Мы больше не друзья

+ Бонус 2. Свадьба.

5 лет спустя

- Неужели я дождалась этого события?

Я затыкаю уши, чтобы не лопнули перепонки. От Маши по-прежнему слишком много шума. Не зря говорят, что люди не меняются. Её не заставили остепениться ни муж, ни недавно родившийся ангелочек по имени Алексия. Я, кстати, её крёстная мама. Мы не потеряли связь с Машей, ой, простите, с Марией, несмотря на то, что она вышла замуж за итальянского фотографа Марко Амати. Они познакомились на выставке в Лондоне, когда Маша приехала к нам с Костей в гости.

Там такая история…

Но сейчас не о ней.

- А мы-то как счастливы, что это наконец случилось!

Я оборачиваюсь на голос мамы. На ней классический костюм светло-голубого цвета и английская сетчатая шляпка. Ну, вылитая королева... лет пятьдесят тому назад. Мама Кости выглядит примерно так же, только цвет другой. Розовый, кажется.

Я делаю глубокий вдох. Да, мы с Костей решились на этот шаг после стольких лет.

- Вы же знаете, у нас был уговор, - я улыбаюсь, любуясь в зеркало на моё свадебное платье.

Я не сомневалась ни секунды, когда его увидела. Мама, конечно, немного возмущалась, считая, что лучше было бы подобрать классическое платье, но меня переубедить не смогла. Всё дело в том, что платье раздельное, состоящее из приталенного кружевного топа, с вырезом на груди, и длинной обтягивающей шёлковой юбки. Между топом и юбкой виднеется небольшая полоска кожи.

- Пупок ведь видно! - возмущалась моя мама.

- Зато очень сексуально, - подмигнула мама Кости.

- Ладно хоть оно белое, - рассмеялась Маша.

На том и порешили.

- Томочка, какая красота! - Это в комнату невесты вошла тётя Лариса.

На прическе я тоже настояла. Мне хотелось, чтобы в это дождливое английское утро (почти каждое утро в Лондоне пасмурное) на моей голове было что-то светлое и прекрасное. А что может быть чудеснее, чем цветы?

Парикмахер постарался на славу, вплетая ободок из цветов в мои завитые пряди. Визажист же сделал нежный макияж невесты. У меня было только одно желание - никакого контуринга.

И вот я стою, немного дрожа. Всё-таки свадебный мандраж - это не сказка.

- Какое у вас было условие? - Маша возвращается к моим словам. - Может, я чего-то не знаю?

- Глупое условие! - запыхтела мама, в то время как тётя Лариса подмигнула мне. - Она сказала, что выйдет за Костю замуж, только если свадьба будет проходить в здании, которое он сам спроектировал! Это ж было надо додуматься!

Маша разлилась звонким смехом, я тоже улыбнулась, прикусывая нижнюю губу. Да, вот такое было глупое пари. Но, посмотрите, оно ведь сработало!

Сейчас мы находимся в огромном здании-небоскребе, которое возвышается чуть ли не над всем Лондоном. Совсем скоро на самой верхушке откроется смотровая площадка и ресторан. А на каждом этаже будут располагаться офисы - филиалы известных всему миру компаний.

Костя выиграл конкурс, главным призом которого как раз-таки являлась возможность спроектировать настолько масштабный проект. Это невероятный успех! Я так горжусь своим мужчиной! Сейчас он один из самых известных и востребованных архитекторов в мире. За его проектами теперь выстраиваются в очередь.

Он привел меня на вершину этого здания полгода назад, чтобы официально сделать предложение. Это было так романтично, что мои колени подогнулись в самый неподходящий момент, благо Костя смог меня удержать.

А условие... да его, собственно, и не было. Просто однажды я ляпнула, что выйду замуж только за архитектора с мировым именем: вот и пришлось ждать.

За это время я тоже смогла реализовать себя. И теперь больше не сотрудник Лондонской национальной галереи. Я являюсь руководителем выставочного зала в Лондоне. На данный момент мы проводим выставки известнейших современных художников. И это огромная честь - работать с ними. Надо сказать, что с некоторыми из них я настолько близко познакомилась, что сегодня они здесь.

- Не волнуйся. - Мама берёт мои руки в свои, видя, что у меня зуб на зуб не попадает. - Костя влюбится в тебя еще сильнее, когда увидит. Хотя куда уж больше!

Я улыбаюсь, оголяя зубы, чувствуя, как щиплют глаза.

- Только не плачь! - подрывается Маша. - Ты всю косметику по лицу размажешь! Что скажут эти твои... «Гогены»?

Я смеюсь. Так Машка называет всех художников, с которыми я работаю.

- Пора! Хватит тут сырость разводить. - Папа прерывает нас, войдя в комнату.

Он без лишних слов, просто улыбаясь, подставляет мне свой локоть. Я обвиваю его, и мы выходим в панорамный зал.

Мы не стали заморачиваться с оформлением. Огромные окна - и так само по себе украшение. Просто поставили колоны молочного цвета. Натянули повсюду неоновые гирлянды. Когда стемнеет, это будет выглядеть очень эффектно и романтично.

Посередине сего великолепия находится арка из цветов различных оттенков. Её уберут сразу после того, как пройдет церемония бракосочетания, поставив стол жениха и невесты.

В арке уже стоит мой Костя, одетый в белый костюм с чёрным воротником. Его светлые волосы уложены вверх небольшим количеством геля. Он ждёт меня.

При первых звуках музыки он поднимает глаза на проход, откуда должна появиться я. Я смотрю на него, не отрываясь. Мне нет дела до того, сколько пришло гостей. Нет, я рада всем им, но сейчас слишком волнительный момент. Я опускаю глаза, чтобы не расплакаться. Сказывается волнение.

Константин Зорин - мой бывший лучший друг, уже пять лет как любимый мужчина.

Сколько мы пережили, сколько всего преодолели. За эти пять лет мы столько раз поддерживали друг друга, что не сосчитать. Когда мои руки опускались, ноги становились ватными, и я говорила, что больше не могу - именно он был тем, кто поднимал меня за талию, помогая подняться, чтобы я могла двигаться дальше, опираясь на его плечо.