Муля, Пузан и другие

Муля, Пузан и другие

Глава первая

Как одна маленькая корова думала, что она примадонна

Эта история произошла очень, очень и очень давно, когда тебя, милая Алиска еще не было на свете. Жила-была одна маленькая премаленькая игрушечная корова, ее никак не звали, и проводила она все свои дни на дальней полке нового магазина, среди блестящих паровозов, машинок, и великолепнейших кукол, название которых я уже и не могу вспомнить.

Как замирало сердце этой наивной, розовомордой буренки, когда продавец, девушка студенческой внешности и содержания направлялась к прилавку, где заставленная другими, пользующимися большим спросом среди капризных девчушек и карапузых мальчуганов, игрушками восседала наша белошерстая с черными вкраплениями героиня.

«Купите! Купите меня!» – кричала она всей душой, и смотрела на них своими маленькими  и очень выразительными черными пуговками. Еще она могла бы и замычать, если бы сумела привести в действие механизм, умело вшитый в ее синтетическое пузико. «Ах, какой у меня тогда был голос, не хуже самой Баллы Арисовны, той самой, что когда-то висела плакатом в соседнем отделе, где наряду с ней продавались пластинки и еще многие кумиры тех лет».

Скучно и однообразно протекали дни нашей примадонны в магазине. Каждый день она стреляла своими глазами в покупателей, с мольбой купить ее и раскрасить свои скучные покупательские будни ее присутствием. Но толи покупатели попадались непонятливые, толи стрелять глазами как следует она не научилась, но факт остается фактом – корову никто не брал!

«Так и умру тут от одиночества, - думала игрушка – Никем не купленная! Мир – до чего же ты жесток. Почему Баллу Арисовну сегодня уже пятый раз покупают, а меня ни разу ни купили. Что им денег жалко? Так и просижу тут до старости, своей игрушечной, на коробке из под скрепок, упершись своими рожками в людское непонимание».

Дни тянусь все дольше и дольше. Благодаря наступившей осени, и халтурщикам рабочим, которые, сооружая подвесной потолок в игрушечном отделе, не заделали дырку между арматурой и гипсокартонном, повеяло прохладой. В один такой ничем ни приметный день в отдел с коровой зашли две симпатичные (как потом доказывала буренка, с первого взгляда ей понравившиеся) девушки. Как поняла наша красавица, искали они подарок толи своему другу, толи коллеге, на день рождения. «Да тут мне явно ничего не светит, - подумалось изгнаннице верхних полок, и дикий обстрел глазами пришлось прекратить. Он же явно не мягкие игрушки любит. Наверное, самолеты клеит или коллекцию отечественных машин прошлого века собирает. Ну никак ни коллекцию мягких буренок верхних этажей», - ерничала наша героиня.

И уж совсем не забилось ее коровье синтетическое сердце, когда ненавистная продавец - студентка «тритий – раз – второго – курса» направилась к закутку с изгнанницей. «Конечно! Конечно, берите этот блестящий, красивейший пистолет, китайского производства! Он доставит вам очень премного радости, развлекая вас своим танцами песнями и многим чем другим… А я так и останусь тут, и пусть мир не узнает таланта обычной провинциальной коровы по вымени…». И тут (она даже забыла оправить себя, что не по вымени, а по имени) ее потянули за ногу в направлении кассы и кучи подарочно-оберточной бумаги. «Наверное выкинут, буржуи!, - подумала она. – У меня  еще срок годности не вышел, во попадет тебе, голубушка, от хозяина!».

Но, как ни странно ее поместили не в мусорное ведро, а в бумажной пакет, оформленный под подарок, сунули в лапы открытку, проверили внутренний голос, отвлекший всех покупателей от Баллы Арисовны, и обменяли (цинично, как тогда думала корова-подарок) на определенную, вернее неопределенную (это же подарок!) сумму. «Все, хана, попала, он же меня на запчасти разберет, этот не знаю кто, толи коллега, толи друг. Гудок мой вынет и на брелок пустит!». И первое что пришлой ей, в ее коровий ум, это строчки из песни «Прощайте скалистые горы!». «О! Хоть как зовешься ты, тот кто меня препарирует? Узнаю ли я когда-нибудь твое имя! Зато хоть перед смертью будет смена декораций, что тоже приятно. Ибо мой короткий игрушечный путь теперь удлинился. Вариант «полка-мусорка-свалка» плавно переходит в вариант «полка-брелок-мусорка-свалка»! Но тут наша любопытная корова, по другому ее не назовешь, решила у всех выяснить, кто он этот «счастливчик», в руки которого угодила наша героиня. Поворочавшись немного в пакете, приняв удобную позу для чтения, она развернула открытку. «Андрюшечка. Во-первых, поздравляем, во-вторых, желаем. Очень коротко, очень просто, от всего сердца. С Днем рождения! С твоим собственным личным новым годом!».

«У грамотейки, - подумала розовая мордочка, и подрисовала мягкий знак, над тем местом, где он должен был присутствовать. – Дарят открытку, так написать не могут грамотно, хорошо хоть с подарком угадали – то-то он мне обрадуется, может даже на брелок не пустит, узнав, что это я ошибку исправила».

Потом ей надоело рассматривать открытку и она решила посмотреть, что там снаружи, и куда ее несут. Аккуратно раздвинув края пакета, она высунула свою любопытную мордочку на улицу. Навстречу ей шли многочисленные сумки, сумочки, авоськи, иногда барсетки, а иногда и просто ноги, неоформленные никакой сумкой, барсеткой, авоськой. Возможно тогда-то в первый и последний раз, ей захотелось обратно на полку в свой закуток. Неизвестное и неизведанное пугает каждого из нас, это чувство всегда посещает душу, всякий раз, когда ты стоишь на пути чего-то нового, непознанного и круто меняющего твою судьбу.