Муж родил жене ребёнка

Глава 6. Соседка

Вспомнилось волнение Андрея Михайловича, когда он решился подарить ей маленький, но изысканный букет. Еле удержалась, чтобы не рассмеяться. Она его называет милым, но огромным Винни-Пухом, даже голос похож на Леонова. Не хотелось одинаково ни обижать мужика, ни давать даже повод на надежду.

А если не отказала, то он принял это, как согласие. И тут на «возлюбленную» обрушился шквал нелепых знаков внимания. Вот же неудобно. Контора забавляется. А ему и дела мало, носит свои цветочки, пирожное в красивых коробках к чаю. Теперь вот билеты с намёком на горячее продолжение.

С этими рассуждениями в своей бухгалтерской голове Людочка зашла в супермаркет, недолго выбрала творог в молочном отделе, сливки пастеризованные для кофе, ещё что-то. И тут заметила Нину. Пришлось боком-боком продвигаться к отделу с напитками, там не так ярко и можно спрятаться. Но Нина в своей проворности опередит кошку, а уж в бесцеремонности ей вообще равных нет. Они и дружили по инициативе Нины. Она вдруг решила избрать Люду лучшей подругой.

— Люда! Ты что, одиночество заливаешь? — громко и жестоко.

— Нет, от тебя прячусь! — вдруг откровенно ответила Люда, резко отвернулась и пошла к кассам.

Грубо? Простите!

Заслуженно!

— Люда, я же не виновата в том, что между вами не было откровенности и доверия.

— Всё сказала? В магазине решила устроить скандал? Специально кричишь? Что тебе пиявке от меня ещё надо? Хотела сделать доброе дело? Ты его сделала, вон шоколадки на полке, возьми и заткнись. Я с тобой не хочу разговаривать.

Перешла на другую кассу, рассчиталась и поспешно вышла из магазина. Может Нина и не заслужила, но Люда сейчас не готова щадить чужую психику, свою бы сохранить в состоянии хоть относительной адекватности и не чокнуться. Домой почти бежала. У подъезда не заметила, что на лавочке сидит кто-то, только массивную детскую коляску пришлось обойти.

— Простите, а можете помочь, пожалуйста! — тихий, даже сдавленный голос долетел до Люды в момент, когда дверь уже пиликнула. Если бы не инцидент с Ниной, она бы ушла, но теперь совесть требует совершить хоть какое-то доброе дело.

— Только тем, что в моих силах, — ответила, повернулась и посмотрела на незнакомку.

Молоденькая девушка, красивая, даже очень красивая, одежда дорогая, но видавшая виды. Люда быстро такие моменты считывает. Но вроде приличная, может, денег надо. Но потом увидела пакеты с продуктами в нижнем поддоне коляски.

— Постойте несколько минут с Никитой, а я сумки домой подниму.

— А коляску потом как?

— Я следом ребёнка отнесу, а коляска в подъезде постоит. Всё по очереди. Жаль, в доме лифта нет.

— Да, очень жаль. Хорошо идите, я вам и с коляской помогу.

Девушка тут же схватила сумки и побежала домой.

Люда поставила свой пакет на лавочку и заглянула в коляску. Младенец не спит. Вдруг улыбнулся. Ему, наверное, месяцев шесть, а может, и восемь. Ресницы такие густые, глазки тёмные, как два уголька. Похоже, у девушки в прошлом бурный и горячий роман без продолжения. Кольца на руке Люда не заметила.

Малыш всё ещё улыбается. Хорошо, что не заплакал, увидев чужую тётю.

— Ну что, дорогой, вот вырастишь и маме начнёшь помогать, сумки таскать. А до этого момента она тебя таскает, надрывается. Запомни это!

Люда сказала и улыбнулась. Мальчик снова улыбнулся.

Рука сама потянулась к ручке коляски и Люда начала её слегка катать взад-вперёд.

Боже, как это успокаивает. Простое действие качает коляску, и все мысли о Нине и о навязчивом Андрее, вдруг растворились.

Молодая мать, наконец, вышла.

— Ой, спасибо огромное.

— Давайте возьму коляску впереди, а вы сзади и поднимем вместе с ребёнком. Она же вроде нетяжёлая.

— А вы сможете? — спросила девушка.

— Попробую! Пойдём?

— Да, конечно. Меня Лиза зовут.

— Люда, очень приятно!

Женщины довольно быстро пронесли коляску на третий этаж. Оказалось, что Лиза снимает квартиру напротив, всего неделю, как въехала. Подробности Людмиле показались неуместные. Ну одинокая мать, мало ли таких на свете. Другое дело, что снимать квартиру и не работать с маленьким ребёнком слишком накладно. Но лучше не вдаваться в подробности. Каждая вошла в свою квартиру и занялась своими делами. Лиза быстрее раздевать, кормить сына.

Люда медленно разложила свои продукты на полках холодильника. Включила робота-пылесоса. Телевизор. Техника заполнила пространство движением и шумом. Неприятное одиночество отступило. Вспомнились глазки мальчика.

— Это приятно, конечно, но я всего пять минут в няньках сидела, а уже и коляску на третий этаж тащила и представляю, что бедной Лизе приходится каждый раз делать, чтобы элементарные потребности реализовать.

Сказала вслух и сама не заметила, как оказалась у дверей соседки. Постучала. Через несколько секунд Лиза открыла.

— Лиза, хотела предложить небольшую посильную помощь. Если в магазин пойду, могу и на вас продукты купить.

— Спасибо большое, я уже всё купила, но бывает, что молоко или хлеб заканчиваются, за чем-то одним бежать с коляской неудобно. Никита для меня тяжёлый, знакомые на слингах носят. А я не могу. Небольшие покупки часто нужны, вы мне очень поможете.

— Давайте телефонами обменяемся, буду в магазине, наберу и уточню. Так удобнее всего.

— Ой, да! Спасибо большое! Я пока одна. Помогать некому, — извиняясь, Лиза взяла телефон и продиктовала свой номер, женщины созвонились, сохранились. Никита заплакал, и молоденькая мамаша поспешила к сыну. Люда, ещё раз улыбнувшись, вышла, прикрыв за собой дверь.

— Как так получилось у неё, что одна с ребёнком. Ни знакомых, ни родни. Ужасно, что же такое могло произойти в жизни девочки?

Люда уже у себя в квартире, мысли о свидании с Андреем, которое она так удачно перекинула на Наташу отступили, как несущественные.

Одиночество.

Вот что страшно, она одинокая, и Лиза одинокая. Но у Лизы есть сын.