Мрачный. Из пропасти

Глава 13. Свидание с перчинкой

Однозначно — это самый счастливый день в моей жизни. Никогда мне так хорошо не было. И не с кем. Руслан вдыхал в меня жизнь, и каждый вдох давался мне с лёгкостью и наслаждением. Мы были вместе, казалось бы, чего ещё надо?

«Когда всё идёт так хорошо, жди беды».

Глупые мысли не давали покоя, и я гнала их, как могла, хоть они постоянно норовили пробраться обратно и насолить мне. Сон неожиданно так же всплыл в сознании, и обещал в скором времени исполниться в самом изощрённом виде.

Внешне я выглядела радостно, отвечала на интересующие вопросы Руслана, внутренне волнение никуда не собиралось деваться. Оно давило, обещало раздавить и размазать, в ближайшем будущем.

Мы позавтракали, и я захотела отвлечься от напряжения, вышла из кухни на застеклённый балкон, дабы позвонить Макару Владимировичу и кое-что с ним обсудить. Вообще я собиралась помочь Руслану с посудой, но тот наотрез отказался, чуть ли за шиворот меня не схватил, чтобы я, наконец, вышла из кухни. Всё это естественно проходило в шутливой форме, и мы больше смеялись, чем ссорились.

— Ты только наводишь шум, так что, — дальше Руслан только помахал рукой.

С наигранной обидой я вышла из кухни, и очутилась на балконе. Телефон я включила ещё вчера вечером, когда захотела зайти в интернет, и прошерстить новости. Сейчас мне нужно было ввести код и разблокировать его, но руки тряслись. Я боялась звонить Макару Владимировичу, боялась его реакции. Руслан убеждал меня в том, что папа до сих пор меня любит как родную дочь, но отчего-то я не вполне была уверена, толи в себе, толи в нём.

Всё же я ввела пресловутый пароль, состоявший из даты рождения моей давно потерянной кошки. Да, я странная понимаю. Но это было моё первое животное, которое мама разрешила завести. Я обожала свою кошку Муську, а через два года жизни с нами она пропала. Как бы мы не искали, плодов это не принесло. Я смирилась, но не забыла.

Открыв контакты, я пролистала до заветного «папочка», и в груди кольнуло. Ладонь сама собой тронула часть тела, где находилось сердце. Смогу ли я ещё раз назвать вас папой Макар Владимирович? Не хочу терять связь с таким потрясающим человеком как вы. Никогда не приму Виктора как отца, он мне никто, и пусть таковым и остаётся. Ненавижу его! Если бы он не вышел из тюрьмы, всё осталось, как и прежде, и нам не пришлось бы переживать столько проблем.

«Тогда ты, скорее всего не встретила бы Руслана, не говори Наташа, о чём пожалеешь!»

В кое-то веки, я была согласна со своими противоречивыми мыслями.

Палец завис над нужным контактом, а когда вздрогнул, сигнал уже перенаправлялся на телефон отца. Чёртовы руки, чёртова тряска, я не готова.

«Случайности не случайны, ты никогда не будешь готова. Всё идёт своим чередом. Всё правильно!»

Я хотела было сбросить вызов, но из динамика послышался до боли родной голос папы.

— Наташа? Наташа ответь дочка, — встревоженно умолял Макар Владимирович.

Я поднесла смартфон к уху и вслушивалась.

— Наташенька солнце моё, прошу, не молчи. Дочка я тебя по-прежнему люблю, чтобы ты там не услышала, чтобы тебе не наговорили. Я навсегда останусь твоим отцом, понимаешь? — в отчаянии не прекращал говорить он.

Я слышала и не хотела молчать, но на глазах появились непрошенные слёзы. В горле появился ком, я вот-вот могла разрыдаться в трубку. Каждое слово папы давало мне надежду на наше светлое будущее, но я-то понимала, что оно может не состояться.

— Папа, — кое-как выговорила я.

— Слава богу, я услышал твой голос Наташа, — с облегчением выдохнул Макар Владимирович, — возвращайся поскорее дочка, мне так много тебе нужно рассказать.

— И мне, — коротко отвечала я.

— Как ты? Здорова? Не представляешь, как мне приходиться сдерживаться, чтобы не поехать за тобой. Маша волнуется не меньше, она тоже места себе не находит, — его слова о маме, меня совсем не убедили. Он говорил так, словно и сам не верит. Как тогда мне поверить?

Через новую волну подступающих слёз, я выдавила:

— Всё хорошо, я здорова, и со мной Руслан.

— Руслан, да я в курсе ваших отношений, — как-то понуро согласился он, — как мой сын? Не обижает тебя?

— Простите, я могу называть вас папой? — зачем-то уточнила я, мне было важно знать его ответ.

— Наташа что ты такое говоришь, естественно ты можешь называть меня отцом, разве я как-то невольно дал понять, что не можешь?

— Нет-нет, — засеменила я, слёзы сходили, на нет, — просто это всё странно.

— Ваши отношения ты имеешь в виду? В любом случае он мой родной сын, а ты… Ты дочь, родство не имеет значения. Я полюбил свою малышку, как только забрал из роддома, и не считаю тебя чужой, — высказался Макар Владимирович.

— Спасибо за твою доброту и заботу папа, — искренне поблагодарила я.

От короткого разговора мне сразу стало легче. Мы всё ещё понимаем друг друга, и это не может не радовать и не приносить удовольствие.

Прикрыв глаза, я стояла напротив окна, и вслушивалась в приглушённые звуки, доносящиеся с улицы. В душе расцветало лето, оно не покидало меня ни на минуту. Меня окружают любимые люди, без которых я не вижу смысла в жизни, оставалось лишь приумножить их количество. Я всё-таки планировала поговорить с мамой как следует вразумить её бросить Виктора. Пусть они с Макаром Владимировичем никогда не смогут быть вместе, но я буду, рада и тому, что на мою мать просто перестанут влиять такие личности как Гаврилов. Представлять счастливую жизнь вдали от Виктора было невероятно просто, там, где нет его, есть спокойствие и стабильность. Там маму не настраивают против родной дочери, и никого не выгоняют. Виктор корень зла, который опутывает всех своими бесконечными цепкими ветвями, не давая всем остальным расцвести.