Мужья по контракту

Пролог

Народу на площади — как сельдей в бочке. Горожане топчутся, тянут шеи: ну где же принцесса? Солнце уже почти в зените, а её всё нет.

— Приведи Янту, — скрежещет бородатый старик в рясе расшитой золотом. — Казнь без неё не начнётся.

Слуга бледнеет, кланяется три раза и срывается с места. Куда бежать — сам не знает.

Где искать принцессу Янту — не представляет. В часовне пусто, в подвале аналогично, и даже в её личном крыле нет.

В общем, принцесса испарилась.

А на площади тем временем нарастает ропот. Кто-то злобно шепчет: «Опять время потрачено зря». Кто-то жалобно молит: «Пощадите беднягу». Но в открытую никто не высказывается — слишком страшно.

Вон солдаты застыли за спинами, ровными рядами, как куклы. Все иноземцы. Ни у кого из них не было привязанности к местным, и приказы принцессы выполняли незамедлительно. Их ненавидели и боялись наравне с Её Высочеством, и каждый житель перед сном молил о её кончине.

Кстати, о молитвах. Ту же самую бормочет и бедняга на коленях, с мешком на голове. Только не принцессе — себе. Пусть быстрее топор взлетит над шеей и оборвёт этот жалкий век.

Но принцесса-фанатичка, которая эти казни и придумала, почему-то не торопится. Без неё ни одна расправа не имела права свершиться. Большинство шептались, что принцессе на самом деле нравятся все те зверства, что сама же и создаёт, но она прикрывается небесным замыслом, который якобы исполняет.

И вдруг — тишина.

Все как по команде разворачиваются к балкону. Тяжёлые двери распахиваются. На свет выходит она.

Дыхание толпы замирает.

Принцесса что-то спрашивает у слуги — тот отвечает. Потом смотрит вниз, туда, где человек в мешке чувствует её взгляд.

И говорит:

— Казнь отложить. До полного судебного разбирательства.

Народ не верит ушам. Бедняга под мешком замирает. А старик в рясе давится воздухом.

Вот это поворот.