Мы наш, мы новый...

Глава 18

Когда Иван увидел довольного Валентина, с которым мы вышли на плац, он изумлённо развёл руки в стороны.
- Ли, да ты не шаман, а кудесник какой-то. Парень-то просто ожил!
Я скромно пожал плечами, - делаю что могу. Только тут такой нюанс, он скорее всего будет магом. Так что ты его сильно физподготовкой не нагружай. Сверх нормы, имею ввиду, - пришлось мне добавить, увидев, как нахмурился сотник.
- О как! – проговорил он. - Что, обнаружились какие-то специфические способности?
- Да, кое-что интересное мне удалось обнаружить, - ответил я. - Только его, скорее всего придётся в столицу отправить, чтобы там развивать талант.
- Понятно, - почесал голову Иван, - и когда это произойдёт?
- Сложно сказать. При встрече с верховным магом попрошу обратить на парня внимание, и уже Вертеп будет решать, что делать дальше. Думаю, он озадачится этим делом, потому что магов много не бывает. А в свете надвигающихся событий, каждый специалист этой гильдии будет на счету.
Полковник понимающе кивнул.
- Ладно, Валентин, - обратился я к стоящему молча, с улыбкой на лице, кандидату в маги, - ты пока занимайся, как и раньше, но в свободное время сам пытайся экспериментировать с открывшимися способностями, только осторожно, чтобы не спалить ненароком крепость.
- Я прослежу за ним, - серьёзно проговорил Иван.
Парень радостно потёр руки и пошёл к товарищам, которые махали мечами, повторяя за десятником комплекс каких-то упражнений.
- А ты сам не хочешь позаниматься? – кивнув в их сторону, спросил сотник с улыбкой уставившись не меня.
- Могу с тобой спарринг провести, - спокойно ответил я.
- Вот так вот сразу? – с сомнением спросил Иван.
- А чего зря время тянуть? – посох в моих руках тихонько звякнул колокольчиками.
- Только давай без этих магических штучек. Я тоже сюда не фехтовальщиком попал.
Мы направились к специальной стойке, где висели всевозможные тренировочные мечи. Были здесь и похожие на шашки, или сабли, были типа спартанских, или гладиаторских. В общем оружие на любой вес и вкус. Иван выбрал что-то напоминающее шашку, и ловко крутнул её в руке. Я подошёл и уставившись на это разнообразие, стал постукивать посохом и заметил, как в одном ряду чуть сдвинулся прямой узкий меч, похожий на палаш.
Переложив посох в левую руку, я взял довольно тяжёлое оружие и тоже крутнул его. Надо сказать, что ничего такого я никогда раньше в руках не держал, да и вообще, кроме автомата и пистолета, ещё при службе в армии, никаким другим оружием не пользовался. Да и было это так давно, что уже почти стёрлось из памяти. А тут вдруг клинок в моей руке описал ровную окружность и застыл, направленный в сторону партнёра.
Иван удивлённо склонил голову на бок и рукой предложил мне пройти на площадку, где все, до этого махавшие мечами, замерли глядя на нас.
Я ещё раз удивлённо крутнул палаш, внутренне радуясь, что он хотя бы не вылетел у меня из руки. Была у меня одна задумка, которая должна была мне помочь в схватке, хотя сильно на неё, пожалуй, рассчитывать не стоило, зная с каким «крепким орешком» мне придётся схлестнуться. Мне вдруг просто захотелось помахать клинком, как когда-то в детстве, мы с ребятами дрались пластмассовыми мечами.
Иван, встав напротив, поднял шашку на уровень груди и по кругу стал обходить меня, выбирая момент для первой атаки. Я тоже выставил клинок перед собой, стараясь угадать, когда он начнёт, и как постарается меня достать. Почувствовав, что сейчас сотник нападёт, я резко сделал шаг вперёд и захохотал.
Мой противник остолбенел, глядя на меня выпученными глазами. Воспользовавшись его замешательством, я сильно ударил по шашке и выбил её у него из руки.
Сотник посмотрел на руку, в которой только что было оружие, и нервно сглотнул. Он тут же обернулся, желая узнать все ли видели его проигрыш, но за ним никого не было, и только последний солдат сверкнул пятками, забегая в дверь казармы. За моей спиной остались человек пять, но и они стояли с перекошенными лицами.
Наконец придя в себя, Иван проговорил: - Да ты, Ли, просто оружие массового поражения. Предупреждать надо. – И подняв шашку он вновь встал в стойку, - попробуем ещё раз.
Больше мне выбить оружие из его руки не удалось. И хотя лицо сотника всё ещё было перекошено, но внутренне он уже совладал с собой, и раз пять ткнул меня своим клинком в разные места. В реальном бою, он давно бы меня убил. Хотя, если бы я первым успел его напугать, то мог и остаться в живых.
Когда мы закончили, сотник подошёл ко мне и сказал:
- Вот что, приятель, я сейчас построю солдат, а ты посмейся перед ними. Не хотелось бы чтобы подобный случай произошёл на боле боя. Пусть они здесь узнают, что и такое может произойти.
- Без проблем, - ответил я, - вот только, боюсь, что мой смех может быть не самым страшным, что может произойти в бою.
- Я понимаю, - кивнул Иван, - и мы морально готовим их ко всяким страхам и неожиданным ситуациям. Но было бы грех, не воспользоваться твоими услугами.
Склонив голову, чтобы прикрыться полями колпака, я улыбнулся.
- Не-не, - тут же проговорил полковник, - не закрывайся. Мне, как командиру надо первым побороть страх и неуверенность.
Надо сказать, что мужиком он оказался крепким. Да это и понятно, ему за всю жизнь столько страстей повидать довелось, что улыбка какого-то гоблину, думаю, была не самым страшным испытанием.
Мне в этот день пришлось столько улыбаться и даже смеяться, сколько я этого не делал, наверное, целый год. К концу дня, у меня даже мышцы челюсти стало сводить судорогой. А сотники продолжали меня просить смеяться ещё и ещё, и увидев, что мой смех стал скорее истерическим, чем страшным, они, наконец, перестали меня, да и солдат мучать.
- Ну всё, - сжалился надо мной Иван, - кончай улыбаться, пошли ужинать. Там, наверное, женщины в столовой уже пришли в себя, и может быть покормят нас чем-то вкусным, а то обед у них, что-то был не очень.
Норт, утирая пот со лба, поддержал коллегу, - да, сегодняшние учения наши бойцы запомнят на долго. Как, впрочем, и весь персонал крепости. Интересно, как там барон? Его сегодня видел кто-нибудь?
Но барон, оказывается весь день был занят составлением каких-то бумаг, и пропустил всё представление.
- Жаль, что он тебя не видел, - потёр подбородок Иван. – Ему бы тоже пошло на пользу, чтобы знал с чем мы можем столкнуться.
- Вы знаете, мужики, - проговорил я, когда мы направились к столовой, - мне пришлось делать такую физиономию специально. Не думаю, что кто-то ещё может попасть сюда с таким лицом. Ну а местными страшилищами, надеюсь, жителей не напугаешь. Или, по крайней мере не обратишь в бегство. Как там кстати те ребята, которых после первого раза отпаивать пришлось?
- Да всё с ними нормально, - махнул рукой полковник, - по стакану наливки выпили и были, как огурчики. А мне пришлось остальных предупредить, что наливки больше давать не будут, а будут обливать холодной водой. Поэтому количество падающих в обморок сразу резко сократилось.
Матильда, подававшая нам ужин, была бледновата, но держалась бодро. Нам с Иваном пришлось попросить у неё прощения.
- Матильдочка, - увещевал её приятель, - ну пойми, нам это очень нужно было сделать. Не могу я вести бойцов в бой, не зная, как они на такие страсти будут реагировать, - кивал он в мою сторону.
- Теперь ты всех в крепости можешь смело вести в бой, - скромно улыбнулась женщина, и тут же испуганно посмотрела на меня.
Но я был кремень. Ни один мускул не дрогнул на моём измученном улыбками лице. И только в моём взгляде читалось, что я с ней полностью согласен.