Мудодей. Держи ноги крепче!

Глава 2

Парень легко бегал, в отличие от меня, я едва поспевала. Едва мы спрятались за кустами цветущего шиповника, притаившись, как увидели человека с собакой, подошедшего к горке, служившей нам убежищем. Пёс обнюхал землю и начал озираться.

Я и Ларни удивлённо переглянулись. Он схватил меня за рукав блузки и, пригибаясь, повёл вдоль кустов к чугунному кованному заборчику, огораживающему парк по периметру. К счастью, преграда была невысокой, и я смогла без сложностей её преодолеть. После побега из парка, мы поспешили вклиниться в толпу, ожидающую зелёного сигнала светофора. Оказавшись на другой стороне улицы, перевели дух.

− Неужели это нас ищут? − сильно сомневалась я.

− Очень похоже, но вряд ли из-за ленты. Что-то более серьёзное.

− Наверно фанаты, − насмешливо хмыкнула я. − Боюсь даже в интернет глянуть, вдруг там что-то пострашнее, чем рисует моё воображение.

− И не смотри. Чего себе настроение портить?

− Куда мы идём?

− Мне всё равно лишь бы подальше.

− Ты есть хочешь?

− Хочу...

− Если бы мы могли прийти ко мне домой... − сказала я мечтательным тоном.

− Можем рискнуть.

− Муж из нас отбивную сделает. Он бывший боксер. Хотя... − я критически глянула на напарника, − тебя он просто убьёт.

− Ты его любишь?

Я вздохнула.

− Любила когда-то, но он выбил эту дурь из моей головы. Живём по привычке. Мне просто идти некуда. Давай, не будем об этом говорить. У меня от воспоминаний челюсть болеть начинает.

− Он бил тебя?

Я кивнула.

− Он называл это воспитанием.

− Боишься его?

− Не очень. Жаль, что не могу сдачи дать. Он, вообще-то, хороший человек, вспыльчивый только и в последнее время ревнует меня к каждому столбу. Это из-за него я в длинные юбки наряжаюсь и закрытые блузки. Всё хватит о нём, − пора было остановиться, я чувствовала, как в душе рождается обида и злость.

− А отомстить не хочешь?

− Отомстить?

Нам пришлось остановиться. Слова Ларни звучали интригующе.

− Давай выманим его из квартиры. Ты пригласишь его в ресторан, затем сделаешь оттуда ноги, можешь даже сообщить, что всё кончено. Но до этого напоишь вином со снотворным. Если он не заснёт за столом и пойдёт за тобой, мы его обезвредим и свяжем. Можем сдать в полицию за домогательства. Зато спокойно переждём ночь в твоей квартире и решим, что делать дальше.

Если поначалу от такого плана я испытала возмущение, то к концу рассказа была полна надежд его осуществить.

− Я согласна! В конце концов, мы в затруднительном положении.

Нам понадобилось минут двадцать, чтобы тщательно проработать план, предусмотреть возможные сложности и выбрать подходящее заведение. Затем я отправила мужу сообщение о встрече.

− Думаю, он скоро примчится. Всё иду, − я передала Ларни свой смартфон.

− Удачи!

Парень поспешил скрыться. Вздохнув, я направилась к ресторану. Столик, который мы присмотрели для встречи, был свободен. Ларни будет приглядывать за нами, находясь снаружи, и, если что, вызовет полицию.

Прежде чем сесть за стол, я посетила дамскую комнату и привела себя в приличный вид. Мне вообще вредно смотреться в зеркало, сразу нахожу в себе кучу недостатков. Поморщившись на помятый видок, вынула из сумочки снотворные таблетки и, раздавив их, аккуратно сложила в бумажку, оставшуюся от шоколада и, зажав её в руке, отправилась в зал. Едва успела сесть за стол, заказав себе сок − я была уверена, что платить не придётся, ведь планировалось моё бегство от разгневанного мужа − как в ресторан вошла будущая жертва нашего коварного плана.

Глаза Николаса горели гневом, а кулаки были сжаты. Он мгновенно увидел меня и приблизился быстрым шагом. Даже жутко становилось мне смотреть на него. Он явно хотел схватить меня за шкирку и потащить домой. Я дёрнулась, жестом руки велев ему сесть. Удивительно, что он послушался. Но казалось, ещё немного и дым из его ушей пойдёт. Моё сердце прыгало от страха, готовое остановиться в любой момент.

Огромные кулаки Николаса, лежащие на столе, производили пугающее впечатление. Чтобы взять себя в руки и продолжить начатое, я представила, как раздеваюсь перед ним. Сюрприз, который его ожидает, заставил меня улыбнулся. Посмеиваясь, я помахала официантке. Девушка быстро подошла.

− Дорогая, проводи моего мужа освежиться, а то он так возбуждён, что опасаюсь, как бы тут всё не разнёс, и принеси самое дорогое вино, которое я заказала.

От такого заявления мой муж завис. В его голове ярко просигналило слово «вино», а значит, решил он, разговор будет серьёзный. Не устраивать же при всех скандал. Да, в стенах квартиры он был полновластным хозяином, а здесь вся его смелость сыпалась, как карточный домик. Пусть его утешает мысль, что он сможет поквитаться за своё унижение, когда мы якобы вернёмся домой.

Шумно выдохнув, Николас поднялся и, бросив на меня уничтожающий взгляд, последовал за официанткой. Девушка, указала ему направление в туалетные комнаты и вскоре принесла мне открытую бутылку с красным вином и два фужера. Свой я наполнила сразу, а в бутылку незаметно для персонала и присутствующих высыпала порошок из раздавленных снотворных таблеток. Зная своего мужа как облупленного, я была уверена, что эту бутылку он опустошит до последней капли. Не в его правилах оставлять такой дорогой напиток без присмотра. Хотелось бы верить, что в спешке он не успел прихватить с собой деньги. Да, смешно было бы увидеть его в фартуке за мойкой посуды. Я опять улыбнулась, отпив глоток вина. Воображение классная штука − так порой поднимает настроение! Хотя, я знала так же, что гордость не позволит ему опуститься до такого унижения.