Мужчина из прошлого. Познакомимся с тобой заново?

Глава 4

— Глазам своим не верю! — громко кричит Антон, заметив мой чемодан в прихожей. — Ты это серьёзно? Уходишь? Из-за какой-то ерунды?

Я не ждала его так рано с работы, но он, по какой-то причине именно сегодня сорвался из своего бара задолго до окончания смены. Это полностью нарушало план моего молчаливого бегства. Теперь, видимо, придётся объясняться с ним.

— Что, даже не хочешь дать ни одного шанса нашей семье?

Муж старается казаться расстроенным и огорчённым, но я отчётливо слышу в его голосе плохо скрываемое облегчение. Словно он был безмерно рад тому, что я, наконец, собрала свои вещички и тихо сваливаю от него, не закатывая скандалов и истерик.

Внутри меня внезапно закипает злоба. Это наглое, преждевременное торжество в его тоне становится последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. «Раньше времени радуешься, милый!» — мелькает в голове мстительная мысль. И в тот же миг у меня созревает план.

А почему, собственно, он решил, что уходить должна я?

— Ошибаешься, Свиридов, — с каменным лицом выхожу к нему в прихожую. — Всё с точностью до наоборот. Я остаюсь. У себя дома. А ТЫ уходишь.

Я намеренно выдерживаю недолгую паузу, чтобы насладиться его реакцией. Чтобы увидеть, как с его лица сползает маска фальшивой печали, уступая место растерянности. И только потом киваю в сторону чемодана:

— Это я ТВОИ вещички упаковала. На первое время, думаю, хватит. Остальное заберёшь при разделе имущества. Надеюсь, твоя ночная подружка приютит такого пламенного мужчину?

Эффект превосходит все мои ожидания. Вид у Антона такой, будто получил мощный удар под дых. Лицо побледнело, на лбу выступил пот. Он явно не ожидал столь скорых и радикальных перемен в своей, такой уютно устроенной жизни.

Бегающим взглядом муж смотрит то на меня, то на злополучный чемодан.

— Ты… Ты в своём уме? — восклицает он неестественно высоко, почти фальцетом. — Лучше скажи, что ты пошутила! Не заставляй меня разочаровываться в тебе, Алин!

«Ну, надо же! — думаю с сарказмом. — Он, оказывается, ещё во мне и разочарован. Какой тонкий, чувствительный и сентиментальный человек!»

Я молча одариваю его презрительным взглядом, и раскрывать свои карты не тороплюсь. Пусть немного поволнуется, а то размечтался уже: я уйду с одним чемоданчиком, а он тут беззаботно заживёт со своей чайкой!

— Аленький, подожди, послушай… — муж резко, с поразительной лёгкостью меняет тактику. Его голос дрожит так натурально, будто он вот-вот заплачет. — Я, правда, не понимаю, что случилось! У нас же всё было хорошо! И мы ведь ещё можем всё решить с тобой! Поговорить спокойно!

Он делает шаг ко мне, тянется руками, пытаясь обнять, прижать к себе, надеясь, что я растаю под натиском его мускулатуры. Но мои ноги, почти на автомате, отступают назад.

— Ты прав, мы всё решим, — холодно отвечаю я и носком туфли подталкиваю к нему чемодан. — Вот так решим.

В его глазах мелькает паника: нужно срочно что-то придумать, чтобы остаться, чтобы переубедить меня, но никаких идей нет.

— Ну, хорошо, — изображает он вдруг покорность, — если ты решила прогнать меня ни за что, ни про что... Я сейчас уйду. Так и быть. На день или на два. Просто, чтобы ты обо всём ещё раз хорошо, без эмоций подумала. Но знай, ты совершаешь ошибку, Аль. Возможно, непоправимую...

Свиридов осторожно заглядывает в мои глаза, в надежде, что я передумаю, но я молчу. Хочу посмотреть, что он будет делать дальше.

— Свои вещи я пока забирать не стану, — добавляет он, так и не услышав ни слова от меня. — Возьму только самое необходимое. На первое время.

Опустившись на корточки, Антон открывает чемодан, и застывает от изумления:

— Здесь твои вещи! Целый чемодан твоих вещей!

Его голубые глаза сначала смотрят на меня с удивлением, потом понемногу начинают наливаться бешенством. По мере того, как до него доходит, что его попросту развели.

— Мои? — изображаю легкомысленную дурочку. — Разве?

— Твои! — рычит злобно. — И ты прекрасно об этом знала! Тебе что, доставляет особое удовольствие издеваться надо мной?!

Дёрнув плечом, я опять оставляю его без ответа. Разворачиваюсь на каблуках и ухожу в комнату, чтобы взять свою сумку и документы.

— Прекрати делать вид, что я пустое место! — Свиридов догоняет меня и, больно схватив за локоть, дёргает на себя. — Говори немедленно, зачем ты устроила весь этот спектакль?!

Мы стоим так близко друг к другу, в нас бурлят такие эмоции, что кажется, ещё чуть-чуть, и они выльются в безудержную и неуправляемую страсть, но…

Не сегодня.

— Это затем, чтобы ты знал, что бывает с предателями! — зловеще чеканю ему прямо в лицо. — Чтобы прочувствовал на своей шкуре!

Неотрывным испытывающим взглядом смотрю в его глаза, и он не выдерживает. Склоняет голову, отпускает мою руку из своей. Остаётся стоять один посреди гостиной.

Захватив сумку, я возвращаюсь в прихожую. Снимаю с вешалки плащ и, перекинув волосы вперёд, надеваю его на себя. Застёгиваю чемодан, брошенный в гневе мужем.

— И куда это ты собралась? — появляется он всё-таки в дверном проёме. — Такая красивая...

— Не твоё дело, — бросаю ему коротко.

— Хотя бы, когда тебя ждать обратно, скажи!

— Тебе зачем? — вскидываю на него глаза. — Опять баб сюда собираешься таскать?

— Алин, кончай дурить! — раздражённо произносит Антон. — Какие бабы? Это уже даже не смешно!

— Даже не думала шутить! А когда вернусь обратно — не знаю. Может, сегодня, может, через месяц, а может никогда.

Он тяжело вздыхает, закатив глаза к потолку.

— Почему всё так сложно с тобой?

— А с кем легко? С ночной чайкой? — кричу в ответ.

Схватив чемодан, почти бегом лечу к входной двери. Широко распахнув её, я оглядываюсь и решаю ещё кое-что сказать мужу, так и продолжающему стоять в проёме со скрещенными на груди руками.

— Свиридов, если полюбил другую женщину, найди в себе смелость признаться. И если меня разлюбил, если приелись наши отношения, тоже скажи, не стесняйся. Будет больно, но зато правильно и честно. Даю тебе время подумать.