Мужья для землянки. Галактический выбор

Глава 15 Новый Торн

Но это был уже не тот надменный командор, которого она видела в Доме Выбора. Его тело стало жидкой тенью — кожа мерцала, как ртуть под лунным светом, теряя четкие очертания. Черты лица расплывались и перестраивались, будто под его человеческой маской кипела чужая, непостижимая анатомия.

— Что… что ты с собой сделал? — Лиан выдохнул, его голос впервые зазвучал с оттенком настоящего ужаса.

Торн "улыбнулся" — его рот растянулся горизонтально, дальше, чем позволяла человеческая анатомия, обнажая два ряда игловидных зубов. Губы не шевелились, когда раздался его голос:

— Я усовершенствовался. Как и ты, дорогая.

Его рука — вернее, то, что осталось от неё — протянулась к Алене. Пальцы удлинились, становясь тонкими, как спицы, а между ними натянулись перепонки из чёрного дыма. От этого жеста веяло космическим холодом, обещанием пустоты, которая заполнит всё.

— Ты чувствуешь Царя-Теней, не так ли? Он зовёт тебя. Сквозь века. Сквозь миры.

Алена отшатнулась, но её ладони вспыхнули ярче — теперь синеватое сияние перемежалось с багровыми прожилками, как будто её дар отчаянно сопротивлялся чему-то, что уже проникало в неё.

В этот миг Клод вскинул оружие и выстрелил.

Энергетический луч прошил грудь Торна и вышел с другой стороны, не оставив даже следа. Он растворился в чёрной массе его тела, как капля в океане тьмы.

Торн медленно повернул голову к Клоду, его "лицо" исказилось в чём-то, отдалённо напоминающем улыбку.

— Устаревшее оружие... — его голос звучал, как скрежет ржавых шестерён, — ...для устаревших людей.

Алена толкнула.

Не руками — всей мощью своего дара, тем самым импульсом, что разорвал оковы в сознании Дейна. Волна лазурного света вырвалась из её груди, сжигая воздух и оставляя за собой трещины в самой реальности.

Торн зашатался.

Его ртутное тело вздыбилось, забурлило, как расплавленный металл, вскипающий под невидимым напором. Чёрные капли отлетали от него, застывая в воздухе и рассыпаясь в пепел. Его лицо — вернее, подобие лица — искривилось в неестественной гримасе, рот расползся до ушей, обнажая игольчатые клыки, слишком длинные, чтобы поместиться в человеческом черепе.

— Интересно! — прорычал он, и голос его был уже не одним голосом, а хором скрипучих шёпотов, словно сотни сущностей говорили из одной глотки. — Но я не Легионер, девочка. Со мной твои фокусы не пройдут.

Пол под ногами содрогнулся, трескаясь и вздымаясь, как корабли на штормовой волне. Из щелей полез чёрный дым, закручиваясь в жгуты, в щупальца, в пальцы, готовые схватить, задушить, разорвать...

И из кромешной тьмы за троном явилась фигура.

Исполинская тень замерла, заполняя собой все пространство комнаты. Три метра живой тьмы, поглощающей свет. Его тело — если это можно было назвать телом — было чернее космической пустоты, а глаза... Две белые точки, мертвенные, ледяные, горевшие не светом, а его полным отсутствием.

Царь-Теней.

— Мастер, — проскрежетал Торн, его голос внезапно стал тише, почтительнее, а фигура сгорбилась в неестественном поклоне. Его ртутная кожа заструилась, как бы отражая волнение.

Алена застыла, ощущая, как этот взгляд пронзает её, разворачивает её сознание, как книгу, листая страницы воспоминаний, страхов, снов. Холод проник в самые глубины её существа, выискивая что-то.

— Материал подходит, — раздалось у неё в голове. Не голос, а сама тьма, принявшая форму мысли. Беззвучно, но оглушительно, как взрыв в вакууме.

И вдруг —

Лиан вскрикнул, его крик был настолько raw, настолько человеческим, что Алена вздрогнула, обернувшись. Он схватился за грудь, его пальцы впились в плоть, как будто пытаясь вырвать что-то изнутри. Из-под кожи проступил мерцающий узор — точно такой же, как у Торна, только свежий, яркий, будто ртуть текла по его венам вместо крови.

— Что... что вы со мной сделали?! — он выплюнул эти слова, его голос хрипел, как будто горло сжимали невидимые руки.

Торн выпрямился, и его улыбка стала ещё шире, ещё острее, обнажая слишком много зубов.

— Мы научили тебя быть полезным, — прошипел он, и в его глазах загорелось то же белое, мёртвое пламя, что и у Царя-Теней. — Ты всегда был частью плана. С самого начала.

Алену озарила страшная, леденящая душу правда:

Лиан никогда не был беглецом.

Он – приманка.

Троянский конь, запущенный в самое сердце их сопротивления.

Его предательство было запрограммировано ещё до их встречи — вживлённые импланты, скрытые команды, спящие в глубине его сознания, как мины, ждущие сигнала. И теперь, когда Царь-Теней проснулся, они сработали.

Лиан стоял, его тело дергалось в судорогах, кожа мерцала ртутным блеском, а глаза — его прекрасные, надёжные глаза — теперь отражали лишь ту же белую пустоту, что и у Торна.

Царь-Теней сделал шаг вперёд, и пол под ним покрылся инеем, трескаясь от холода, который исходил от него.

— Ты станешь последней деталью, Алена, — его голос звучал у неё в голове, мягкий, почти ласковый, как шепот любовника, обещающего вечную боль. — Моим новым, идеальным сосудом.

Клод бросился вперёд, его лицо исказила ярость, но Торн лишь пренебрежительно махнул рукой — и невидимая сила швырнула его в стену. Тело Клода ударилось о металл с глухим хрустом, он обмяк, кровь заполнила рот, но он всё ещё пытался подняться, всё ещё тянулся к ней, шепча её имя.

В этот момент ....