Мы над звездами

Глава 1

Москва, сентябрь

Лиза

На ходу снимаю наушники и отправляю их в футляр. Быстро прохожу через рамку металлодетектора. Его характерный звуковой сигнал в пустом коридоре Спорткомплекса звучит чересчур громко и вынуждает Рому повернуть голову в мою сторону. Брат смотрит исподлобья, потом опускает взгляд на носы своих кроссовок, размер которых напоминает космическую станцию. Ромке двенадцать, он на семь лет младше меня, и мы с ним уже одного роста.

Его баул с экипировкой небрежно брошен рядом на скамье, под ней — клюшка.

Когда подхожу ближе, Рома лениво вытягивает вперед длинные ноги и поднимает лицо, два круга глазами по которому мне достаточно, чтобы сделать вывод.

— Что с настроением? — спрашиваю я, перекатив во рту жвачку.

— Нормальное, — бормочет он без энтузиазма.

— Нормальное?

— Ага. Круче только переваренные яйца. Тебя Саныч просил зайти.

Саныч — тренер хоккейной команды, в которой брат играет шесть лет.

— Жаловаться будет? Ты кому-то жестко навалял? — прищуриваюсь я.

Рома закатывает глаза и дергает головой, смахивая со лба длинную лохматую челку. Она ему мешает, а меня бесит, но, по словам брата, так модно, а спорить с подростком в пубертате… Проще откусить себе палец.

— Мне нужно больше инфы, чем твои закатанные глаза, — произношу твердо.

Рома цокает.

— Ты сама так постоянно делаешь, — не без основания припоминает он. — И никого я не трогал, просто они — лошары и играть не умеют!

Ну разумеется!

— Ясно. Жди здесь. — Бросаю рюкзак поверх Ромкиного баула. Стягиваю с головы шапку-носок и сую ту в карман джинсовки. Приглаживаю волосы.

— Саныч меня тоже звал, — сообщает брат, поднимаясь со скамьи.

Я снова прищуриваюсь.

— Мне стоит переживать?

— Я не знаю! — психует он и устремляется к тренерской.

Я тороплюсь следом, машинально готовясь услышать что-нибудь неприятное, ведь в последнее время только и получаю, что паршивые известия.

Отправляю в урну зажеванную до состояние безвкусной резины жвачку, а потом стучу в дверь, бросая на брата подозрительные взгляды, на которые он привычно закатывает глаза.

Как только слышим «войдите», толкаю дверь и пропускаю вперед себя Рому.

— Здравствуйте, — приветствую Пал Саныча. Он стоит у рабочего стола боком к нам, опустив глаза в бумажный лист.

Подняв лицо, смотрит сначала на брата, потом переводит внимание на меня:

— Привет.

— Рома сказал, что вы просили зайти, — произношу, закрывая за собой дверь. Делаю два шага внутрь и подталкиваю брата в спину, чтобы не стоял истуканом.

Саныч кивает. Опускает лист на стол.

— Он что-то натворил? — с опаской предполагаю я.

Слышу, как Ромка фыркает.

— Кроме того, что игнорирует своих товарищей по команде и пытается тащить всё на себе, ничего криминального, — мягко глядя на брата, сообщает Саныч.

— Но если мне приходится это делать?! — моментально заводится Рома. — У двадцать первого реакции — ноль! Вы же сами видели сегодня: ему все орали, чтобы пасовал в мой угол, а он только головой крутил!

— Считаешь себя крутым? — Снисходительно улыбается Саныч и складывает руки на груди. — Может, и так. В нашей секции ты действительно лучший, — насмешливо выгибает бровь он. — А что, если твоими товарищами по команде станут игроки «Сокола»? — Саныч делает выразительную паузу, после которой обрушивает на нас головокружительную информацию: — Я порекомендовал тебя тренеру юношеской команды «Сокол»[1]. Вперед. Дерзай. Все в твоих руках.

Кажется, я слышу удар наших с братом челюстей о пол.

— Хоккейный клуб «Сокол»? — переспрашивает Рома, судя по всему не веря собственным ушам.

— «Сокол», — усмехаясь, подтверждает тренер. — Отбор в команду уже закончен, но если ты покажешь себя на тренировке так, как я тебя презентовал, то тебя, Ром, заметут с руками и ногами.

Я шокирована.

— Ух ты… — растерянно комментирую я, боясь спугнуть фургон с пряниками, который неожиданно, а может, случайно, заехал на нашу с братом улицу.

— Не сомневайтесь, Павел Александрович! — не без порции высокомерия многообещающе заявляет Рома.

— Ну знаешь, дорогой, не будь таким самоуверенным, — осекает его тренер. — Если в нашей секции ты лидер, это не значит, что в Академии ты хоть на тридцать процентов будешь таким же техничным, как ее игроки. Там совершенно другой уровень, нагрузки в несколько раз выше и, соответственно, требования. Так что вам, ребята, есть о чем подумать, — Саныч поочередно оглядывает нас с Ромой, пока мы стоим молча и неподвижно. Оба пригвожденные к полу тонной услышанной информации. Но под этим весом я все же способна различить шар распирающих грудь эмоций: удивление, приятную взволнованность и гордость за младшего брата. — Посоветуйтесь с отцом, взвесьте все «за» и «против». Но нужно понимать, что, если тебя, Ром, возьмут, хоккей станет не только любимым занятием, но и работой. Будь готов к тому, что тренировки будут накладываться на учебное время. Придется правильно расставлять приоритеты. В свою очередь Академия берет на себя полное обеспечение, включая сборы. Вот такая перспектива, — Саныч подхватывает со стола телефон и ключи от машины. — Думайте, решайте. Лично я всегда за то, чтобы попробовать. Вернуться в наш клуб ты всегда сможешь, а такого шанса больше может и не подвернуться.