Мы (не) будем вместе

Глава 2

Чернильные сумерки давно спеленали наполовину уснувший город. Крупные снежные хлопья заметали непрочный мартовский лед. Старинный особняк, в котором вовсю кипела жизнь, с улицы казался заброшенным и неживым из-за заколоченных досками окон. Лика поежилась, кутаясь в свою совсем не греющую куртенку, и ускорила шаг. Каблуки с хрустом вгрызались в лед, разнося этот звук по всей округе. От быстрой ходьбы лицо ее раскраснелось, и она слегка замедлилась, чтобы восстановить дыхание. Редкие пятиэтажки кончились, начиналась очередная промзона. За спиной послышались чьи-то неторопливые шаги, и она резко обернулась.

— Твою мать, напугал, — с облегчением выдохнула Лика, увидев Тимурчика.

— Нехорошо так ругаться, маркиза, — осклабился тот, — ты же девушка, а не джигит.

Он медленно подошел, слегка пошатываясь, держа руки в карманах. Лика с вызовом посмотрела ему в глаза.

— Что, опять в ресторан звать будешь? Не надоело?

— Надоело, что ты целку из себя строишь, — он провел ладонью по ее щеке. — Могла бы дать один раз для приличия, от тебя не убудет. Лика дождалась, пока его пальцы спустятся ниже, к губам, извернулась и клацнула зубами в попытке укусить. Он отдернул руку.

— Вот это моя женщина. Горячая, как сацебели.

— Ага, мечтай, — Лика засмеялась и развернулась, но он неожиданно сгреб ее в охапку и прижал к бетонному забору, за которым скрывались старые склады, и начиналась промзона. — Фу, от тебя несет, как от спиртзавода! Пусти!

— Слышь, маркиза, я ведь и по-плохому могу, — он все сильнее сжимал ее в объятиях, так, что Лике становилось все труднее дышать. — Ты, русская сучка, думаешь, что если Тимур красиво ухаживает, его за лоха можно держать, да? Отвечай, когда тебя спрашивают! — он встряхнул ее, как куклу.

— Отвали, придурок! — Лика каблуком саданула ему по ноге. Он взвыл и отвесил ей такую пощечину, что у нее зазвенело в ушах.

— Дешевка, — процедил Тимурчик сквозь зубы, брезгливо наблюдая, как кровь из разбитой губы пачкает Лике подбородок и шею. — Как теперь целовать такую блядь?

— Тебя самого от себя не тошнит? — процедила Лика, яростно пытаясь высвободиться. Ее трясло от отвращения и адреналина. Но страха, как ни странно, не было. Волосы растрепались, а лицо было испачкано кровью, так что выглядела она действительно потаскано.

— Рот закрыла, дрянь! — она поймала взгляд кавказца, от которого ей стало страшно. Словно ее пролитая кровь разбудила в нем доселе спящие звериные инстинкты.

Одним мощным движением завел руки ей за спину и развернул лицом к забору, принимаясь нащупывать молнию на джинсах. Лика в каком-то отчаянном, исступленном порыве сумела вырваться и со всей силы шарахнула Тимурчика кулаком в нос, здорово его расквасив. Но он, не обращая внимания на льющуюся кровь, вновь схватил ее и приложил лбом об забор. Она взвизгнула от резкой, ослепляющей боли.

— Вот так, сучка, визжи. Сейчас по-другому запоешь, — теперь он держал ее еще крепче, не оставляя ни единого шанса вырваться. Он уже справился с джинсами и теперь пытался стащить их с бедер.

— Помогите! — заорала Лика, чувствуя во рту мерзкий железистый привкус. От руки Тимурчика, шарящей по ее телу, хотелось блевать. Умирая от стыда и страха, она дергалась, как в эпилептическом припадке, не замечая ничего вокруг. Слезы горячими ручьями текли по щекам, смешиваясь с кровью на подбородке. Лика кричала и выла, заломленные запястья горели огнем, а ледяная рука Тимурчика продолжала стягивать джинсы.

— Отпустил девчонку, — раздался спокойный голос за спиной.

От удивления Лика захлебнулась криком и замолчала. Тимурчик, выматерившись, повернулся, и в лоб ему уткнулось дуло пистолета. Лика вздрогнула.

— Ты еще, блядь, кто? — Тимурчик потянулся к внутреннему карману, но парень опередил его, болевым приемом выкрутив руку. Тимурчик взвыл и отпустил Лику. Та тут же отбежала на безопасное расстояние. Одной рукой незнакомец вытащил пистолет из его кармана, отстегнул обойму и швырнул ее куда-то в сугроб. После чего вернул безопасное уже оружие владельцу, грубо задвинув его в карман и вновь заломил ему руку. Лика растерла запястья и непослушными пальцами застегнула джинсы. Разум говорил о том, что нужно бежать, но ноги словно приросли к земле. Она, не отрываясь, смотрела на своего неожиданного спасителя, который хоть и был на голову ниже Тимурчика, держался уверенно и дерзко. Парень молча взвел курок.

— Слышь, давай договоримся, — зачастил Тимурчик, у которого на лбу от боли в заломленной руке выступили капли пота. — Штука гринов и расход, а?

— Дешево свою шкуру ценишь, земляк, — усмехнулся парень. В его расслабленной позе читалась угроза, которую Лика ощутила буквально кожей. Ее передернуло.

— Десять штук! — Тимурчик затравленно смотрел на него.

— Не, не катит такой бакшиш, — задумчиво ответил он.

— Проси прощения у нее, — он указал на застывшую Лику.

— У этой бляди? — высокомерно вскинул голову Тимурчик, не испугавшись того, что у парня могла дрогнуть рука. — Цаади хлезе!

— Считаю до трех, — спокойно сказал парень и для острастки двинул ему локтем куда-то в солнечное сплетение. — Раз!

— Иди на хуй! — повторил Тимурчик свое ругательство уже по-русски.

— Два, — всем своим видом парень показывал, что шутить он не намерен. Лика зажмурилась в ожидании выстрела. Тимурчик молчал.

— Ну, что ж…

— Ладно! Хер с тобой, я извинюсь, только не стреляй! — видимо, у Тимурчика сдали нервы. Лика не смогла сдержать злой усмешки.

— Правильный выбор, — он отпустил его руку, слегка подтолкнув к Лике. — Можешь начинать.

— Прости, — с ненавистью процедил Тимурчик, глядя в землю. Лика почувствовала мрачное удовлетворение от унижения своего несостоявшегося насильника. Но пережитый стресс затмевал собой все остальные чувства, поэтому она только заморожено кивнула. Ее потряхивало то ли от адреналина, то ли от холода.

— Какое-то слабое извинение. Но раз девушка его приняла, так и быть. Увижу тебя еще раз с ней рядом, и ты так легко не отделаешься. Свободен, — он убрал пистолет.