Можно без слов

Глава 11

Время на "подумать" у меня не было. Сразу после пар я увидела три пропущенных от мамы, и один от папы. Видимо, они, правда, хотят поговорить. Я не стала перезванивать, а просто поехала туда. 

Кирилл хотел пойти со мной, но я мягко отказалась, сказав, что мне нужно самой решить эту ситуацию. Он согласился, но на своих условиях – отвезти и привезти меня. 

И вот сейчас, после того как Кирилл уехал, я стояла напротив своего дома. Огромный особняк, высокий забор. Так странно, это мой дом, но у меня даже нет ключей. 

Здесь всегда уютно и свежо, рядом лес и речка. Именно в таком месте находился этот коттеджный поселок. Рядом много других домой, не менее больших и красивых, но мой дом, их дом, всегда казался мне живым и уютным. Видно солнце, которое слегка перевалило за полдень. В городе часто солнце не видно из-за многоэтажек, а тут, все небо как на ладони. А ночью, какая красота здесь ночью! Можно рассмотреть каждую звездочку, каждое созвездие от Большой медведицы до Кассиопеи. 

Здесь, давно я была счастлива. Здесь мне всегда было хорошо. До того дня. 

Сейчас мне было все равно. Многие чувства всплыли в памяти, но я заперла их на замок, не позволяя делать меня слабой. Я было готова к встрече, даже с Игнатом. Два года я ждала, и вот, этот день настал. 

Я позвонила в звонок. Мне ответил голос нашей управляющей по дому. 

- Алиса, - сказала я. 

На этом связь оборвалась. Я видела, как спускаясь по ступеням, ко мне бежит Анфиса Викторовна. Лицо ее было мокрым от слез. 

Двери автоматически отворились, и я вошла внутрь. 

- Девочка моя, Алиса! – навзрыд плакала она, обнимая меня. И я обнимала ее ничуть не слабее. Так же крепко вцепилась в нее, как и тогда, два года назад. И плакала. Мы обе плакали. Только она мне поверила в тот день, лишь она знала, какой Игнат на самом деле. Она особо не изменилась, все такая же задорная женщина, с округлыми формами шестидесяти с копейками лет. 

- Как же ты выросла! Какая красавица стала! – проговорила она, держа руками мое лицо. 

- Я очень скучала по вас, Анфиса Викторовна! Очень! – сказала я, вновь крепко ее обнимая. 

- Ты к родителям? Они ждут тебя, Алиса. Ждут, они раскаиваются! Как твоя мама плакала, а отец, хоть и не показывает чувств, тоже был очень расстроен. Они сами все тебе расскажут. Заходи. 

- Он тут? 

Все было понятно и без слов. 

- Нет, его пока нет. 

Войдя в дом, я уловила запах знакомой мне с детства выпечки и сушеных яблок. Тут словно все было так же, и по-другому одновременно. 

- Алиса, - мама, сидящая на диване в гостиной, резко поднялась и подошла ко мне. Я не знала, как себя вести, а она просто обняла меня. И тогда я заплакала по-настоящему. Мне не хватало ее, правда. Моей мамы. И сейчас, чувствуя такой родной запах, я не могла сдержать слез. Я крепко обняла ее, цепляясь как за последний лучик надежды моей старой жизни. 

- Прости, доченька, прости! – говорила она в перерывах между рыданьями. 

Папа тихонько подошел, и тоже обнял меня и маму вместе. 

-Алиса, прости, что не поверили тебе, прости нас дочка! – проговорил отец. Я не видела его лица, но его голос был полон горечи,  потраченных на обиду лет, знала, что их вина есть здесь, в упрямости и недоверии ко мне, но я их прощала. Я отпускала обиду. 

Мы долго разговаривали. Я рассказал им обо все: о том дне, об Игнате, о Кирилле, о том, как жила все эти два года. Мама едва сдерживала слезы, папа хмуро сводил брови, внимательно слушая меня. Они предложили мне вернуться домой, сказав, что Игната здесь не будет. После того визита Кирилла, папа устроил разбор полетов, и в итоге Игнату пришлось пойти к психотерапевту, и ему там диагностировали психическое расстройство личности. Ему придётся проходить лечение, ему должны помочь. 

- Как мы раньше этого могли не замечать? – сказала мама, - он ведь и вправду всегда ревностно относился, хотел все забрать себе, и желательно побольше. 

- И когда мы все были расстроены твоим уходом, он явно не переживал по этому поводу, а напротив, был доволен – подытожил папа. 

Они изменились, появились новые морщины, папа стал хмурее и серьезнее, а мама, мама просто была печальной. Словно все эти два года, гордость им обоим не давала пойти навстречу мне. Но окончательный удар нанёс Кирилл, открывая им глаза на правду. 

- Я не могу здесь быть, - честно ответила я, не смотря на всю мою любовь к этому месту, - вся моя жизнь там, и учеба, и друзья, и Кирилл. 

Мама грустно смотрела на меня, но все же сказала: 

- Я рада, что вы с тем мальчиком вместе. Он был убит горем, когда узнал, что ты уехала, когда узнал, что никто не знает куда. Он долго искал тебя, наверно около года ходил к нам, и узнавал, нет ли новостей. 

Он искал меня.

В мое сердце вонзилось сотни иголок. Словно ёж, живущий под ним, выпустил их именно в этот момент. 

- Николай Геннадьевич, Лариса Дмитриевна, ужин готов. Я накрыла на троих, надеюсь, Алиса к нам присоединиться, - сказала, Анфиса Викторовна, мягко мне улыбаясь. 

- Да, дочка, пойдем за стол, - сказал папа, поднимаясь с места.

- Такое совпадение, именно сегодня приготовили твоё любимое блюдо – мясо в горшочках, пойдем, не отказывайся. 

Я наверно, и не смогла бы, видя столько надежды в глазах отца. Я не хочу это рушить. 

Достав телефон, я увидела сообщение от Кирилла. 

«Все хорошо?» 

«Хорошо. Останусь на ужин. Сможешь забрать меня через два часа?» 

Быстро напечатала я, садясь за обеденный стол. 

Ответ пришел незамедлительно, словно Кирилл только и ждал моего сообщения. 

«Хорошо, буду ровно в девять.» 

На смотря на напряженное состояние каждого из нас, ужин прошел в мягкой и комфортной обстановке. Говорили на темы моей учебы и работы. К счастью, я не видела никакого осуждения в их взгляде, а только что-то похожее на гордость.