Мрачный. Из пропасти

Глава 9. В гостях у бабушки

На чай от Серафимы Семёновны, не возможно не согласится. Она не принимала отказов. Руслану было не по себе, когда бабушка Наташи так тепло приняла его и усадила за стол рядом со своей внучкой. Ему казалось, она должна реагировать на него как-то иначе, точно он и сам не понимает как, но по-другому. Слишком гостеприимная, слишком добрая и понимающая. Наташа её отражение, не то, что Мария, она вообще казалась лишним звеном во всей цепочке.

Руслан чувствовал себя необычно, с заботливыми бабушками общаться ему ещё не приходилось. В голове до сих пор были свежи воспоминания о деспотичной Ксении Анатольевны. Каждый раз, вспоминая прошлое, кулаки самопроизвольно сжимались, голову начинало давить невидимое облако, оно сжимало её так сильно, что ни одно обезболивающее не могло помочь. Но как бы трудно не было, он молчал, держал в себе. Никому не мог доверить истинные чувства. Мама и та о многом не догадывалась. Однако Наташе он открылся, пообещал ведь говорить правду, исполнил. Как вернуть доверие? Естественно быть искренним. С ней Руслану хотелось быть не только искренним, но и чувственным, хотелось обнимать девушку, целовать. Обида её оказалась велика, он не рассчитывал на столь сильную боль в сердце Наташи, поэтому не был готов залечить, но всё ещё впереди, они справятся. Оба! Не могут сбежать. Он не сбежит, и ей не даст.

Серафима Семёновна отошла на кухню, дабы приготовить свой особенный по её словам чай. Наташа с Русланом сидели в небольшой гостиной, где находился стол да пара стульев. Обстановка его не смущала, она отдавала минимализмом, который ему стал так необходим. Наташа заметила задумчивость парня, и тронула ладонью его плеча. Крамской сразу же вернулся в реальность. Память о его бабушке заставляла переживать особенно сложные моменты заново.

—Ты бледный, — глаза Наташи выражали обеспокоенность, а руки поддержку.

— Правда? У меня фобия, боюсь бабушек, — отшутился Руслан.

Наташа легко стукнула его по руке, а он засмеялся, тихо дабы Серафима Семёновна не услышала.

— Дурачок, — хихикнула и девушка.

Их милая перебранка нравилась Руслану, ему стало дорого каждое мгновение, проведённое со Столяровой, девушка была необходима ему как воздух, как сон, как живая вода. Оставалось рассчитывать, что и она довольна. Никогда он не чувствовал себя более неуверенным чем с ней в эти минуты. Каждая ошибка с его стороны могла стоить отношений.

— Руслан, — позвала Наташа своим нежным как весенний ручей голосом. — Ты же меня послушаешь?

Он снова напрягся. Чего она ещё от него хочет? Он итак делает для неё всё, полностью отдался на волю чувств, когда раньше не мог такого сделать даже под прицелом пистолета. Наташа полностью и единолично владела правом на его сердце и душу. Если понадобится он готов прыгнуть под пулю, защищая её.

— Послушаю, — кивнул парень, — кого мне ещё слушать?

— Прекрати, я серьёзно. — Подсела она ближе, и накрыла его ладонь своей, — мы поговорим с бабушкой, и ты уедешь, не забыл?

— Как тут забыть, — постоянные напоминания, что им придётся побыть вдали друг от друга, заставляли Руслана злиться.

—И вот ещё что, — Наташа сама взяла его руку в свою, и переплела пальцы. — Не говори при ба…

Договорить она не успела, в гостиную вошла старушка с подносом наперевес. Наташа, заметив её, сразу же отпустила руку Крамского, и поднялась, чтобы помочь ей. Бабушка Наташи ему понравилась, а вот неожиданное появление не очень.

— Да я сама, — не позволила она внучке забрать поднос, — куда ты постоянно лезешь Наташка? Я принимаю гостя, не видишь? Не мешай мне.

— Тяжело ведь, — посетовала девушка, но вернулась на то самое место, где сидела раньше.

Серафима Семёновна расставила чашки с чаем всем присутствующим, а в центр поставила пирог с лесными ягодами собственного приготовления.

— Приятного аппетита, — порадовалась старушка своему скромному убранству, и села напротив Наташи и Руслана.

Отпив немного ароматного чая, бабушка начала разговор первая:

— Зря мы тебя Людмилой не назвали, помню, Маша с Настей как лучший подружки, договаривались так, и сделать, а потом рассорились и вот как вышло.

Наташа картинно подавилась чаем. Бабушка улыбнулась, морщины на лице разгладились. Руслан, взял лежавшую рядом белоснежную салфетку и передал девушке. Та с благодарностью приняла её и прокашлявшись протёрла рот и подбородок.

— Простите Серафима Семёновна, а что вы имеете в виду? — стуча по столу пальцами, спросил Руслан. Слова старушки заставили его задуматься.

— О чём ты мальчик? О Настасьи и Марии или об именах, которые они придумывали своим детям?

Наташа снова поперхнулась, и тогда Руслан постучал ей по спине.

— Радость моя погоди с чаем, дай Серафиме Семёновне нормально ответить на мой вопрос, — нежно улыбнулся он девушке, а та затравленно уставилась на него. Руслан снова обратился к старушке, — о моей матери и Марии Столяровой.

Бабушка наблюдала за сценой разворачивающейся прямо перед ней как за романтическим фильмом. Улыбка не сходила с лица, о чём конкретно она думала судить сложно, но явно о хорошем.

— Я знала о тебе Руслан Крамской, но никогда раньше не видела. Настасья приезжала к нам в деревню, когда была беременна, и они жутко спорили с Машей. Я тогда пыталась выяснить причину ссор, ни никто из них мне не ответил. Однако маразма у меня нет, и я отлично поняла и без слов — проблемой был мужчина. И не абы кто, Макар отец Руслана, — посмотрела бабушка на парня, и вдруг прищурилась, присмотрелась к лицу и дала оценку. — Похож на него.