Мозаика: Кто ты в отражении...

Глава 4 Экзорцизм

> "Тьма живёт в тех, кто её вызывает. Остальное — только свечи."
— надпись на стене старом храме, заброшенного после пожара




---

Это начиналось как игра. Как всё, что кажется безобидным.

Шестеро. Возраст — 16–18.
Заброшенное здание. Бывший костёл, ставший складом, потом ночлежкой, потом руиной.
Лето. Сумерки.
Бутылка дешёвого вина. Свечи из ближайшего супермаркета.
И принтерная бумага: инструкции с форума, где подростки делились «околощутками».

Заголовок:
"Обряд откровения. Только для смелых. Побочные эффекты: просветление, шизофрения, смерть."

Их это развеселило.


---

— Встаньте в круг. Зажгите свечи. Каждый должен назвать свою самую тёмную правду.
— Ту, которую не говорил даже себе.

Они посмеялись.
Разложили свечи.
Открыли вино.
И начали говорить.


---

Первая — Саша.
— Я делала вид, что люблю свою сестру. Но я хотела, чтобы она умерла. Каждый день. После её похорон — мне стало легче.

Молчание. Кто-то подавился смехом. Не вышло.


---

Вторым — Никита.
— Я слежу за соседкой. Через её окно. Я знаю, когда она спит. Когда плачет. Я записал её... Пару раз.

Свеча перед ним затрещала.


---

Марина. Тихо:
— Я беременна. Не от парня. От его отца. Мне страшно. Но... я не хочу, чтобы это исчезло.

Марк отпрянул от неё, но ничего не сказал.


---

Следующим был он. Марк.
— Однажды я ударил бомжа у магазина. Просто так. Он упал, не встал. Я убежал. Я думаю, он умер. Я не проверял.

Никита прошептал:
— Ты чё...
Но замолчал.


---

Лика. Тонко, почти невидимо улыбаясь:
— Мне нравится, когда страдают. Я не причиняю боль. Я просто... люблю смотреть. Я даже видео собираю. По папкам.

Воздух стал тяжелее. Свечи задымились.


---

Последний — Илья.
Он молчал долго.
Потом сказал:
— Я никого не люблю. Ни родителей. Ни вас. Ни себя. Я думаю — я должен был умереть. И каждый день — жду, когда это произойдёт.


---

После его слов свечи погасли.
Одна за другой.
Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Темнота легла, как мокрое покрывало.


---

А потом... стены зашептали.

Не слух — внутри головы.
Каждому — разное.
Чей-то голос. Вырванный из глубин.
Из памяти. Из страха.

Марина услышала голос ребёнка, зовущего её мамой.

Саша — шепот сестры: «Спасибо».

Никита — крик своей соседки. Слишком настоящий.

Лика — себя, смеющуюся... но за стенами черепа.

Марк — тихий мужской хрип: «Почему ты ушёл».

Илья — тишину. Абсолютную. Пронзающую.


---

Когда вспыхнул свет, их было шестеро — но лица были другими.
Бледные. Глаза пустые. Кто-то плакал. Кто-то молчал. Кто-то не мог дышать.

Но никто не ушёл прежним.


---

Через неделю — Марк попал под поезд.
Марина исчезла.
Лику нашли в клинике, безумно шепчущую: «Они улыбаются».
Никита — сдался полиции с жёсткими дисками.
Саша бросила родителей и уехала в монастырь.
Илья...
Илья остался.
Он вернулся в церковь. Зажёг свечи.
И написал на стене: "Тьма — не снаружи."