Мрамор и Глина

Глава 15. Глина

Правильное решение.

Да, все так, но принятие далось мне тяжело.

Богдан вновь попытался коснуться моих волос – легкое, почти нежное прикосновение. Но я резко отстранилась, больно ударив его руку.

Не в моем характере, не в моих силах бороться с ним, с энергией и хаосом, которые управляет его сознанием, но ведь в телефонном разговоре Богдан сам сказал, что «мы еще пободаемся».

Пусть так и будет. Пусть противостояние с его хаосом станет первым полноценным шагом к принятию новой меня.

Появилось чувство, что теперь увольнение мне не грозит, чтобы между нами не произошло.

─ Я действительно приняла правильное решение, но ты обошелся со мной слишком жестоко, пусть и с благими намерениями.

Переступая порог его дома, я уже понимала – пора выбираться из этого болота апатии. Работа у него ─ это был мой план, мой медленный, неуклюжий выход из трясины.

Маленькие шаги, да, но всё же шаги!

А он… он словно посадил меня в лодку, отвёз в самую глубь озера и столкнул в ледяную воду без спасательного круга.

─ Жестоко? И что же жестокого я сделал? ─ спросил он, голос ровный, как удары метронома

Удар по его руке ничего не изменил. Он был невозмутим, в отличие от меня.

─ Мое состояние никак не влияет на работу. ─ процедила я сквозь зубы, стараясь контролировать себя. ─ Я выполняю все исправно, дом сияет, вкусная еда всегда на плите, я не вмешиваюсь в твое личные дела и не нарушаю твое личное пространство, а ты… ─ я запнулась, воздух закончился. ─ А ты лезешь мне в душу! ─ мой голос невольно повысился. ─ Ты смешиваешь личное и рабочее. Ведешь себя как самодур!

Даже сейчас мои слова не изменили его эмоций.

─ Продолжай. ─ его голос прозвучал очень мягко.

─ Думаешь, я от хорошей жизни пошла к тебе работать? Думаешь, сама не понимаю, как отвратительна моя апатия, это вечное самобичевание? Но это не так просто! Это не делается по щелчку! На всё нужно время! А твоя жестокость… она в твоей прямолинейности!

Я всю ночь думала над этим.

─ Ты назвал меня трусихой только за то, что я осторожничаю с незнакомыми людьми! Они твои друзья, а для меня – чужие! Ты упрекнул меня в том, что я не смотрю вперёд, что делаю слишком маленькие шаги… Но ты не был в моей коже!

Я больше не в силах контролировать голос, и он звучит как крик.

─ Да ты все утро игнорировал меня! Вел себя просто ужасно по отношению ко мне, а я этого не заслужила! И увольнение не заслужила только из-за того, что наши взгляды не совпадают! И вообще, Темный, какого черта ты лезешь мне в душу?!

Я выпалила всё, что копилось ─ не только к нему, но и вообще. В этот момент Богдан был просто ближайшей мишенью.

Он смотрел на меня, лицо всё ещё непроницаемо. Затем тихо сказал:

─ Лезу, потому что позволяешь.

Я ждала гнева, взрыва, но Богдан лишь улыбнулся ─ спокойная, немного насмешливая улыбка, заставляющая сердце биться чаще.

─ Арина, я не хотел причинять тебе боль, но тебя нужно было отрезвить. С первого дня в этом доме ты слишком потеряна, подавлена, закрыта. А сейчас ты откровенно призналась себе, в первую очередь, что готова вылезать из болота. Оглянись, ты в моей мастерской, кричишь на меня и твои глаза сухие. ─ он развел руками.

И Богдан прав, я не хочу плакать, меня переполняла злость, но не жалость к себе.

─ Ты пришла сюда, хотя могла послать меня к черту и просто уволится, чтобы не терпеть мое самодурство. И не это ли прекрасный первый шаг?

Он заставляет меня взглянуть на ситуацию под другим углом.

─ А за утро прости. Я действительно поступил отвратительно. Ночью понял, что мягкость не поможет, будет бесполезной. Тебе нужен толчок, поддержка, но не та, что позволяет утопать в самоуничижении. Но утром перегнул. Каюсь.

Богдан слегка повернулся и указал рукой на глину:

─ Ты как она, Арина. Мягкая, податливая, принимающая любую форму. Пластичная. Но знаешь, есть еще одно сходство. Глина принимает форму, навязанную извне, но сохраняет свою внутреннюю структуру, свой неповторимый отпечаток. И ты такая же. Ты усыпила свою внутреннюю силу страхами и неуверенностью. За этой мягкостью скрываются стойкость и упорство. Растормоши их! Гибкость – не слабость, а путь к гармонии с собой. Нормально искать компромиссы, но важно не потерять себя

Его слова обрушились на меня, как ведро ледяной воды.

Я онемела на мгновение, а затем выпалила:

─ Богдан… у меня к тебе только один вопрос: зачем тебе это? Ты ведёшь себя странно. Всё это… странно. Неужели ты так печёшься о каждом, кто работает на тебя?

Его тихий смех стал ответом.

─ Я ведь пофигист, забыла? А еще творец, который оценивает… глазами. И ты мне нравишься, Арина. Есть в тебе то, что цепляет меня. Вот поэтому я не безразличен.

Его прямолинейность снова поразила меня.

─ А еще я обещал помочь тебе, если решишь выплывать. И слово свое всегда держу.