Мы (не) твои

Глава 6

Глава 6

– Как её зовут?

– Марина, – не задумываясь ответил мой благоверный, а на меня как будто небо свалилось. Странно, почему стало особенно тяжело, когда я узнала её имя. Итак, наш треугольник принял вполне себе чёткие очертания. Жена, муж, любовница Марина. И хотя он всеми силами втолковывает мне, что она бывшая, встреча случайна, ничего не значит, но я чувствовала. Как может быть случайной встреча, когда за два дня до этого он принёс её патлы на плече. Лгун.

Смотрела ему в лицо, касалась глазами чёткой линии выбритой скулы, упиралась в нервно дёргающиеся губы – не верила. Ни единому слову не верила. Никакая она не бывшая и встреча их на паперти моего офиса не случайная. Да, я точно знала, что он врёт. То, как он крутил шеей, высматривая её там, на дороге, как держал в руках тот чёртов букет… Мой муж был счастлив, ничто меня не обманет. Эта рыжая забрала его у меня, вот откуда у неё этот торжествующий взгляд.

– Уволь её!

– Да ты рехнулась, Лена? Откуда я её должен уволить?

– Она работает в твоём филиале?

– Понятия не имею. Где она работает.

– Если она бывшая, то как она объявилась на твоём горизонте? Откуда выпала?

Михаил молчал, я понимала, что загнала его в угол. Он не собирался оправдываться. Да и мне пора заканчивать эти разборки. Для себя я всё решила в самую первую минуту, как только поняла про любовницу. Я с этим человеком жить не буду. Ни за что!

Я смотрела в окно машины, мимо пролетали залитые дождём улицы, куда то торопились прохожие с поднятыми воротниками, ветер дёргал афиши на редких растяжках. Я уныло взвешивала события наших совместных лет. Сказать, что брак сплотил нас, нет. Муж с самого начала спокойно не отвечал на мои звонки, небрежно отнекивался от объяснений. Говорил занят, некогда. Мы давно никуда не ходили. Театр, оперу, а уж тем более балет он терпеть не мог. В кинотеатре его раздражал громкий звук. Мы перестали праздновать годовщину нашей свадьбы.

Я задумалась, а что мы вообще делали вместе? Я где то слышала, мужчина рядом с нами становится таким, каким мы ему позволяем быть. Ну да, получается я своей не требовательностью, молчанием привела семью к крушению? Выходит, что так.

До меня дошло!

Вот же я дура. Конечно, я очень удобная жена. Работаю под руководством его папаши. Живу вместе с ним в моей собственной квартире, хотя у него пятикомнатная в центре. Его мамаша сделала всё, чтоб ноги моей не было на арбатском проспекте , сообщив что это её подарок Мише. Та квартирка сдаётся за очень нехилые денежки. Миша как то невнятно сказал, что строит нам новый дом в элитном посёлке, куда никто не помешает нам въехать через год.

Я и верила. Я же сама отказалась въезжать на арбатский, стоило его мамаше один раз клюнуть меня своим подарком.

– У тебя такое лицо, Лена, наверное думаешь про конец света. Надо к маме явиться с нормальным лицом. – его глубокий, такой родной голос сейчас током пробежал по спине, уставилась на свои руки, всё лучше, чем пересекаться с ним глазами.

– Миша, ты свободен. Думаю, для тебя эта новость может быть и не новость. Ты у нас мальчик самостоятельный. Так вот, завтра я подам на развод, но свободен ты уже сейчас. Да, и кстати, мне плевать на твою маму сегодня.

– Какой я тебе мальчик?!

Странно он отреагировал на мои слова, думала муж зацепиться за слово “развод” или “плевать на маму”. Я даже растерялась, но быстро нашлась:

– Мамочкин мальчик. Послушный, золотой ребёнок. Щас мама как скажет, так и будет.

– Ты что молотишь, Лена! Закрой рот и не беси меня.

– Ты лучше за дорогой смотри. А то помру в твоей машине и не успею порадовать свекровь своим разводом.

Он резко затормозил, я чуть не влетела лицом в парприз ( моя дурацкая манера не пристёгиваться). От резкого толчка у меня дёрнулась голова, заныла шея. Но это было ничто по сравнению с тем, что делалось в душе. Нам бибикалии сзади, пролетающие мимо водители вертели пальцем у виска. Мы съехали на обочину.

Михаил повернулся ко мне, вцепившись в руль до побелевшие костяшек:

– Даже не думай испортить день рождения мамы. Это наше дело!

– Конечно ваше. Твоё и твоей мамы. А моё появление и заявление сегодня будет украшением, блин, вишенкой на торте. Посмотришь, твоя мама воссияет улыбкой.

– Слушай, ты, – у мужа желваки ходили через всю скулу: – ты чего добиваешься? Живёшь на всём готовом, забот не знаешь, скоро въедёшь в дом на 12 комнат, с прислугой. Хочешь – работай. Не хочешь, не работай. Что тебе не нравиться?

– Мне ты не нравишься. Рыжая твоя не нравится. Мама твоя не нравится. Короче, тетради общей не хватит чтоб написать что не нравится после твоей измены.

– Нет никакой измены. Мои отношения с другими женщинами тебя не касаются.

– Святые Угодники, – я развернулась к нему всем корпусом: – Женщины? Ты сказал женщины? То есть Рыжая не одна в очереди за твоим перчиком в штанишках?

Муж от возмущения и бешенства беззвучно хлопал губами, его красивое лицо исказила неприятный оскал.

– Я добрый человек, Миша, никогда никому не желаю зла. Но если ты сейчас выпадешь из машины и тебя переедет грузовик, я буду рада. Измену не прощу. Не надейся.

Машина питардой сорвалась с места. К сожалению, это был ещё не конец…