Мужчина из зеркала

Глава 1. Когда Марк засыпает

Марк засыпал всегда одинаково.

На правом боку. Одной рукой под подушкой, другой — поверх её одеяла.

Раньше Вере нравилась эта привычка. В ней было что-то домашнее, спокойное: он рядом, всё на месте, ночь безопасна.

Теперь его ладонь на её бедре мешала дышать.

Вера осторожно сдвинулась к краю кровати. Простыня натянулась, пальцы Марка чуть шевельнулись, но он не проснулся.

Она замерла.

Тишина снова легла между ними.

За окном горел фонарь. Узкая полоска света дрожала на потолке. В комнате пахло чистым бельём, кремом Марка после душа и лавандовым саше, которое он купил ей на прошлой неделе.

— Чтобы ты лучше спала, — сказал он тогда и поцеловал её в висок.

Вера спала всё хуже.

До свадьбы оставалось двадцать девять дней.

Двадцать девять дней до белого платья, ресторана у воды, серебристых салфеток и улыбки матери — той самой, облегчённой, долгожданной. Такой улыбкой встречают невесту, которая наконец сделала всё правильно.

Выбрала хорошего мужчину.

Надёжного.

Взрослого.

Того, кто не исчезает, не врёт и не оставляет женщину собирать себя с пола.

Марк был именно таким.

Вера повернула голову и посмотрела на него.

Во сне он выглядел мягче. Моложе. Морщинка между бровей разгладилась, дыхание было ровным, тёплым. Днём он придерживал ей дверь, грел её руки в своих, когда она мёрзла, напоминал поесть, если она забывала.

Хороший человек.

Живой человек.

Мужчина, которого она не имела права не любить.

Если бы её спросили сейчас, любит ли она Марка, Вера ответила бы “да”.

Сразу.

И именно это её пугало.

У окна, на дверце шкафа, висел белый чехол с платьем.

Марк настоял, чтобы платье осталось у них.

— Не верю в приметы, — сказал он. — Верю в нас.

Вера тогда улыбнулась.

Сейчас платье в темноте выглядело чужим. Слишком белым. Слишком правильным. Оно висело спокойно, а Вере почему-то хотелось снять его, свернуть и спрятать подальше.

Где-то в комнате тихо скрипнуло дерево.

Вера замерла.

Скрип был короткий. Так ночью ведёт себя старый шкаф. Или паркет. Или рама, которая много лет простояла в чужом доме и теперь привыкала к новому месту.

Или зеркало.

Она не сразу посмотрела в его сторону.

Старинное, тяжёлое, в потемневшей чёрной оправе, оно стояло у стены напротив кровати. Днём зеркало выглядело просто странной вещью: мрачной, дорогой, неуместной в их светлой спальне.

Марк хотел вынести его ещё вчера.

— Громоздкое, — сказал он. — И в нём вечно темно.

Вера не дала.

Сама не знала почему.

Может, из-за записки, которую нашла между рамой и старой тканью.

Не выброси.

Не разбей.

Не продай.

Там было написано короче.

Не смотри.

Вера медленно повернула голову.

В стекле отражалась спальня.