Мы (не) твои

Глава 7

Глава 7

В голове бестолковыми пуделями носились мысли, наскакивали друг на друга. Завтра с утра до работы поеду подавать заявление на развод. Надо загуглить, где, как это делается.

Больным зубом заныла тоска в сердце. Я думала, меня муж любит. Я ведь его люблю. Любила до сегодняшнего дня. Всё у нас было хорошо. Мы почти не ссорились, серьёзные стычки случались, если только его мамаша объявлялась на горизонте.

Где же я пропустила момент, когда стала не интересна собственному мужу. Фигура у меня хорошая, красивые волосы, я натуральная блондинка.. К мужу с подарками и “ хочухами” не приставала. Ну и дура. Поэтому цветы получила не я, а Рыжая. Поэтому она одета как с обложки журнала, а я в обычной цене среднего ГУМа. Муж зарабатывал достаточно, (не олигарх, конечно, в отличие от своего папы), но я как то не открывала рот насчёт полакомиться его денежкой. А он и не предлагал.

Нет, всё не так, я сейчас сама себя накручиваю. После финансового скандала с его мамашей, мы решили: живём на свои, в моей квартире, деньги по максимуму откладываем на светлое будущее. Жили в моей двухкомнатной хрущовке, раз в год выезжали в Турцию. В общем, всё как у всех. Дооткладывались. Вот оно и наступило, наше будущее. Единственно, кто ему безмерно будет рад, это моя свекровь, когда узнает, что случилось.

Представила лицо свекрови, когда буду её поздравлять. Надо речь подготовить.

Почему-то вспомнилось, как впервые приехала к ней домой знакомиться. Вернее к ним, в дом родителей Михаила.

Красивый, серьёзный особняк стоял в центре элитного посёлка. Здоровенные доберманы шоколадными оленями носились по периметру за кованой оградой. Автоматически отъехали ворота, приглашая машину в полукруг парковки, усыпанной белым гравием.

Я от помпезности втянула голову в плечи, поднималась по скруглённым каменным ступеням, незаметно оглядываясь на подбежавших собак. Они весело, дружелюбно тыкались нам в живот мордами, я выдохнула. Сожрать меня никто не собирался, уже хорошо. Это потом я узнала, что войти на территорию может любой. А вот выйти не сможет никто без сопровождения хозяина.

Нам открыла дверь любезная горничная в форменном платье в кипельно-белой кружевной наколке и белом фартуке. Я поздоровались с ней, она удивлённо вскинула брови, (в этом доме с прислугой не здоровались), улыбнулась. В центре большой прихожей в позе императрицы стояла Мишина мама и так радужно улыбнулась на все 32 винира, что я сдуру решила – мне рады.

Мысленно окинула себя взглядом, костерил себя на чём свет стоит. Как я могла припереться в летнем легкомысленном сарафане. Волосы собраны в косу, почти без косметики. Надо было надеть брючный костюм, завить волосы, короче, подумать о первом визите. Вот я опростоволосилась!

Я, доедая себя поедом изнутри, вежливо улыбнулась в ответ лучезарному оскалу будущей свекрови, всё ещё принимая его за право войти в дом. Правда, пелена с моих глаз постепенно стала сваливаться. Не успела я снять обувь, услышала голос Михаила:

– Мама, я же предупреждал тебя, что приеду с Леной. Ты что, нас не ждала?

– Сынок, о чём ты. Ждала. Проходи.

– Почему не накрыт стол, мама?

– Да в чём дело. Твоя девушка сюда есть пришла? Впрочем, приезжие всегда голодные.

Всё это время я стояла в коридоре, от последних слов его мамаши меня передёрнуло. Затопило обидой, я не сразу нашлась что сказать. Тем более со мной никто не разговаривал, беседа шла в комнате, а я так и стояла в коридоре.

Миша вышел, взял меня за руку:

– Ты чего тут стоишь? Идём.

Я выдрала руку, у меня слёзы стояли в глазах. Не хотела я никуда идти, в конце концов мне тут не рады. К чему эти церемонии.

– Идём, Лена.

– Нет! Я всё слышала.

– Идём, тебя не касаются наши разговоры.

Я вошла в комнату, меня обижало внутри, что Миша не защищает меня. Я с надеждой подняла на него глаза, ожидала - он даст отпор матери. Старая злыдня в бархатном платье-разлетайке демонстративно пялилась в окно.

– Мама, познакомься, это Лена. Моя невеста.

– Прямо так сразу невеста? – брови свекрови улетели на лоб. Сколько в этой грымзе было позёрства, игры, особенно, когда она позвякивая браслетами, встряхнула руками:

– Какая неподходящая партия.

– Пожалуйста, смени тон, или я уйду, мама.

– Уйдёшь, придёшь, сынок. На твой век приезжих девушек хватит. Правда, Нина?

Конечно, я поняла, что ведьма специально перепутала моё имя. Ну, раз она спросила, невежливо не ответить.

– Я знаю, вы специально перепутали моё имя, Полина Станиславовна. Пожалуйста, не думайте обо мне плохо. - я всё ещё надеялась растопить сердце злобной старухи.

– Не стройте, милочка из себя простушку. “Москва не резиновая”– слышали такое выражение?

Я опустила голову. Вот чем тут крыть. Да, она права, я приезжая. Но она ведь не об этом.

– Как вы, деревенские девушки, умудряетесь прихватить перспективных, умных, обеспеченных парней. – нахальная мама не собиралась сдавать позиции.

Конечно, у меня хватало мозгов понимать, что обижают и унижают меня намеренно. Хотелось ответить что то эдакое, дать сдачи. Воспитание не позволило хамить, я сдержалась:

– Вы ведь обо мне ничего не знаете.

– Например, – наигранно расхохоталась очкастая тётенька-кобра.

– Я, как и Миша, тоже перспективный специалист. С золотой медалью школу закончила. Выиграла олимпиаду в Финляндии по робототехнике.

– Знаете, что, Клава. Не о том мы с вами говорим.

Я перебила её, мне надоели эти издевательства. Михаил помалкивал, я окончательно растерялась, во рту пересохло. Обида душила, я еле держалась, чтоб не расплакаться:

– Мне неприятно здесь находиться, тем более, как оказалось, говорим мы не о том. Посчитать миллиарды моих родителей мы не сможем. Моя мама ветврач в деревне, доходы соответствующие. Прощайте.