Мрачный. Из пропасти

Глава 2. Прощание с прошлым

Шли дни, недели. Я замкнулась. Теперь я сама запиралась в своей комнате, мне не нужен был надзиратель в виде Виктора Гаврилова. Я была рада тишине и одиночеству. Но признаться, оно начало овладевать мною. В первую неделю после потери надежды, я заперлась в комнате на три или четыре дня, не помню, я не пила, не ела, не ходила на учёбу. Мама пыталась достучаться до меня, да что уж там сам Виктор пытался покормить, но я игнорировала все звуки из вне с помощью наушников. Моим любимым местом в комнате стал дальний угол, куда я забивалась и плакала. В один из дней пришёл Макар Владимирович, и пытался разговорить меня, но и ему я не отвечала. Мне не было стыдно, его вина всё равно имелась, поэтому я просто не хотела говорить.

Я разговаривала только во снах, с ним. Он приходил ко мне и успокаивал, гладя по волосам, а потом нежно целовал, но все сны кончались ужасом. Однако я ждала их, только так мы с ним могли встречаться. Когда-нибудь тело моё умрёт, и мы воссоединимся, но, сколько ещё ждать? Десять лет, сорок, шестьдесят? Как долго душа будет рваться на части, а раны на сердце кровоточить?

Приходила Лиза, умоляла открыть ей, умоляла дать позволить утешить, но и её я выбросила из жизни. Когда, казалось бы, все сдались, дверь выломал Виктор. С того момента её не вернули на место, и я физически и морально чувствовала давление. Теперь все официально могли таскаться ко мне и говорить заученные фразы: «всё будет хорошо», «ты в порядке?», «боль пройдёт, надо просто перетерпеть». Как же все они раздражали, и постепенно я начала чувствовать гнев ко всем близким. Они вызывали во мне ненависть. У них жизнь продолжалась, а моя остановилась, не успев пуститься в путь. И никто не понимал моего отчаяния.

Артём не выходил на связь, и мне стало интересно, что друг делает. Находится ли он в такой же депрессии, как и я? Может хотя бы он сможет оценить степень потери. Он был ему не безразличен, и мы сможем горевать вместе.

Я оделась, привела себя в порядок, и собиралась покинуть квартиру тихо, без лишних вопросов. Шум в прихожей услышала мама, и появившись в неожиданный момент застала меня за поиском зимних сапог. Глаза её горели, она радовалась, тому, что я смогла выбраться из своей комнаты, и рассчитывала, что я отправлюсь на учёбу или, в крайнем случае, просто погулять.

— Доченька я так рада, — сложив ладони перед собой, взмолилась она.

Меня хватило на лживую улыбку.

— Куда ты собираешься? Тебе помочь с чем-нибудь? — не отставала мама.

Я нашла сапоги и быстро надела их.

— А где твоя сумочка, я думала ты по делам, — осмотрела меня мать, — забыла? Я принесу, подожди.

Я воспользовалась моментом, маминой заботы, и убежала. Думаю, она не обрадуется, когда не обнаружит меня ждущей её в дверях.

Выбежав из подъезда, я побежала на остановку, шла как в последний раз, не смотрела по сторонам, не обращала внимания на красный светофор. Однако водители люди умные, вовремя останавливались, пропуская несносного пешехода, дабы не попасть в аварию, и изредка бросали мне в след гневные комментарии, в основном называя — сумасшедшей. Мой автобус подошёл прямо к моему появлению, я села и поехала по нужному адресу. Заранее поинтересовалась им у Лизы, когда мы пытались выяснить причину внезапной пропажи (кончины) Руслана.

Доехала без происшествий, и оказавшись возле нужной квартиры начала названивать. Был ли он дома? Лотерея. Мне плевать, я готова была ждать до вечера. Мне повезло, дверь открыл сам Артём, одетый в простую белую футболку и джинсовые бриджи. Парень встретил меня красноречивым печальным взглядом.

«Как же мне надоела их жалость!»

— Проходи, — не здороваясь, уступил мне дорогу Артём.

Я сняла верхнюю одежду, и блондин проводил меня в гостиную. Если бы у меня было настроение, я могла расписать, как со вкусом обставлена его квартира, но тогда я смотрела сквозь вещи, мир стал чёрно-белым. Мрачным.

В гостиной на диване сидела, поджав ноги Лера. Вот уж эту часть декора сложно было упустить из виду. Она курила и смотрела телевизор. Запах табака совершено не чувствовался, его перебивал сладковатый аромат клубники. Лера заметила меня и потушила сигарету, схватила подушку и обняла её.

— Садись, — догнал меня Артём, и сел на диван рядом с сестрой. — У нас немного не прибрано, не обращай внимания, если сможешь.

На хлам в гостиной я, как ни странно совсем не смотрела.

— Что ты хотела Наташа?

На вопрос я не ответила, села в свободное кресло, и не отводила взгляда от сестры блондина. С виду утончённая, миловидная, а в душе грязная и лицемерная. Лера, так же как и я не моргая наблюдала. Пока она не намеревалась вступать в конфликт со мной, но ещё не вечер. Девица покажет себя, тогда я уверила себя, ожидала скандала, и впоследствии получила естественно.

— Как ты справляешься? — сложив руки на коленях, я упиралась в них локтями.

— С чем? С гибелью моего лучшего друга? — смотрел сквозь меня Артём. — Никак! Не думать о нём, о том что его так и не нашли, помогает только работа. Я сутками гоняю свои мозги, чтобы мысли не сожрали.

— Крамской тебе ничего не говорил? — зашла издалека.

— Макар Владимирович? —будто был кто-то другой с такой же фамилией, спросил он. — Нет, а должен был?