девушка, которой удалось уснуть пару минут назад, на щеках которой ещё можно было заметить мокрые дорожки, резко дёрнулась, услышав через сон голос мужа. Сначала ей показалось, что это прозвучало действительно во сне, но когда затуманенный разум начал приходить в себя и она увидела, что дверная ручка беспрерывно дергается, все рецепторы тела ободрились.

Девушка села на кровати, испуганно прижала колени к груди и натянула на себя одеяло. Она смотрела на дверь круглыми глазами и часто моргала, ожидая, в какой момент ручка не выдержит и в итоге сломается. Перед глазами проносились картинки того, как её муж убивал Ынгю у неё на глазах, каким жестоким и бесчувственными он оказался на самом деле. Его окровавленный руки, испачканная рубашка, да и сама изувеченная жертва, стоявшая перед ним на коленях – это всё вызывало у неё чувство тошноты.

— Хоа, открой дверь, – ещё спокойным, но громким голосом попросил Юнги. — Ты знаешь, что я всё равно её открою, — он перестал дёргать ручку и просто ждал за дверью, когда девушка послушает его. — Хоа, открой дверь... — злость начала подбираться к парню, а потому его голос стал холоднее, а тон жестче. — Открой эту... дверь! — не выдержал в итоге он и ударил ладонью по двери.

Хоа дёрнулась и сжалась от удара, поступившего с другой стороны. Она прикрыла рот рукой, чтобы помочь себе удержать слёзы, скопившиеся на глазах.

— Хоа! — последнее, что донеслось из-за двери перед тем как девушка услышала отдаляющиеся тяжелые шаги мужа.

Он точно не оставит её... Он пошёл за чем-то, что поможет ему открыть дверь и тогда в любом случае доберется до неё. Хоа понимала, что не слушаясь, злит его ещё больше, однако ничего не могла с собой поделать. Она боялась, а сейчас, после того как увидела, на что её муж способен, боялась его ещё больше. Однако, всё же ей пришлось собрать себя по кусочкам, взять в руки, и в панике побежать к двери, чтобы открыть её до того, как это сделал бы Юнги. Возможно, тогда он немного успокоится.

Хоа распахнула дверь в тот момент, когда её муж уже спускался по лестнице. Заметив это боковым зрением, Юнги посмотрел в сторону девушки, он медленно и сдержанно вдохнул, прикрыв глаза, и начал подниматься обратно. Чувствуя издалека, насколько напряженным и нервным он был, и видя как стремительно приближался, Хоа стало не по себе. Поэтому, когда парень был от нее на расстоянии пяти метров, она скользнула обратно за дверь, но закрыться не успела, так как Юнги не поленился подбежать и задержал дверь ладонью.

— Ю... Юн... — в слезах, с лёгкой истерикой в голосе, возопила Хоа, когда муж грубо схватил её за локоть и прижал за руку к своей груди.

Она не смотрела ему в лицо, отвернула голову и жалостливо вытирала слёзы второй рукой. Дверь за ними громко захлопнулась, однако испугалась этого только девушка. Хоа чувствовала, как тяжело вздымалась грудь её мужа и как крепче стала его хватка на её руке, когда он резко прижал её к стене. Но она всё равно не смотрела на него, всё так же была отвернута и тихо всхлипывала, всем своим естеством ощущая пронизывающий холодный взгляд мужа.

— Посмотри на меня... — через сомкнутые зубы произнёс Юнги, рассматривая половину лица жены. — Посмотри на меня! — от неожиданного крика девушка дрогнула, зажмурив глаза. — Что ты здесь устроила?! Мало того, что я должен гоняться за тобой и твоим любовником по всему городу, так ты решила опозорить меня ещё и перед работниками?! Посмотри на меня! — он взялся за её лицо и резко повернул к себе. — Господи Мин и его жена спят в разных комнатах? Этих сплетен ты добиваешься?! Или ты таким образом хочешь очистить свою совесть перед любимым? А?

— Я... Я не хочу тебя видеть... — неуверенно прозвучало. Почувствовав, что пальцы мужа на её лице разжались, она мотнула головой и выдернула свою руку из его. — Я никогда не буду спать с тобой в одной кровати! Ты жестокий, бесчувственный человек! Ты ужасен! Я ненавижу тебя! — прищурив заплаканные глаза, она с осуждением и болью выплёвывала все свои слова, наблюдая за тем, как менялось лицо Юнги. — Никогда и ни за что я не вернусь туда. Угрожай, кричи, делай больно – твоё право! Мне абсолютно всё равно! Я ненавижу тебя! — снова прозвучало в лицо мужа.