Муж на сдачу, или Попаданка требует развода

Глава 10

Не знаю, какие настройки подкрутила в голове И́неса, моя кошка, но с самого утра у него не закрывался рот. Он выкладывал нам всю подноготную столичной аристократии как на духу, и мне оставалось только запоминать и делать выводы. Слова лились непрерывным потоком, будто кто-то открыл шлюз.

Так я ещё во время завтрака успела узнать обо всех любимых развлечениях двора, Ордене Сильнейших, непутевой принцессе, законах передачи трона, реликвиях Мау и сделать вывод, что Доменик Карада женился на Телани по уважительной причине. Законченным мерзавцем я его уже считать не могла, но! Дело-то теперь касалось не болезной сироты, а меня! Потому разводиться я не передумала. Разве что играть с его чувствами почти совсем расхотелось.

— Мост починили! — громогласно объявил вбежавший в обеденный зал хозяин постоялого двора. Его лоб блестел от пота, а грудь тяжело вздымалась.

Мы как раз допивали чай.

— Прекрасные дамы, предлагаю взять ваш скороезд на буксир и продолжить нашу увлекательную беседу в герцогском вагоне. Он развивает отличную скорость и обустроен по последнему слову магтехники, — с поклоном предложил Инес, жестом указывая на дверь.

— Мы согласны. Веди! — ответила за нас двоих Матильда.

И вскоре мы уже размещались на удобных диванах натурального «Роллс-Ройса» в скороездах.

Инес засуетился, открыл большой серебристый хладохрон и начал метать из него на столик тарелки с фруктами, бутылки... Кажется, Мотя перестаралась — его движения были неестественно резкими, глаза блестели нездоровым блеском.

— Инес, пересядьте. Мы же только что из-за стола, — сказала я мягко. — Лучше расскажите, как мне вести себя с родственницами его сиятельства, чтобы ему не пришлось краснеть.

Управляющий упал на диван, как подкошенный, и тяжко вздохнул, проведя рукой по лицу.

— Боюсь, вдовствующей герцогине Паулине Карде и госпоже Гейл никто из посторонних девушек понравиться не может. Да что там. Они и друг другу-то не нравятся. У дам сложные характеры.

— Ну так вдовство и отсутствие личной жизни никого душками не делает, — заметила Мотя, и я посмотрела на неё укоризненно.

— Я знала одну вдову, и она была очень милой женщиной, — возразила я с нажимом, скрестив руки на груди.

Я вообще ни к кому никогда не испытывала негатива. И к невесткам своим не цеплялась. И вовсе не потому, что жили они в другой стране. Я просто старушка — божий одуванчик, а не карга. Была.

— Ну та — редкое исключение. Не перебивай. Пусть Инес расскажет нам, что случилось с отцом герцога, почему он не смог пристроить сестрицу замуж. — Мотя пристально посмотрела на управляющего узкими щёлочками зрачков. — Я всё ещё надеюсь найти причину, по которой кошки обходят Карад стороной.

— О, по поводу почившего герцога Себастьяна Карады ходят очень интересные слухи, — блеснув глазами, заговорил Инес и осекся, как будто резко очнулся ото сна, внезапно побледнел. Видимо, на этой информации стоял какой-то блок, и магия Моти его не пробила.

— Я вся превратилась в уши, — подбодрила кошка, склонив голову набок.

— Хозяин запретил эти слухи повторять, но скажем так: его отец инициировал смерть, чтобы сбежать от жены и сестры.

— Слабак! — припечатала кошка, ударив лапой по подлокотнику.

Действительно. Вот большинство мужиков такие. Только о себе и думают. Бросил на едва подросшего сына все проблемы и умчался в закат налегке.

— Вы правы. Старый герцог был гораздо слабее сына. Мне кажется, по этой причине он даже недолюбливал его. В общем, наш господин Доменик отлично со всем справляется, и мы все думаем, что скоро он станет императором. И тогда... — На этом месте у И́неса снова закончилась словоохотливость, но этот блок оказался гораздо крепче предыдущего, и даже намёка на «что тогда» Моте из управляющего выдавить не удалось. Его губы плотно сжались, будто склеились.

— Ладно, а по тётке что? — проворчала она, временно отступая.

— Госпожа Гейл — она… порченая кровь, — прошептал Инес и пальцами судорожно сжал край стола, а его глаза нервно заметались по углам вагона. — Ей запретили замуж выходить и детей рожать, а магию заблокировали.

Я невольно охнула, прикрыв рот ладонью. Станешь тут злобной! В груди сжалось от неожиданной жалости к несчастной женщине.

— Почему? Не бойся, рассказывай. Дальше нас не пойдет, — подбодрила Мотя и хвостом мягко обвил запястье И́неса, успокаивая его. — Нам просто нужно быть ко всему готовыми, ну и я кошку твоему хозяину обещала.

Управляющий снова осмотрелся, будто нас мог кто-то подслушать, сглотнул и тяжко вздохнул.

— Они с отцом его сиятельства Доменика — двойняшки, и почти вся магия досталась Гейл, но... — Инес понизил голос до шёпота, — как выяснилось позже, она унаследовала её не от рода Карада, который берет начало от драконов и всегда доминировала над магией других родов, а от матери — принцессы степей, род которой идёт от василисков. Такого допустить не могли, потому и обрубили неправильную ветвь.

Дикость какая! Я невольно прониклась сочувствием к женщине и уже оправдала её скверный характер.

— Но давай всё же вернёмся к вопросу, как мне себя с дамами вести? — вступила я в разговор. — Не хочется показаться деревенщиной. Мы с Матильдой в столице никогда не были.

— Не волнуйтесь, госпожа Лана, — Инес успокаивающе поднял ладонь, — хоть наши дамы и не проникнутся к вам искренней симпатией, они не осмелятся обижать вас при белоснежной госпоже Матильде. — Он перевёл восторженный взгляд на кошку.

С утра Мотина шерсть снова белела ярче снега.

— Пусть только попробуют обидеть! — прошипела кошка, вздыбив усы. — Я им...

Договорить она не успела — в приоткрытое окно скороезда с лёгким шуршанием влетел конверт с крыльями, плавно опустился перед И́несом и замер, сложив серебристые крылышки.

Управляющий не медля вскрыл его, погрузился в чтение короткой записки, и брови его поползли вверх.

— Его сиятельство распорядился ехать не в замок, а в его городские апартаменты. Он хочет о чём-то важном с госпожой Ланой переговорить.