Музыку заказываю я, Босс

Глава 7

После моего триумфа в кабинете у Макса нас ожидало очередное, не менее «продуктивное» сборище. Ежегодный корпоратив. Это такая версия офисного апокалипсиса, где вместо зомби — твои же коллеги, а вместо желания выжить, лишь отчаянная мечта поскорее оказаться дома. Это обязательное мероприятие, где руководство с натянутыми улыбками убеждает всех, что мы «одна большая и дружная семья». Правда, потом эта «семья» до утра перемывает косточки тем, кто слишком увлёкся бесплатным баром, и делает ставки, чей отдел в следующем квартале пойдёт под «нож».

Я, как человек здравомыслящий, пыталась откосить всеми доступными способами. В моём арсенале были и выдуманная мигрень, и внезапный ремонт у соседей сверху, и даже экзотическая аллергия на «принудительное веселье». Но против меня выставили тяжёлую артиллерию в лице Ленки из отдела маркетинга.

— Егорова, даже не начинай, — заявила она, врываясь в мой маленький дизайнерский закуток с грацией носорога. В руках она держала стаканчик кофе, а во взгляде читалась непреклонная решимость. — Ты едешь, и это не обсуждается.

— Лен, у меня кот чихнул. Кажется, это что-то серьёзное. Требует моего неотлучного присутствия и моральной поддержки, — попыталась я.

— Твоего кота я лично проверю по видеосвязи, — отрезала она. — А теперь серьёзно. Во-первых, халявная еда и река шампанского. Во-вторых, и это главное, твой «Плодородный» проект произвёл фурор. Ты теперь местная «рок-звезда» от мира агробизнеса. Баринов твою презентацию чуть ли не в рамочку повесил. Говорят, показывает её каждому новому топ-менеджеру со словами: «Вот как надо работать, господа!». Ты обязана явиться и искупаться в лучах славы. Или ты хочешь, чтобы все лавры достались ему одному?

Последний аргумент ударил точно в цель. Перспектива того, что Максим Олегович будет расхаживать по загородному клубу, пожиная плоды моего двухнедельного недосыпа и питаясь энергией моей гениальности, пробудила во мне праведный гнев. Так что через пару часов я, втиснувшись в самое нарядное из своих не слишком официальных платьев и вооружившись фирменной скептической ухмылкой, уже тряслась в такси. Наша «большая и дружная семья» ехала в загородный клуб доказывать свою лояльность компании.

Место было красивым до тошноты. Вековые сосны, упирающиеся в бархатное ночное небо, идеально ровные газоны, вышколенные официанты с подносами, уставленными бокалами. Пахло хвоей, дорогим парфюмом и лицемерием. В самом центре этого праздника жизни, разумеется, находился он. Максим Олегович. В плотном кольце заискивающе улыбающихся топ-менеджеров он выглядел как дирижёр этого фальшивого оркестра. А ведь не соврал, когда сказал, что он «дирижёр». Сдержанно кивал, слегка улыбался и производил впечатление человека, который родился в этом безупречном костюме где-то здесь, под этими самыми соснами. В мою сторону он не бросил ни единого взгляда, но я ощущала его присутствие каждой клеткой кожи, как назойливое жужжание комара над ухом.

Ну что ж. Раз уж я здесь, скучать не собираюсь. Представление начинается. Спектакль для одного зрителя, который упорно делает вид, что меня в зале нет. На роль моего сценического партнёра идеально подошёл Паша из IT-отдела — безобидный кудрявый гений с добрыми глазами.

— А потом я ему говорю: «Ты пробовал выключить и снова включить?». А он мне: «Я не могу, это моя тёща!», — вещал Паша, и я хохотала так, будто это была самая остроумная шутка в моей жизни.

Я кокетливо поправляла локон, случайно касалась его руки и заглядывала в глаза с неподдельным интересом дикой кошки, изучающей мышь. Краем глаза я уловила, как напрягся Баринов. Он на долю секунды замер, а потом медленно повернул голову в нашу сторону. На его лице мелькнуло то самое, до боли знакомое выражение холодного бешенства. Ага. Зритель на месте, значит шоу продолжается.

Через какое-то время от громкой музыки и спёртого воздуха мне стало душно. Прихватив бокал, я выскользнула на просторную деревянную веранду, выходившую к тёмной стене леса. Прохлада тут же окутала разгорячённую кожу. Я прислонилась к перилам, глядя на россыпь звёзд, и с наслаждением сделала глоток холодного игристого.

— Веселитесь, Алина Викторовна?

Его голос за спиной был таким близким и неожиданным, что я поперхнулась. Он стоял в паре шагов, засунув руки в карманы брюк. Полумрак веранды творил с ним чудеса. Тёмная рубашка без галстука, верхняя пуговица расстёгнута… Сейчас он был похож не на грозного Максима Олеговича, а на того самого Макса из караоке-бара.

— Изо всех сил, Максим Олегович, — я лениво развернулась к нему, делая ещё один глоток для храбрости. — Вы же сами учите нас, что главный критерий успеха — это измеримый результат. Вот, я и работаю над повышением командного духа в отдельно взятом IT-отделе. Социализация, нетворкинг. Всё по заветам корпоративной культуры.

Его губы тронула та самая усмешка, которая всегда выводила меня из равновесия.

— Ваш энтузиазм похвален. Главное, чтобы этот… тимбилдинг… не сказался на вашей продуктивности в понедельник.

Я уже открыла рот, чтобы выдать что-нибудь язвительное, но тут на веранду, пошатываясь, вывалился Валерий Игнатьевич, коммерческий директор. Один из офисных «динозавров», известный своей безграничной любовью к бесплатному алкоголю и сальным шуточкам.

— О-о-о, какие люди в Голливуде! — зычно провозгласил он, направляя свой пьяный курс прямо на нас. — Максим Олегович! И наша звёздочка, Алиночка! Наслышан, наслышан про твои… эти… удобрения! — он громко икнул, обдав нас алкогольным перегаром. — Талантище! Говорят, ты можешь заставить плодоносить даже засохший пень. Это нам надо! Такое качество в хозяйстве всегда пригодится, хе-хе.

Я похолодела. Его маленькие поросячьи глазки буквально ощупывали меня с головы до ног, и от этого взгляда хотелось немедленно вымыться с хлоркой. Я натянула ледяную маску вежливости, но чувствовала, как пылают щёки.

— Рада, что вам понравилась концепция, Валерий Игнатьевич, — процедила я.