Мрачный. Из пропасти

Глава 16. Нападение

Когда всё открылось, мне стало на удивление, свободнее на душе. Не было желания обсуждать услышанное, просто хотелось забыть. Игорь смог задеть каждого, и по лицам родных людей я смогла прочитать, что они в замешательстве. Даже Виктор, который только что выместил свой гнев на сыне, стоял столбом и думал, что ему обычно не свойственно. Первым моим порывом стало — выйти и вдохнуть свежего воздуха, но я почему-то стояла рядом с Русланом и рассматривала всех. Ждала, пока кто-то что-то скажет, самой начинать беседу мне не хотелось. Большим потрясением стала новость о моих забытых годах детства. Аварию, восстановление и прочее я не помнила. Пыталась, погружала разум в прошлое, но хоть убей, ничего, ноль, пустота. А ведь и правда моим первым воспоминанием стала встреча с отцом, то есть Макаром Крамским. Это единственное, что я могу утверждать точно, а в остальном Игорь мог солгать, да только мама и Макар подтвердили всё своим поведением. Руслан видимо не понимал о чём речь, выглядел он потрясенно, как и я. Радует, что хоть в чём-то мы с ним в пролёте, а то обычно он знает больше меня.

— Ребятки у меня время поджимает, может, отпустите, — без тени смущения влез Игорь, поигрывая бровями. — Обещаю всем купить по шоколадке. Правда лет так через десять, когда Максим Романов сдохнет.

— Я бы на вашем месте не кричал об этом при всех, — осадил его Макар Владимирович.

— Тю, что мне терять? Я итак впросак попал, сижу, страдаю от неразделённой любви отца к сыну, мордобой терплю, по-моему, я заслужил отсрочку, отпустите Макар Владимирович, а я вам позже солью все, что знаю о Романовых и их делишках, — разговорился Игорь, и чувствовал себя во всей нашей огромной разношерстной компании как свой.

— Идея заманчивая, но твоё место за решёткой мальчик, — снисходительно похлопал его по плечу Макар, — понимаю твою боль и печаль по матери. Все мы дети, пока наши родители живы, тебе пришлось вырасти раньше положенного срока. И отчасти конечно виной тому Виктор, поэтому тебя понять можно. Дело в другом. Ты посягнул на жизнь моей дочери, я не прощаю такое, пойми ты всего лишь пешка в лапах Максима Романова, придёт и черёд его нахального сыночка, я и ему крылья оборву рано или поздно.

— А вы оратор Макар Владимирович, жаль мы не в пьесе, вы бы стали моим любимым героем, — деланно опечалился парень.

— Странный комплимент, но спасибо, я впечатлён твоей открытостью, — добро улыбнулся ему Крамской, — полиция уже в пути. Осталось недолго.

— Замечательно, — поднял большой палец вверх Игорь, — но я волнуюсь о другом, боюсь, что люди Романова явятся за мной раньше полиции.

— Захлопните уже его…— начал было Руслан, хотел подойти и лично закрыть рот разговорчивому парню, но выстрел на улице заставил его отступить.

— Что происходит? — взвизгнула мама, закрыла уши и уселась на пол, будто на нас летели снаряды.

— Мама, — подбежала я к ней и обняла, — всё будет хорошо, всё будет хорошо, — повторяла я, как заведённая не веря в свои слова. Выстрелы и меня напугали. Честно я, так же как и мама хотела упасть, но не успела, испугалась за неё и кинулась обнимать.

— Наташа не уходи, нас всех убьют, Виктор сделай что-нибудь, — кричала истерично мама. На глазах её начали появляться слёзы, а для себя я решила, мне нельзя дать слабину. Я обязана защитить маму, я буду сильной рядом с ней.

— Что там? — выкрикнул Макар Владимирович, в отличии от нас с мамой, он выглядел уверенно и раздосадовано.

В кабинет ворвался охранник, парень выглядел напугано, и никак не мог отдышаться.

— Там люди с оружием Макар Владимирович, ребята не дают им пройти внутрь, что прикажете делать? — всё-таки смог выговорить он.

Крамской старший задумался, Руслан подошёл к отцу и что-то шёпотом спросил, но тот отрицательно покачал головой. А мы с мамой сжались сильнее. Я боялась, что Руслан полезет в пекло, боялась и за Макара Владимировича, пусть он не мой родной отец, но он вырастил меня, и я благодарна ему за всё. А ещё он является папой моего любимого человека, я не хочу, чтобы Руслан страдал, я не выдержу.

— Они здесь по душу Гаврилова, — подал голос Игорь, явно насмешливый.

Братец так и ждал, пока его отцу снесут голову. Я тоже не расположена на дружеские беседы с Виктором, но смерти ему точно не желала. Даже самый ужасный человек порой её не заслуживает. После смерти ничего нет, соответственно и наказания как такого. Мне кажется, человек совершивший кучу преступлений обязан ответить перед судом человеческим. Мы не были «там» мы не знаем как «там», поэтому надо наказывать людей, давая им возможность прожить свою никчёмную жизнь в тюрьме.

— Я выйду, — на удивление всех вызвался Виктор, и даже прошествовал до двери ведущей вон из кабинета Макара. — Они мне ничего не сделают, а то так и будем сидеть тут и сопли жевать.

— Правильно, иди, — ехидно выплюнул Игорь, в предвкушении. Игорь точно знал, что Виктора ждёт смерть. Да все знали, но верить не хотели.

— Замолчи сосунок, тебе слова не давали, я не трус в отличии от тебя, — кинул ему Виктор и открыл дверь.

— Стой, — подошёл к нему Макар Владимирович и положил ладонь на плечо, — мы же оба понимаем, чем всё кончится? Ты осознаешь всю подноготную?

— Я не дурак Макар, и не надо меня жалеть, мы с тобой не друзья, — скинул он руку Крамского, — следи за своим сыном, видишь, во что мой превратился?