Музыка железного сердца

Глава 1

Эльрос был прекрасным городом, выложенный белым камнем и поражающий высотой своих строений. Его прозвали столицей искусств, за изобилие и многообразие различных музеев, театров, да консерваторий. Но это название было присуждено только первой части города. Вторая, что находилась за рекой, ласково была прозвана «территорией подражателей». Это был бедный район Эльроса, раскинувшийся по левому берегу, посеревший и полумёртвый. Тут царили свои порядки и жизнь кардинально отличалась от напыщенного правого берега. Вместо домов из белого камня, тут стояли сооружения из дерева, но попадались и дома покрепче, из серо-чёрного булыжника. Прекрасную, выложенную камнем, чистую мостовую заменял песок, смешанный с грязью, а фонтаны и изящные осветительные приборы были самодельными клумбами и не высокими столбами с самодельными фонарями. Вот такой он Эльрос, совмещающий в себе совершенно два разных мира, расположенных на разных берегах реки.

Не смотря на внешний вид и свои законы, трущобы по-своему манили, ведь, как и на правом берегу, тут так же был, хоть и не большой, но свой театр. В котором как раз-таки проходил спектакль. Кроме этого театра, выступали и уличные актеры, которые как раз собрали вокруг себя толпу детишек и их родителей. Труппа выступала в самом сердце рынка, что позволяло привлечь намного больше зрителей и получить больше серебряных.

— Даниэла! — Раздался недовольный женский голос. Хозяйка прилавка прищурилась, посмотрев на девушку. — Опять бездельничаешь? Вот ни на минуту тебя оставить нельзя. Опять на этих клоунов с их железяками засматриваешься. А если у нас булки повыкрадывают? Ты хоть об это думала? Ну шо за молодеж пошла.

— Мам, — Дани улыбнулась, поправив фартук и обернувшись к фыркающей женщине. — Нахохлилась как курица наседка. Это ведь не просто железяки, а куклы из самого «Железного театра». Их создал мастер шестеренок. Если бы не его воображение и мастерство, мы бы никогда не увидели, как машина может сама двигаться под музыку.

— Шут с тобой. Дак они же не сами двигаются, а эти актеришки их по земле волочат. Ни черта не понимаю, что ты нашла в этом.

— Это у нас из актеры двигают, а там…

Девушка мечтающе улыбнулась, глянув куда-то в сторону белого города. Она мечтала не то, что о хорошей жизни, а посмотреть, как существуют люди на той стороне реки. Хоть раз жизни очутиться в знаменитом «Железном театре» и вживую насладится прекрасными выступлениями. Но к сожалению для дочери пекаря это может остаться простой мечтой. Получив ещё один нагоняй от матери, Даниэле вручили корзинку с угощениями и послали навестить брата в мастерской.

Недовольная тем, что ее отвлекли от просмотра представления, она, пробираясь сквозь толпу, направилась на окраину города, к мастерской старого Бэни. «Если есть чему ломаться, значит есть где чиниться!». Под этим слоганом работала мастерская старого пройдохи, у которого в подмастерьях бегал брат Дани. Старый Бэни был мастером своего дела. Он чернил абсолютно все, начиная заколками и заканчивая причудливыми машинными актеров. Пройдя в мастерскую, Даниэль пригнулась, чтобы не задеть головой свисающие с потолка шестерёнки. Мастерская и так была маленькая, но множество шкафов, деталей и другой хлам уменьшали ее ещё больше.

— Дядюшка Бэни! Вильям! Мама передала вам обед.

— Иду!

Раздалось старое кряхтение откуда-то из каморки. За кряхтением послышалось бренчание метала и отборная брань. Видимо мастер ругал Вильяма. Он, конечно, был не плохим парнем, но руки, как говорил старик Бэни, у него росли точно не из плеч. Спустя пару минут, откуда-то из-под завалов, появился низенький, коренастый старичок. Он радостно улыбнулся девушке, крепко обняв.

— Мое золотце. Как давно я тебя не видел. Как матушка? Отче? Цветёт ваша пекарня? Может чаю?

— Будет вам Дядюшка. Я просто принесла вам перекусить и все. Ну ещё с братом повидаться. А то вы совсем его домой не пускаете.

— Конечно не пускаю! — Насупился Бэни, сдвинув свои густые, седые брови. — Ты хоть видала шо он тут вытворяет временами? Мелкий проныра. Несколько инструментов мне рас…

— При дамах ну ругаются! — Вылетел из подсобки Вильям, крепко обняв сестру и поцеловав ту в макушку. — Солнышко мое ясное. Я так соскучился по вам по всем. Да только держат меня тут в заложниках.

— Неблагодарная детина.

Хмыкнул старичок и забрав корзинку скрылся за одним из шкафов. Даниэль тихо рассмеялась, толкнув брата в грудь.

Когда Вильям решил заняться механизмами, отец по началу был против, но дядюшка Бэни уговорил мужчину отдать сына в подмастерья. Тогда брат и переехал жить в мастерскую, изредка навещая отчий дом. Получалось это у него не всегда, но он старался как можно чаще приходить в пекарню, даже под предлогом что-то починить. Вильям оказался замечательным мастером и мог создавать прекрасные механизмы, но у него никак не получалось заставить их двигаться. Его механизмы имели свойство взрываться, из-за чего старик Бэни часто ворчал на молодого человека. Но это не мешало ему изготавливать для сестры причудливых зверушек.

Пробыв немного в гостях Дани отправилась обратно на рынок, с интересом рассматривая подаренную братом механическую белку.