Муж для змеиной принцессы

3.3

Мне в сердце будто всадили нож. Холодный, жестокий, отнимающий всю жизненную силу и магию. По щекам побежали слезы, но стирать их я была не в состоянии. Вцепившись в руки братьев, больше всего в ту минуту хотела дотянуться до Санаеха. Он всегда понимал меня лучше других. Дышать было нечем, ком слез в горле, казалось, вот-вот убьет меня. Стало легче, когда почувствовала на плече ладонь старшего брата, а на другом — руку отца.

Сморгнув слезы, встретилась взглядом с госпожой Найигой. Белая змея с сапфирными глазами медленно и тягуче склоняла голову то к левому, то к правому плечу, не спуская с меня пронизывающего взгляда.

— Вы почувствовали ее боль? — шелестом сухих трав прозвучал вопрос. — Такая же накопилась за столетия и теперь стала проклятием.

Провидица подалась вперед, ласковым движением, касаясь скулы одним лишь пальцем, заправила мне распущенные волосы за ухо. В этот же миг боль притупилась, хоть и не ушла.

— Все вернется, когда ритуал закончится, — пообещала госпожа Найига. — Но сейчас ты должна мыслить ясно. Я покажу тебе будущего мужа. За него ты должна как можно скорей выйти замуж. Такова воля богов.

Я бы хотела отказаться, прикрикнуть на провидицу, безразличную к моей скорби и судьбе! Вырваться из ритуала, лишающего воли, разрушившего сказку, в которой я жила последние месяцы! Но дымные плети держали столь же крепко, как привязывал меня взгляд госпожи Найиги.

В клубящемся облаке появился новый образ, и злость на провидицу сменилась удивлением, даже оторопью.

Выбранный ею мужчина не был нагом! Короткие светлые волосы, худощавое лицо, такое же сложение, серьезные голубые глаза, высокий лоб, ровный нос без горбинки, слишком полные для нага губы...

— Он человек! — слова отца прозвучали обвинением.

— И что с того? — в голосе провидицы слышалась усмешка. Даже подумалось, она получает от происходящего удовольствие.

— Он человек и, судя по одежде, чужестранец! — выпалил отец.

— Все так. Имя у него тоже иноземное, — на губы госпожи Найиги скользнула та же жуткая улыбка. — Сесиль Ротье. Подданный Его Величества Бертрана Третьего.

— Это Скендер, — нахмурился Санаех.

— Верно. На королевне он не женится. Ни по доброй воле, ни по приказу. О настоящем происхождении жены лорд Ротье до поры ничего не должен знать, — подчеркнула провидица.

— Хоть лорд, — зло бросил отец.

— Да, — в ухмылке белой змеи мне виделась издевка. — В этом вам повезло. Как повезло и в том, что вы достаточно рано меня позвали.

Синеокая обратилась ко мне, и слова ее звучали приговором:

— Шейша, с сегодняшнего дня у тебя есть шесть месяцев. Не успеешь за это время зачать от мужа ребенка в любви — останешься через два года последней королевской змеей. Проклятие тебя не тронет, ведь ты женщина.

Я кивнула, не сводя с нее глаз. От ужасного предсказания меня сковало льдом, приморозило к месту. Я даже не поняла, что связывающая сила ритуала пропала.

— А другого мужа, более достойного и подходящего по происхождению, ты для моей дочери выбрать не могла? — процедил король, едва сдерживая злость.

— Я показала тебе волю богов и твой единственный шанс. Можешь выбрать ей другого мужа. Выгодного, — теперь издевка в голосе старой змеи точно была. Да столько, что яд впору собирать. — Только заранее начинай примерять саркофаг. И сыновьям закажи. Их ты в могилу сведешь прежде себя.

Отец отпрянул, братья сильней сжали мои руки, но молчали.

— Благодари богов за то, что даровали тебе дочь, способную любить и разбудить любовь. Дочь, не отравленную хваленой королевской трезвостью ума! — выпалила провидица. — Иначе у вас не было бы и надежды!

Повисла звенящая тишина.

— Госпожа Найига, прости, — тихо выдохнул отец. — Не на такие ответы мы надеялись, когда звали тебя.

— Знаю, — холодно отрезала она.

Отец снова попросил прощения за резкий тон, обещал вознаграждение. Санаех, первый наследник, тоже вступил в разговор и рассыпался в благодарностях. Госпожа Найига, особая гостья с чрезвычайно редким даром, постепенно оттаивала, ее тон стал спокойней, в движениях убавилось хищности.

В беседу я не вслушивалась — волной накатило осознание предательства, рассчитанного до мелочей обмана Най'арта, но эту боль затмевал страх ответственности за жизни родных. Я безмолвно смотрела на белую змею и едва дышала от ужаса. Синеглазая наклонилась ко мне:

— Ты достаточно умна. Сама понимаешь, что ни гипнозом, ни приворотом, ни чудесными духами пользоваться нельзя. Любовь должна быть настоящей.

Я кивнула. Мир пошатнулся, в глазах потемнело. Я первый раз в жизни потеряла сознание.